Новая Зона. Территория «Вятка»

– Ничего подобного я делать не намерен. – Борис уперся как баран, не собираясь внимать предостережениям Волкогонова.

– Территория не отпустит тебя, если не будешь следовать ее правилам, – спокойно сказал Волкогонов, но во всем его виде проступило что‑то звериное, и это не скрылось от глаз Сложного. Ему показалось, что еще мгновение – и проводник вцепится своими жесткими руками в его горло, заставив расстаться с жизнью.

– Ладно, не бунтуй. – Борис примирительно поднял руки вверх и снова убрал пистолет за ремень, прикрыв сверху полой куртки. Волкогонов пожалел, что правила запрещают проводникам обыскивать клиентов в надежде на их благоразумие.

– Это мог оказаться человек, – проговорил проводник. – Бывает так, что мы находим потерявшихся на Территории, это случается нечасто, но все же случается.

– В человека я бы не выстрелил, – старался убедить проводника в своей правоте Сложный, но Волкогонов уже не смотрел на Бориса, его внимание привлек посторонний шум, которого не должно было быть в этом месте.

Звук исходил от его часов, и он испуганно задрал рукав, глядя на стрелки часов, которые с удвоенной скоростью неслись назад, будто подгоняемые неведомой силой.

– Всем стоять на месте! – Волкогонов сказал это так громко, что оба клиента вздрогнули и на мгновение даже перестали дышать.

– Иваныч, если ты решил нас напугать, то тебе это удалось, – шепотом проговорил Сложный, при этом он шевелил только губами, боясь даже обернуться. Птенец так и вовсе стал белым как мел и забыл, как дышать.

Волкогонов смотрел на циферблат, по которому минутная стрелка гоняла часовую в обратном направлении, не собираясь замедляться или снова идти в нужном направлении.

– Смотрите, – Птенец кивком головы указал за спину Николая, – там, на ветке, часы висят.

Волкогонов развернулся и сразу все понял. Действительно, на одной из веток добросердечный проводник Мишка Покровский когда‑то повесил свои часы, отмечая, что здесь находится временна`я аномалия. Чуть поодаль можно было встретить еще несколько наручных часов, оставленных другими проводниками, которым также «посчастливилось» попасть в аномалию.

– Николай Иванович, – замогильным голосом спросил Птенец, – а что происходит?

– Пока ничего страшного. – Волкогонов закрутил головой и неожиданно заметил группу людей, которые шагали задом‑наперед, высоко поднимая ноги, точно цапли. Это выглядело так, будто кто‑то перематывал кино в обратном направлении. Клиенты таращили глаза, наблюдая за тем, как странные ходоки проходят в нескольких десятках метров и скрываются в чаще, не обращая на них никакого внимания.

– Это как понимать? – Борис на мгновение потерял самообладание, осознав наконец, что стоило бы чуть больше доверять опыту Волкогонова.

– Так и понимай. Ловушка времени. Мы сейчас в прошлом по хронологии «Вятки». Произвольный срез этой хронологии совпал с каким‑то событием, которое запомнилось Территории. Та группа проходила мимо аномалии года два назад, я их прекрасно помню. Нам же показали обратную последовательность.

– Это что же, – ахнул Петр, – нас забросило на два года назад?!

– Не так далеко, – успокоил проводник, вывернул кисть и продемонстрировал обратный бег стрелок. – Да, мы погружаемся в прошлое, но речь идет о часах, а не о годах.

– Но та группа…

– Не переживайте, это не настоящие люди, фантомы. Настоящие давным‑давно вернулись на станцию. – Волкогонов смотрел на циферблат: стрелки потихоньку замедлялись. – Могу предположить, что вы оба сейчас еще торчите в поезде и вот‑вот подъедете к Бекетову.

– Как такое возможно?! – негодовал Птенец, у которого совершенно не укладывалось в голове, как можно находиться в двух местах одновременно.

– Это аномалия. Увидел бы эту метку, – проводник махнул рукой в сторону часов Мишки Покровского, пристегнутых ремешком к березовой ветке, – предупредил бы вас заранее. Но нам повезло.

– Ничего себе «повезло»! – сквозь зубы процедил напряженный Борис.

– Да уж поверьте, – усмехнулся Николай. – Потому что это, наверное, самое безобидное и безболезненное, что может приключиться на «Вятке». Впрочем, «Вятка» быстро скомпенсирует наше отставание от нормального хода времени. Правда, не сию минуту: нам придется прожить в аномальном прошлом какую‑то часть суток. В целом это ни на что не повлияет. Только, к сожалению, теперь и я должен расстаться со своими часами.

Волкогонову не хотелось оставлять новенькие часы на Территории, однако они уже не будут идти исправно, и, скорее всего, через несколько часов стрелки замрут и никогда больше не сдвинутся с места. Проводник расстегнул браслет и аккуратно повесил часы на одну из веток чуть в стороне от часов Покровского, повернув стекло циферблата так, чтобы в следующий раз можно было заметить его отблеск издалека и вовремя свернуть в сторону.

– Это ведь не опасно? – Нижняя губа Птенца дрожала, парень никак не мог скрыть свой испуг, который пытался выбраться наружу и уже начал передаваться Борису, хмуро взирающему на спутника.

– Сейчас начнет темнеть или, скорее, светать, тут уж кому как нравится. – Часы Волкогонова продолжали идти назад, а вместе с ними отматывалось в обратном направлении текущее время. – Давайте насобираем валежника и разожжем костер, негоже нам встречать рассвет в темноте.

Птенец нервно хохотнул, но немного расслабился, чувствуя, что жить в обратном направлении не так страшно, как ему показалось вначале. Он с энтузиазмом принялся нагибаться и собирать ветки, надеясь, что за этим делом страх отступит. Между тем действительно стало темнеть, будто наступал самый обычный вечер, правда, наступал он как‑то чересчур быстро. Уже через несколько минут ходоки сидели вокруг разложенного костра, ожидая, когда Волкогонов расскажет, что они будут делать дальше.

– Странное дело, – раздумчиво пробормотал Борис, чтобы хоть чем‑нибудь заполнить затянувшуюся паузу, – вроде только‑только утро было! Мы прибыли на станцию, познакомились, вышли на маршрут… И на` тебе – наступила ночь. А если верить Иванычу, то не следующая ночь, а предыдущая. А когда наступит новый день – это снова будет сегодня, и нам придется прожить его еще раз, только в другом месте?

– Я бы беспокоился не по этому поводу, – ответил Волкогонов, немигающим взглядом смотря на пламя костра. – Бывает так, что время вовсе замирает и ночь может длиться очень долго. Но мы даже не сможем узнать, как долго она продлится, потому что часы в такие мгновения просто стоят на месте.

– Ты так говоришь, будто уже попадал в такие переделки, – подметил Борис, который решил воспользоваться вынужденным привалом и достал из рюкзака сухари.

– Я, случалось, застревал во временно`й аномалии на пару дней, а еще разок практически и не заметил ловушки – так быстро течение времени вернулось в правильное русло. Но «Вятка» всегда отпускала меня. Возможно, кому‑то из проводников везло меньше.

– Думаете, что они до сих пор бродят где‑то здесь? – испуганно спросил Птенец, начиная в страхе озираться вокруг, думая, что прямо сейчас из тьмы выскочит голодный, оборванный человек и вцепится своими зубами в его руку.