Опрокинутый мир

Оказавшись в таком подвешенном состоянии, без информации и с теорией, в которую не просто поверить, я старалась опять включить свой дар. Это было крайне сложно, ведь я не знала, как им управлять, а после такого тяжелого восстановления мне было еще и сложно сосредоточиться. Сначала я стала искать информацию о Григории, ведь именно благодаря нему я погрузилась в прошлое. Вот только ничего нового я не нашла, пришлось вернуться к дочери Кайла и ее детям, старший не имел потомства и умер так и управляя лабораторией. А вот младший потерялся в горах, я решила проверить свой запрос, но ничего нового по нему не было, было известно только, что у этого мальчика появилась семья. Пришлось опять сосредоточиться на детях, теперь уже его, я не совсем понимала что конкретно я ищу, но решила выяснить остался ли сейчас хоть один живой потомок того видича, что стоял у истоков всей этой истории. Ведь именно с подачи Кайла вся космическая программа развивалась, и я попала на обитаемую планету, может его потомок знает, почему нам так было необходимо туда попасть. Зайдя в тупик и здесь, я решила дождаться хоть каких‑нибудь результатов от своей команды, но они топтались на месте, не владея нужной информацией. Я даже взяла карты домой, надеясь помочь сразу обеим, поскольку в рабочее время искала причины катастрофы системы передачи сигнала. Вот только без специального оборудования я не могла ничего сделать, передо мною были на первый взгляд самые обычные одинаковые карты, отличающиеся только градусом видения с земли. Поняв, что у меня ничего не выйдет, я повесила их на стену в изголовье и любовалась перед сном, что и привело меня к просмотру ярких снов по ночам.

Сначала мне снилось звездное небо, которое так манило меня к себе, звезды висели наверху и перемигивались между собой. Только самолеты нарушали их покой, шумя своими двигателями и перекрывая их свет, иногда казалось, что эти темные треугольники нарочно закрывают от меня звезды. А иногда они подкрадывались незаметно, чтобы прогудеть над самой головой и сверкнуть своими огнями, вводя тебя в заблуждения, что же это было. Ты начинал думать о падающей звезде, пролетевшем метеорите, да и просто о летающей тарелке, пока не различал этот приближающийся гул. Только по гулу и можно было опознать пролетающий мимо самолет, да еще по зеленым и красным огням на его крыльях, но они становились видны при приближении. Потом сны изменились, я уже летела на корабле, лавируя среди планет, стараясь с ними не столкнуться. Это был такой яркий и пугающий момент, ведь от меня зависела судьба всего экипажа, именно тогда моя прядь волос навсегда приобрела белый цвет. Как же мне было тяжело, но другого варианта не было, капитан не мог вести корабль, а нам грозила катастрофа от взорвавшейся планеты. Я никогда не задумывалась, что в тот момент времени подтолкнуло меня отправиться на мостик и взять управление на себя. Хотя сейчас ответ на этот вопрос был ясен, но в тот период времени я не знала, кто я и что могу вообще делать, только существо с другой планеты открыло мне на это глаза. Вскоре мне стало сниться, как я лечу со всей нашей системой планет куда‑то вдаль, где нас ждет что‑то неизвестное и пугающее. Но как доказать, что мы летим, что вся наша система перемещается, это было сейчас самое главное. Я смотрела на звезды, стараясь определить, сдвигаются ли они, или нет, мне нужна была хоть крошечная зацепка. Но как назло, когда она была так нужна, ее не было, лишь корабли и ракеты чертили темное небо, правда их следы никто и не увидит на черном небосклоне.

Из лаборатории не было вестей, я не видела смысла ходить на работу, но старалась быть там каждое утро, чтобы поддержать команду. Если бы я этого не делала, мы бы развалились в тот самый момент, не давая себе отдыха, что стало сказываться на здоровье, я уже собиралась на лечение к Анне, когда внезапно уснула от переутомления. Это произошло в нашей лаборатории, моя голова нашла приют прямо на картах полушария, хотя они были гораздо жестче подушки. Я перестала себя сдерживать и полетела во сне к звездам, потом я посмотрела на нашу Землю и внезапно поняла, что мне следует сделать. Ответ был более прост, чем я думала, ведь мы перемещаемся в пространстве по определенным рамкам, они только достаточно большие, ведь дыра не может засосать в себя все, где‑то должна быть граница. Надо определить то место, где она проходит и посмотреть на планету из точки, находящейся за нею. Только тогда мы сможем увидеть перемещение планеты, а также рассчитать его скорость, правда, не зная конечную точку, это будет непросто.

Быстро отогнав от себя эту мысль, я стала искать, но чем дальше отлетала, тем меньше чувствовала что‑либо, хотя все должно было быть как раз наоборот. Лишь выдвинув новую теорию, я решилась ее проверить на себе, разогнавшись до скорости ракеты, полетела вперед, конечно, результат не заставил себя ждать. Я врезалась в какой‑то купол, что служил защитой, моя теория подтвердилась, я так и предполагала его наличие, ведь стабилизацию от дрожания можно провести только в сфере. Я огляделась, впереди было созвездие, на которое недавно летали, если бы мы могли подключиться к датчикам, что там остались, то вполне вероятно увидели пролет всей нашей системы мимо него. Мне нужно было спешить, на все требовалось время для согласований, а вот именно его мне и не хватало, у меня были лишь сутки. Поэтому дождавшись светового дня, оставив записку, я уехала, Леандр был удивлен моему внезапному появлению, но я решила действовать через него, поскольку так было быстрее. К концу дня разрешение было у меня и оставалось лишь вернуться обратно и задержать часть команды на вечер, чтобы подключиться и получить нужную запись.

Узнав, почему я так резко скрылась с работы, сослуживцы поняли и оценили мою способность находить решения проблемы. Больше ни у кого не возникало недовольство тем, что я периодически отсутствую, ведь готовый результат того стоил. Я была одиночкой, мне так было проще искать решение, но моя команда наконец‑то приняла это, перестав сравнивать с Леандром. Да, у нас были разные стили работы, но оставшись без него, всем пришлось приспосабливаться к моему стилю, а мне научиться отдавать и распределять работу среди этих профессионалов. Мне пришлось заново перечитать их личные дела, чтобы давать работу согласно специализации, ведь так она делалась лучше и быстрее. Хотя остаться на ночь захотели все, пришлось разделить людей на две группы по четыре человека в каждой, я хотела, чтобы первые разобрались с сигналом и включили запись. Наутро их должна была сменить вторая группа, которая будет следить за получением сигнала, я собиралась в это время заниматься текущими делами, начиная прямо с ночи. Вот только все возмутились и отправили меня отдыхать, пообещав, что сами успеют сделать и то и это, ведь сигнал был достаточно простым. Я обрадовалась такому предложению, ведь моя усталость уже зашкаливала, путешествия по ночам не способствовали высыпанию, а днем мы работали. К тому же побегав за разрешением по всему городу, я выдохлась, мне приходилось каждому рассказывать какую‑то историю, чтобы он подписал его мне. Я поблагодарила ребят и отправилась домой спать, теперь я за лабораторию не переживала, они все сделают как надо. Вот только спать мне не хотелось из‑за этих ярких снов, я боялась встречи со своим прошлым, хотя оно всегда было со мною. Об этом напоминала седая прядь волос, выбиваясь из прически, хорошо, что я остриглась и теперь она попадается мне на глаза в самые неожиданные моменты. Мне пришлось принять таблетки, чтобы уснуть и избежать этих снов, ведь с ними я всегда просыпаю, а мне хотелось приехать пораньше, чтобы узнать результат записи.