Магическая академия Ильсарры – 1

Патриций Ромелин обладал абсолютной властью над членами семьи, и ослушаться его считалось немыслимым преступлением. Удел женщины в Ильмере – полное подчинение домовладыке. Выросшая в свободном мире, я не желала повторить судьбу матроны Кесарии, биологической матери моего нового тела. Матрона хоть и командовала слугами в доме, вела хозяйство, получала подарки и принимала гостей, но шагу лишнего не могла ступить без ведома супруга. Увивалась вокруг него, всячески угождала и потакала любым прихотям, лишь бы он был доволен и не надумал развестись, отправив надоевшую супругу родителям.

Девять лет я мечтала о том, как получу заветное письмо и обрету свободу. И вот этот великий день настал! Теперь только от меня зависит, исполнится ли заветное желание, или же я вернусь в золотую клетку. Иллюзий насчет будущего супруга я не испытывала. Консул Вильгросса был желанным гостем в доме, и отец частенько звал меня прислуживать за трапезой. Более наглого и самодовольного типа я не встречала. Если сынок в него уродился, то несладко мне придется в замужестве.

– Но ничего, я пройду это чертово испытание, стану адепткой Магической академии и выберусь из золотой клетки!

Благодаря учебе в академии, я получу желанную отсрочку от вступления в брачный союз на целых пять лет. За это время найду способ попасть на Землю, или на любую другую развитую планету. Маги везде нужны, как‑нибудь устроюсь. Но никакая сила не заставит меня вернуться в Ильмеру.

Я подошла к двери и прислушалась, спит ли служанка, присматривающая за мной по ночам. Лисида привыкла, что я не доставляю проблем и покорно выполняю задания, что выдает Алоизиус – учитель риторики и словесности. Патриций Прокул решил, что примерной жене будущего консула крайне необходимо знать историю и литературу Ильсарры, овладеть древнеильмерским в совершенстве. Собственно, мне ничего не оставалось, как прилежно заниматься. Иначе со скуки на стенку бы полезла. В конце концов, риторика оказалась очень даже полезной наукой, позволившей убедить отца в необходимости физических занятий и умения пользоваться оружием. Придомовые владения семьи Ромелин раскинулись вдоль Ильсейского моря, где водились опасные хищники. Несмотря на многочисленную охрану, твари иногда пробирались на территорию домуса и учиняли беспорядки. Так что, умение постоять за себя мне уже не раз пригождалось.

Убедившись, что никто не помешает побегу, я облачилась в легкий доспех для тренировок. Триарий Мамерк, обучающий меня воинскому искусству, заказал его четыре года назад. Хамату – кольчужную безрукавку заставлял носить постоянно, даже спать в ней, чтобы привыкнуть к весу и не замечать её в бою. Со временем так и вышло: я носила хамату под одеждой, не испытывая дискомфорта. Важным атрибутом воина считался цигулум – пояс, украшенный металлическими пластинами. К нему крепился короткий обоюдоострый меч и птеруги, образующие защитный фартук и закрывающие бедра кожаными ремешками с металлическими заклепками. Дополнительно шли поножи и маники – наручи. В заплечном мешке, который я сама сшила из старого плаща и прятала под кроватью, хранился запас сухарей, мешочки с крупой и специями, походная посуда, иголка с ниткой и кухонный нож. Место в мешке еще оставалось, поэтому я прихватила одежду, пару любимых книжек и письменные принадлежности. Украшениями, что дарил отец на праздники, тоже не побрезговала. При первой же возможности продам, ведь с наличностью у меня проблема. Зачем молодой девушке деньги, когда она и так живет на всем готовом?

В последний раз я обвела глазами комнату, где прошли девять лет жизни, и поняла, что не буду скучать. Тянуть дольше не стала, приладила рюкзак за спину, присела на дорожку, собираясь с мыслями, после чего твердым голосом трижды прочла заклинание.

