Одинокое дерево на холме
Колонна продвигалась по коридорам, указатели вели к грузовому отсеку. Внезапно впереди идущий остановился и попятился, сразу за поворотом весь коридор был завален трупами, такими же скелетами, обтянутыми кожей, зеленого цвета. Сразу за поворотом находился медицинский изолятор. Стараясь ни на кого не наступить, Василий пробирался по коридору, заглянув в проем шлюза, он увидел, что все пространство изолятора заполнено трупами, видно люди шли, ища спасения, но, судя по количеству трупов, врачи немногим помогли.
– Проходим скорее, не задерживаемся, ребята, активнее, они вас уже не укусят! – пытался их приободрить Вася, но самому было уже не до веселья, все это навевало только грусть, страх и огромное желание бежать, бежать без оглядки!
После очередного поворота перед ними вырос огромный шлюз и надпись: «Грузовой отсек», стены тут были покрыты той зеленой пылью что они видели до этого. Они вошли внутрь, здесь слой пыли был раз в 10 больше, превратившись из тонкого налета в мягкий ковер. В середине отсека в пространстве парил куб размерами около двух метров. Куб излучал зеленоватое свечение, на нем были странные знаки, неизвестного языка.
– Отбой, скорее всех выводи! – вдруг раздался крик из рации,– выводи, это смерть, это не то, что мы ждали! Выводи!
– Все назад! Скорее на выход! Шире шаг! Бегом! – заорал Василий, и внезапно ощутил легкий озноб по всему телу, как будто тысячи иголочек изнутри прикоснулись к его органам, костям и мышцам.
– Мы смогли расшифровать секретные данные, – наспех продолжал капитан, – не все, но достаточно понять, челноки эти никогда не были на земле, присланы они из другой галактики, и тот эксперимент «Искра жизни» – это было не исследование, они пытались разобраться в устройстве этого устройства, судя по всему, оно попало на землю так же, как и к нам. Это определенно «Искра жизни» как и говориться в голосовом послании, только эта «Искра» не нашей цивилизации! Этот комплект предназначен для подготовки планет к прибы…
Василий сбавил темп бега, переходя на шаг, затем остановился, и сев на колени, уронил голову на пол, сил не было подняться, он внезапно стал слабым и немощным, как будто кто‑то выедал его изнутри, он пытался позвать доктора… но изо рта не вылетало ни одного звука, на гортани не осталось мышц, чтобы создать звуки, глаза сфокусировались на трупе, лежащим перед ним, и мозг осознал причину его слабости и того, что же произошло на этом корабле, вдруг глаза перестали что‑либо различать, мозг оказался в темноте…
Он вспомнил своего пса, доброго, преданного, послушного…
Был июль или ноябрь, точно сказать было сложно, да и не имело особой разницы…
Глава 3. Песок и дешевая Piña colada.
Красный диск солнца медленно приближается к горизонту. Дует приятный ветерок. Он разглядывает табурет, на котором сидит. Сбит наспех. Грубо. Гвозди торчат в разные стороны, царапая ноги. Кое‑где виднеются следы краски. Прибрежный бар, если его так можно назвать, состоял из нескольких столиков, барной стойки и табуретов, хаотично стоящих под обветшалым навесом из пальмовых листьев. Подошла темнокожая официантка и спросила на ломанном английском:
– Повторить, друг? Еще раз? Пина‑коладу, друг?
– Да, давай еще одну. – ответил он, не поднимая головы. На шатающемся столике уже стояло два пустых стакана. Во рту всё еще был отвратительный вкус этого пойла. Больше пить желания не было, но и выбора тоже. Чувство умиротворенности и в то же время безысходности. Он перевел глаза на океан. Волны размеренно набегали на берег. Компания негров, сидящая в углу, начала чуть громче спорить. Говорили они на местном диалекте. Не понятном. Чужом. Хотя понимать его и не обязательно, чтобы почувствовать неприятности. Что‑то подсказывало ему, пора бы убраться отсюда. Он встал и медленно направился к выходу. Кинул смятую купюру на барную стойку не останавливаясь. Выйдя из‑под навеса бара, он остановился. Достал сигарету. Щелкнул зажигалкой и затянулся. За линией пляжа дорога. На ней стоят машины. Он смотрит на них и пытается вспомнить. Я точно приехал. Но на чём? Какая из них моя? Почему я не могу вспомнить? Песок скрыл звуки шагов, подошедших сзади. Из‑за этого, рука одёрнувшая его за плечо, стала для него неожиданностью. По инерции он чуть отпрыгнул в сторону и развернулся, перед ним стояло четыре негра в оборванной одежде. На лицах их застыло выражение, как будто он только что съел их вождя.
– Что за дела ребята? – на английском спросил он, заранее понимая, что он останется не понятым.
Впереди всех стоял невысокий тощий парень. Видимо он и дергал за плечо. Быстро и неразборчиво что‑то говорил, раз за разом пытаясь схватить за руку. Рот с кривыми торчащими зубами был искажен злобой. С уверенностью можно сказать, что ничего доброго он не предлагает.
– Я вообще ни слова не понимаю. Бро, давай не будем устраивать конфликтов, я просто пойду отсюда?
Вместо ответа на просьбу, негр, весящий на вид килограмм пятьдесят, попытался толкнуть его. Годы, проведенные в довольстве и достатке, не дали ему стальных мускулов и атлетического тела. Зато была масса. Около сотни, плотное телосложение, слегка заплывшее жирком. Определенно, законы физики не были знакомы тому, кто совсем недавно лазал за бананами по пальмам. От толчка в грудь человечек лишь сам отшатнулся. Такая пассивная агрессия, видимо, раззадорила худосочного, и он попытался ударить рукой в голову. Вася прикрыл лицо плечом и, недолго думая, ударил в ответ. Негр, кувыркаясь, летел по песку. Тут же кинулись и остальные псы джунглей. Он не совсем понимал, что происходит. Нанося удары наотмашь, по всему что движется. Внезапно, что‑то тяжелое опустилось на затылок. Удар был настолько сильным, что в глазах тут же потемнело. Он упал, как срубленное дерево. Уже лежа на песке, он чувствовал, как его пинают, боли не было, чувствовалась только возня и голос… голос в темноте звал…
– Проснись, проснись… Эй дружище, просыпайся.
Вася протер глаза, приходя в себя. Нет океана, нет негров. Так это был сон. Опять тот же. В который уже раз. Он сидел в кабине дальнобойщика. Лобовое стекло кабины завешено гирляндой из флажков разных стран. На стекло транслируется новостной канал.
– Готовься. Скоро уже подъедем. Пост буквально в километре, – произнес водитель, сбавляя скорость.
– Понял. До городка сколько? Ну который рядом с трассой, – ища глазами свою сумку, спросил Василий.
– Не больше трех километров. Прогуляешься, в себя придешь заодно, – зевая протянул старик. Испещренное морщинами лицо водителя веяло добротой, а взгляд был наполнен состраданием и заботой обо всём живом.
– Спасибо отец. Доброй тебе дороги, – слезая по ступенькам поблагодарил старика парень.
– Земля круглая, помогать надо всем. Мало ли где окажемся и с кем рядом! – с улыбкой ответил ему водитель.
– Ага, ага. – согласился он и хлопнул дверью грузовика.
Воздух в этих краях значительно чище чем в городах, в которых он провел почти всю свою жизнь. Он вдохнул полной грудью и неспешно зашагал по грунтовой дороге в направлении видневшегося вдали городка.
