Мизантропия реальности. Нереальная Реальность

– Никита. Я вчера вас на капот своей машины принял.

– Сбил что ли?!? – обалдел охранник.

– Ну‑да, ну‑да, – протянул парень. – Мы могли бы с Вами посидеть, обсудить некоторые моменты?

– А ты в суд сразу обратись.

– Вот именно, что это не входит в мои планы, к тому же я понимаю, что правила нарушил я. Время обеда? Сходим в кафешку недалеко?

Недолго поколебавшись Ева послушно вышла за Никитой, успев шепнуть охраннику, чтобы предупредили Лёву. «Кофейку» встретил своей теплой радушной обстановкой. Обслужили пару на удивление быстро, можно сказать моментально.

– О чем ты хотел поговорить?

– О как, с места в карьер, – Никита весело рассмеялся. – Но кроме шуток, я приехал, чтобы узнать, как твое самочувствие и позаботился ли о тебе тот парень? И кстати, как работа?

– Это конфиденциальная информация, не для нашего с Вами обсуждения.

– А первые два вопроса?

– Спасибо, нормально.

Парень склонил голову набок и слегка прищурившись, о чем‑то поразмыслив, сообщил:

– Я не собираюсь обращаться в суд. Мне по страховке все возместят, а тебя с твоим парнем я не собираюсь сдавать своей страховой компании. Собственно говоря, я пришел для того, чтобы обсудить с тобой возможность урегулирования данного дела.

– У меня претензий нет, – отрезала Евангелина.

– Тебя устраивает твоя работа?

– Не твое дело.

– Ясно, – он усмехнулся. – Если вдруг захочешь сменить, позвони. Работа интересная, но сложная, а зарплата достойная, – протянул визитку.

– Хорошо, спасибо. Я пойду? – Ева устало вздохнула.

– Последний вопрос позволите?!

– Да, конечно.

– Что Вас связывает с демоном?

– Лермонтова? – девушка удивленно вскинула брови.

– Я удовлетворен ответом. До новых встреч, Евангелина. Если понадобится моя помощь – обращайтесь, – Никита улыбнулся, при этом как‑то грустно провожая девушку взглядом.

Выйдя из кафе, Ева направилась первым делом не в офис. Воткнув надев большие наушники и врубив на полную катушку музыку, девушка прошлась вдоль дороги, приводя мысли в порядок. В динамике звучал удивительный вокал группы «Феникс» с потрясающим звуковым сопровождением. Что за вопрос с подвохом по поводу работы? Причем тут какой‑то демон? Большие наушники не позволяли проникнуть посторонним звукам и Ева, слегка кивая в такт музыке, шла вперед, не видя перед собой ровным счетом ничего. На душе была пустота. Ей казалось, что раз Вольдемар написал ей в социальной сети, то вероятно хотел с ней подружиться или вдруг она ему нравилась?!? Да нет, такого быть не может. А какие понты утром включились? И с чего бы? Словно это он ей спас жизнь. Или она себя накручивает. Да, от одиночества начинает сходить с ума. Может быть ей стоило бы подыскать кого‑нибудь, хотя бы для общения?!? Нет, лишь бы кого‑то она не хотела. Ева прекрасно понимала, что характер у нее трудный и неудобоваримый, НО. Но по ее логике все было просто. Во‑первых, мужики – козлы. Во‑вторых, настоящие мужчины вымерли вместе с мамонтами. В‑третьих, от них фиг дождешься романтики или даже какой‑нибудь захудалой ромашки с соседней клумбы, не то чтобы чего‑то более серьезного.

– Вот интересно, у меня характер‑дерьмо или реально одни мудаки остались!?? Нет, я понимаю, что не ангел и характер у меня действительно очень трудный и не удобоваримый, НО… – бубнила девушка себе под нос, все ускоряя шаг. – Вот как можно парню в двадцать семь лет сидеть на шее у родителей, ни хрена не делать и говорить при этом, что полностью поглощен учебой, когда это не так?! Как можно писать постоянно девушке «Люблю тебя!» если кроме как переписки «Вконтакте» он ничего о ней не знает. Переписка конечно тоже многое передает, но не всегда. Все‑таки я считаю, что такого общения не достаточно для того, чтобы признаться в любви, – Ева пнула подвернувшийся под ногу камень. – Грубовато как‑то изъясняюсь в последнее время. Хотя ладно, чего я так взъелась??! Просто я тоже хочу простого понимания и любви взаимной. Все чаще складывается впечатление, что не умею любить. Я могу предположить, что люблю, но такого нет. Я не знаю… я не надеюсь уже полюбить и вообще встретить человека, с которым захочу прожить всю оставшуюся жизни. Хотя о чем я мечтаю? – она резко развернулась и пошла в обратную сторону, спеша к офису. – Я никогда не буду замужем, не будет у меня, скорее всего детей, потому что я их не люблю. Кому я вообще нужна? Никому! Никому я не нужна. Остались двое – я и моя шизофрения. Вряд ли меня когда‑нибудь полюбят. И скорее всего я никого не полюблю. Когда счастье раздавали, я стояла в какой‑то другой очереди. Например, за хорошим аппетитом. Лучше б за мозгами стояла… ну или за их полным отсутствием. Почему‑то все это несколько напоминает фильм «В ожидании чуда». Может быть и ко мне придет какой‑нибудь Фей и поможет, подскажет… только вряд ли я захочу его вот так отпускать, как это сделала героиня фильма. Мне с моей шизофренией куда как спокойнее, нежели с другими людьми.

Евангелина быстро вошла в здание, кивнула охраннику, и взлетела по лестнице наверх. Приложив чип к пластиковой коробочке, девушка хотела уже открыть дверь и войти на этаж, как была сбита с ног, выбегающим из офиса Вольдемаром. Парень в шоке остановился, уставившись на Еву, а та, тихо выматерившись, не спешила подниматься с пола, глядя на своего коллегу снизу вверх.

– Знаешь, если все‑таки хочешь меня добить, выбери более быстрый метод. Переломанные кости, это несколько не то, – рыкнула она. – Куда хоть летел?

– Тебя искать, – потупился он, протягивая руку помощи, которая была отвергнута.

– Ясно, – кивнула девушка и все‑таки вошла на этаж.

– Ева! – окликнул ее Вольдемар и дождавшись, когда она остановилась, добавил. – Прости меня!

Она ничего не сказала. Просто прошла на свое рабочее место. Дверь в кабинет была открыта и Ева зевая, проковыляла внутрь. Марина сидела на тумбочке, Леве бегала по кабинету взад‑вперед, болтая по телефону так, что до слушателей долетали лишь обрывки фраз.

– Хорошо, купи вкусный торт, – причитала она, поправляя копну огненно‑рыжих волос. – Ладно, возьми адекватный торт.

– Это как? – негромко поинтересовалась Вилена у Марины, сидя за своим компьютером и что‑то щелкала по клавиатуре.

– А кто ее разберет, – махнула рукой коллега и обратила внимание на вошедшую. – О, блудный сын. Дарк тут в красках расписал разборки. Ты крута. А куда пропала после этого?

– Да долгая история, все потом. Меня никто не искал? – Евангелина села в кресло и закинула ноги на стол.

– А то как же. Тимур Сергеевич просил посмотреть почту и высказать тебя ему все, что думаешь о какой‑то там ситуации.