 

Глава 2

 

Вспыхнувшая рамка портала перенесла меня в Ильсаррион – зал испытаний. Вернее, в его начало – место выбора магического пути. Под ногами медленно угасали пылающие линии пентаграммы переноса, а по кругу – куда ни посмотри, виднелись исполинские арки, затянутые туманом. Каждая из них определяла дальнейший путь адепта и направление магии, которое тот будет осваивать в течение следующих пяти лет. Мне предстоял важный выбор.

Я вышла за пределы пентаграммы и приблизилась к первой арке. От нее пахнуло могильным холодом и сыростью. Брр! Факультет некромантии и темных сил точно – не мое. Направилась к следующей арке, намереваясь обойти все, чтобы выбрать ту самую, единственно‑верную. Вторая арка никак себя не проявила, я только почувствовала небольшой прилив сил. После тяжелой давящей атмосферы темного факультета стало легче дышать. Другие три двери тоже ничем особенным не привлекли мое внимание. Разве что у пятой по счету наблюдался бурный рост вьющегося кустарника с белыми цветами. Здесь они цвели и источали приятный аромат. В глубине шестой арки вдруг почудились оскаленные морды страшных тварей. Нет, этим меня не возьмешь! Я избавилась от наваждения, зажмурившись и вновь распахнув глаза. Это клубящийся туман создал причудливые узоры, за которыми виделись чудовища. От седьмой арки повеяло морским воздухом и влагой, осевшей на лице мельчайшими брызгами. Все ясно – факультет стихии воды. Неплохой вариант, но не мой. Восьмую, девятую и десятую арки прошла со странным чувством дежавю и ощущением того, что кто‑то нагло пытается пролезть в мою голову. Мысленно возвела неприступную стену вокруг себя, вроде помогло. Одиннадцатая неожиданно хлестнула по лицу яростным порывом ветра. Вот уж не думала, что эта стихия проявит враждебность. Зато двенадцатая, будто бы извиняясь за действия соседки, неведомым образом привела мои растрепавшиеся волосы в порядок. Одежда на мне разгладилась сама собой, металлические заклепки на доспехах засверкали, будто бы их только что отполировали. Пожалуй, стоит походить на факультатив по бытовой магии, чтобы научиться без лишних усилий поддерживать чистоту.

К тринадцатой арке я даже близко подходить не стала, обошла по дуге, сразу направляясь к следующей. Суеверия из прошлого? Пожалуй. К ведьмам я всегда относилась настороженно. У четырнадцатой арки я напряженно замерла, чувствуя некое родство. Насторожил только еле различимый лязг оружия в ушах и задрожавший под рукой гладиус. Привычка, выработанная на тренировках триарием Мамерком, заставила невольно схватиться за меч. Боевой факультет – постоянные битвы, схватки, сражения. Хотела ли я этого? Вот уж точно нет, мне бы поспокойнее вариант. К пятнадцатой арке я приближалась с пониманием, что это – оно! По телу прошлась горячая волна. Не обжигающая, но волнительно‑будоражащая. Я зажмурилась и задрала голову вверх, представляя, что это жаркие солнечные лучи ласкают кожу на лице. Приятно! В груди шевельнулся теплый комочек, похожий на пушистого рыжего котенка, пробуждающегося ото сна, потягивающегося, перебирающего лапками и выпускающего острые коготки.

Неужели, это моя стихия? Огонь? – Я вздрогнула из‑за всплывшего в памяти воспоминания. – Кажется, я уже догадываюсь, что за испытание мне предстоит.

Встряхнувшись, с тоской посмотрела на последнюю арку. Даже проверять не стоит. Ни одно из направлений не вызвало такого бурного отклика в теле. Да, я чувствовала магию, но ни с какой другой стихией не ощутила столь близкого сродства, как с огненной. Стало быть, вот он – мой путь. Я на секунду замешкалась, пока эти мысли промелькнули в голове, а после решительно шагнула в туманную дымку. Пространство вокруг вспыхнуло огнем.

Я встревоженно заозиралась, чтобы понять, куда угодила. Будто в насмешку, за спиной оранжевыми бликами пламени расцвел прямоугольник двери. Из тумана постепенно проступали очертания комнаты, объятой огнем, послышался звон битого стекла. Это не выдержали и обрушились под собственным весом стеклянные дверцы шкафа.