Одинокое дерево на холме
Задрав рукав брендовой, но видавшей виды, куртки он нажал на запястье. Где тут же засветился приятным светом экран. Китайская корпорация Фьючер Тех, несколько лет назад сумевшая вместе с ООН внедрить электронные паспорта, наделила всех активных жителей земли своими чипами. Идея конечно прошла на ура абсолютно у всех правительств стран всего мира. Каждому вживили чип в область запястья, под вену. Один электронный документ заменял права, водительское удостоверение, кошелек и все остальные данные о человеке. Даже аккаунты мессенджеров и те были привязаны к чипу. Никакой анонимности. Никакой свободы. Только тотальный контроль. Под колпаком весь мир. Самое смешное, что большая часть населения с восторгом встретила эту затею. За исключением небольшого процента жителей, которые по тем или иным причинам смогли избежать чипизации. Но нет чипа, нет ничего. Нет доступа к удобному меню чипа, которое загоралось на запястье при прикосновении. Нет доступа к интернету. Нет доступа к навигатору. Нет медицинской помощи. Нет возможности покинуть страну. Да какой там страну, билет на автобус или самолет не купить. В то же время, никто тебя не отследит по gps, встроенному в руку. Никто не отберет у тебя денег, без твоего ведома. Никто не сможет использовать твою личную информацию. Всё, что ему осталось после улучшения защиты чипов, это продавать подарочные карты крупных корпораций, которые содержали различное количество единиц (мировой валюты). Продавать карты было бы бессмысленно, если бы не было умельцев, которые брали использованные карты и с помощью нелегких манипуляций временно увеличивали баланс уже отработанной карты. Временно. Потому что она показывала положительный баланс только при прикосновении с индивидуальным чипом. Однако при попытке воспользоваться ею в магазине, сразу скидывалась до одной единицы (во всех магазинах действовало правило, оплатить можно было картой, но одну единицу нужно было оплатить индивидуальным чипом. Для оформления страховки, доставки. И в случае финансовых проблем, чтобы судебные приставы знали об имеющемся у вас имуществе). Когда чипы только ввели, множество хакеров по всему миру начали их взламывать, меняя данные, шифровали от властей свои аккаунты, изменяли количество единиц на своем счету. Но Фьючер Тех нашла решение оперативно. Любой взлом чипа, во всех странах мира, решили наказывать пожизненным заключением. Тысячи людей было арестовано в первые же годы по этой статье. После этого количество желающих заметно уменьшилось. Плюс к тому, китайцы заметно улучшили технологии защиты и убрали лазейки для взлома.
В поисковой строке навигатора он обнаружил всего одну гостиницу в Аптубинске, который лежал перед ним. Так же, в положении монополии был и кабак. Один бар на городок. Один большой магазин. Один полицейский участок.
Мелкие капли дождя падали на растрескавшийся асфальт, выцветшие рекламные баннеры, заброшенные дома с заколоченными окнами. Это явно не то место, где ему нравилось бывать и к тому же, всё это намекало на то, что это не то место где можно заработать денег. Денег тут не было, очень давно не было. Жалкие копейки переходили от одного жителя к другому, можно сказать, натуральный обмен. К сожалению, выбора особо не было. Ехал бы он и дальше с дальнобойщиком, но на дороге чуть дальше находился большой пост полиции на границе области. На посту проверяют всё – груз, пассажиров и ему там безусловно были бы рады, только он не рад был бы оказаться у них в руках. Последнее общение с полицией закончилось для него не очень радужно. Он на тот момент жил в столице, большой город, много торговых центров, много денег. Он дежурил возле магазинов электроники выискивая в толпе простаков. Ссылаясь на то, что подаренная ему подарочная карта Samsung, Sony, Apple в данный момент без надобности предлагал людям её за пол стоимости (некоторым продавал за 60, а то и 70% от наминала, в зависимости от внешнего вида простака). Культурная манера речи и дорогие брендовые вещи притупляли внимание незадачливых покупателей. Ему переводили деньги на чип, затем оставалось лишь убраться подальше от магазина, потому что через несколько минут на кассе после выбора товара человек понимал, что на карте номиналом в 5000, 7000, 10000 единиц имеется лишь 1.
