Новая Карельская Сага. Айли. Начало. Книга первая

Айли с трудом свернула неподатливый зонт. Лиза смахнула с волос капли воды и осмотрелась. На прилавках ровными рядами красовались банки с рыбными консервами. Фасованные в бумажные пакеты макароны непонятного темного цвета, с неровно сломанными краями, вылезали из порванной упаковки, топорщась в разные стороны. Хлеб и батоны, небрежно разложенные в деревянных лотках, красовались посреди торгового зала. Справа, прямо на полу, стояли металлические ящики с молоком в стеклянной таре, и обязательно в таких случаях, с огромной лужей разлитого молока. Слева находился винный отдел. Покупатель дрожащими руками засовывал во внутренний карман рабочей спецовки только что купленную бутылку водки. Лиза вздохнула.

– Пойдем в буфет! – предложила она, подтолкнув подругу.

– Да, очень горячего чая хочется! – Айли улыбнулась в ответ.

Девушки подошли к очереди, стоящей в кассу буфета.

– Лиза, смотри, твои любимые пирожки с капустой! – сказала Айли, тыча пальцем в витрину прилавка.

– Угу! – ответила Лиза, проглотив слюну.

Купив два стакана чая и пирожки, подруги присели за стол у окна в конце зала буфета. Лиза с наслаждением кушала пирожок и пыталась отпить из стакана горячий чай. Айли молча смотрела на подругу, поглаживая свой стакан озябшими руками.

– Ты чего не ешь? – спросила Лиза, посмотрев на руки подруги.

– Ты только представь, как наш Эйно будет управляться с трактором! – засмеялась Айли, не обращая внимания на вопрос подруги. От неожиданности Лиза поперхнулась и закашляла, закрывая рот рукой, отвернулась.

– В следующий раз предупреждай, когда шутить будешь! А‑ то, не ровен час, и подавлюсь своим любимым пирожком, кто еще с тобой дружить тогда будет! – ответила Лиза, громко смеясь.

Девушки расстались на остановке. Айли запрыгнула на подножку подъехавшего троллейбуса, помахав подруге на прощанье рукой. Лиза в ответ кивнула, убирая влажные от дождя руки в глубокие накладные карманы пальто. Несмотря на дождь, Лиза неторопливо пошла по проспекту, домой она не спешила. Внутри ее все ликовало. Она радовалась возможности, наконец‑ то уехать из дома. Родной город она любила, вот дом ненавидела.       Наслаждаясь мыслью об отъезде, незаметно подошла к калитке своего дома. Старый пес, виляя хвостом, вылез из будки, звеня цепью о пустую тарелку.

– Опять собаку не кормили! – сквозь зубы сказала девушка, поднимая погнутую железную тарелку пса.

Отец Лизы, Василий Михайлович, работал на заводе слесарем. Мать поваром в заводской столовой. Отец страдал частыми запоями, длившимися порой неделями. Но за такое пьянство его с работы не увольняли, слесарем он был очень хорошим и к тому же сговорчивым. Мать была добрым и мягким человеком. Она долго боролась с пьянством мужа, но потом отчаялась и чувствуя безысходность, сама стала выпивать.

Дом Лизы располагался на окраине города, это было старое покосившееся строение. Девушка зашла в дом. Длинный узкий темный коридор упирался в коричневого цвета дверь. Не дойдя до двери, она запнулась о пустую бутылку, и та со звоном ударилась в стену.

– А‑а‑а‑а, доченька явилась! Мать, глянь на нее! Че вылупилась‑то, отдыхаем мы после трудового дня. Имеем полное право! – кричал отец, заметив дочь.

– Как я вас ненавижу! – зло сказала Лиза.

Отец вскочил и замахнулся кулаком, пытаясь ударить дочь, но не устоял на ногах, упав прямо на пустые водочные бутылки.

– Уезжаю я в леспромхоз. – выдавила из себя слова Лиза.

– Баба с возу, коню легче! – прохрипел отец, барахтаясь на полу. Мать только пожала плечами, выказывая свое равнодушие.

Сжав руки в кулаки, девушка юркнула в свою комнату. Лиза была красавицей, вся мужская половина курса на сводили с нее глаз. Высокая стройная голубоглазая блондинка с длинными прямыми волосами, с выразительным скосом бровей, пухлыми губами и надменной улыбкой, сводившей всех с ума.

«Еще немного, еще чуточку потерпеть, и я уеду из этого дурдома!»– прошептала девушка, от усталости закрывая глаза и укрываясь теплым одеялом.

Промокнув до нитки и трясясь от холода, Айли вбежала в подъезд. Мельком посмотрела на пустой почтовый ящик, стряхнула капли воды с пальто и застучала каблучками сапожек по лестнице. Замерзшими от холода руками повернула ключ в дверном замке и зашла в квартиру. Стараясь не шуметь, сняла обувь, накинула на вешалку намокшее пальто и тихонько юркнула в комнату. Набросила шерстяной клетчатый плед на плечи и забралась в старенькое кресло.

Отец Айли, Виктор Николаевич, работал учителем естествознания в общеобразовательной школе. Это он привил дочери интерес к биологии, часами рассказывая о природе, подолгу гуляя с ней в карельских лесах и рассказывая сказки о природных духах, колдунах, злых ведьмах, напускающих ненастье. Но не все его рассказы всегда заканчивались счастливо. Именно поэтому, окончив школу, она решила стать агрономом.

Виктор Николаевич был родом из заонежской глубинки. Мать, наоборот, была столичной дамой родом из Ленинграда. Всегда была требовательна к мужу и дочери, заставляя соответствовать какому‑то нелепому столичному стандарту. Айли удивлялась, как такие, совершенно разные по характеру люди, могут уживаться в одной семье. Ирина Игоревна работала в художественных мастерских руководителем реставрационных работ.

Айли услышала быстрые шаги за дверью и в комнату вошла мать.

– Как прошло собрание? – поинтересовалась она.

– Поеду на практику в леспромхоз Л….. : тихо ответила девушка.

– Почему тебя в городе не оставили? Что это такое! Ты – лучшая студентка на всем факультете! – негодовала женщина.

– Мама, в городе нет питомника хвойников, а я, как раз, специализируюсь на их селекции. – быстро ответила Айли, вспоминая слова подруги. Мать, недовольная услышанным, встала и вышла из комнаты. Айли выдохнула.

Взяв в руки небольшое круглое зеркало, посмотрела на свое отражение. Серо‑голубые глаза с нависшими длинными ресницами распухли от слез. Миловидное личико, с заостренным подбородком и прямым небольшим носом правильной формы, тонкие изящные губы искривились в недовольной гримасе. Она поправила прядь упавших на лицо каштановых волос.

–Айли, иди ужинать! – услышала она голос матери, доносившийся из кухни. Немного помедлив, она зашла на кухню.

– Вижу по твоим заплаканным глазам, что ты недовольна распределением по курсу! – сказал отец, взяв в руки кусок ароматного хлеба. Девушка не ответила, покручивая вилкой котлету на тарелке.

– Может это к лучшему, поработаешь в леспромхозе, опыта наберешься, в жизни все пригодится. – сказал отец, ласково посмотрев на дочь.

– Ты же не одна в этот леспромхоз поедешь? – спросила мать.

– Нас четверо: три девушки и Эйно. – ответила Айли.

– Эйно – мальчик хороший и родители у него не последние люди в нашем городе! – заметила мать.

– Ирина, успокойся! – сказал отец, взяв жену за руку.

– Я не голодна, пожалуй, пойду спать. – сказала Айли, вставая из‑за стола.