Постоянная смена внешнего вида, магазинов и районов и дело худо‑ бедно шло в плюс. Пока в один не очень удачный день, он не наткнулся на выходе на охрану, которая слишком оперативно сработала. Дальше было печальное общение с полицейским, который хоть и решил пойти на встречу, но потребовал перевода всех имеющихся на балансе единиц. Дабы не быть уличенным в незаконных действиях они заключили договор купли‑продажи автомобиля какого‑то его знакомого. В итоге Алекс стал владельцем двадцатилетнего крайслера, которого ему даже не отдали, стоимостью в 674000 единиц. Деньги… Деньги были его страховкой и надеждой на будущее, он рассчитывал в ближайшее время уехать из страны в какое‑нибудь теплое место и спокойно, лежа на пляже, попивать копеечное бухлишко до конца жизни.
Теперь же он вынужден бежать через всю страну на юг, к границе, где по наводке друзей жил человек способный сделать ему пересадку чипа, ибо услужливый полицейский даже не удосужился закрыть дело, отобрав у него всё до копейки. За операцию нужно было заплатить, это дело второе, нужно еще добраться до него. Всё что осталось у парня при побеге из последнего города это пачка подарочных карточек, некогда модный и дорогой гардероб, уже окончательно потерявший презентабельный вид.
Перебирая в голове события прошедших дней он и не заметил, как подошел к месту назначения. Город, обреченный на смерть после закрытия градообразующих предприятий, уже выгнал почти всех жителей, поисковик выдал население 1488 человек. Бывшая когда‑то центральной, площадь поросла травой и кустарником. Некогда сносная гостиница в прошлом представляла из себя небольшое двухэтажное здание, окна в котором были либо разбиты, либо частично заколочены, лишь несколько номеров, судя по всему, оставались в эксплуатации. Выцветшая и растрескавшаяся дверь пронзительно заскрипела, когда он потянул её за ручку на себя. Ручка так болталась, приколоченная на двух гвоздях, что он побоялся, что оторвет её. Сразу же перед его взором предстала стойка ресепшена. Кроме роя мух, круживших по комнате и старика, в старом залатанном комбинезоне, тут никого больше не было.
– Здравствуйте! – поприветствовал старика Василий, чтобы хоть как‑то привлечь его внимание, так как тот сидел, повернув лицо к вентилятору, а глаза оставались закрытыми.
– Приветств…, – решил повторить он, потому что старик никак не отреагировал на приветствие, как вдруг он начал поворачивать голову и недовольным тоном прохрипел, перебив его на полуслове:
– Слышу, слышу я тебя. Я ничего не покупаю, если ты не номер снять, то проваливай сразу!
Гостеприимный старик судя по всему, как и весь город.
– Именно за этим я и пришел. Снять номер хотелось бы. На день, может на два, – спокойным тоном произнес Василий.
Денег оставалось на счету меньше тысячи и что‑то намекало в этом городишке, что он тоже особо не сможет поживится. Проданные по дороге на заправке, каким‑то сельским простакам, напечатанные им же лотерейные билеты, дали возможность протянуть хоть пару дней.
– Номер стоит сто единиц в сутки, плюс пятьсот предоплата за имущество, которые я верну при выселении, – раздраженно выдал старик, как будто прогоняя подозрительного гостя.
Конечно же сто единиц для такого места это очень дорого, а пятьсот за имущество, да всё имущество этого места, наверное, меньше пяти сотен стоит. Выбор отсутствовал, поэтому он с улыбкой протянул руку ладонью вниз для оплаты и произнёс, – Давайте оформим на сутки пока, а дальше видно будет. Легкая вибрация прошла по руке, платеж совершен, он поднес ладонь и убедился – остаток 362 единицы.
Старик крякнул, поднимаясь со стула и шаркая по истрепанным и местами порванным коврам. Старик неспешно передвигал ноги, попутно решил разведать ситуацию,– Ты откуда в наших краях? Надолго тут? Какие у тебя тут дела?
