Память льда
Когда отяжелевшее солнце начало медленно сползать за горизонт, путники остановились на ночлег. Каменная отвела лошадей и волов в наспех устроенный загон. Его соорудили с таким расчетом, чтобы в случае чего животные могли убежать вглубь равнины.
В ожидании ужина, приготовлением которого занимался Харло, в лагере воцарилось подавленное настроение. Керулий и двое магов не показывались из своих экипажей.
Пламя костерка почти не давало дыма. Над его языками вились мотыльки. Ворчун потягивал вино с пряностями и с грустной улыбкой следил за безмозглыми насекомыми, исчезавшими в сияющей бездне.
Пока ужинали, совсем стемнело. Звезды над головой заблестели ярче. Когда с трапезой было покончено, Хетана встала:
– Харло, идем со мной. Шевелись давай.
– Ты о чем, красавица? – не понял тот.
Ворчун поперхнулся вином и закашлялся. Каменная деловито принялась постукивать его по спине. Моргая слезящимися глазами, командир стражников улыбнулся напарнику:
– Иди‑иди. Сейчас она тебе все объяснит.
Харло в ответ лишь выпучил глаза.
Окончательно потеряв терпение, Хетана молча подошла к парню, схватила его за руку, рывком поставила на ноги и поволокла в темноту.
– Да что вообще происходит? – нахмурилась Каменная, провожая их взглядом.
Оба мужчины упорно молчали. Она сердито посмотрела на Ворчуна, а потом вдруг догадалась сама и аж задохнулась от возмущения:
– Да что эта наглая девица себе позволяет!
– Ну, дорогуша, после того, что было в Сольтане, тебе, пожалуй, не следует так говорить, – засмеялся Ворчун.
– Не смей называть меня дорогушей! А мы что же, будем преспокойно здесь сидеть и слушать все эти стоны, вздохи и прочее? Фу, до чего отвратительно!
– Да ладно тебе. Не будь ханжой! В подобных обстоятельствах все как раз очень даже понятно…
– Ты меня не понял, дурень! Кого она выбрала? Харло! Боги милосердные, меня прямо аж блевать тянет! Ну почему Харло?! Я еще понимаю, если бы она предпочла тебя или Бьюка. Но Харло! Эту волосатую обезьяну!
– У него большие руки, – с некоторым смущением пояснил Ворчун. – Так Хетана сказала… прошлой ночью.
– Ага! Так ты был с нею вчера? Да? С этой необузданной дикаркой, от которой разит прогорклым жиром? По твоей самодовольной роже вижу, что угадала. Меня не обманешь.
– А ты заметила, сколько в Хетане страсти? Какой мужик откажется от такого подарка?
– Замечательно! – процедила Каменная и встала. – Бьюк, подымайся!
Седой стражник аж отпрянул:
– Нет, я не могу… Не могу. Прости, Каменная.
Издав нечто вроде рычания, женщина подошла к молчаливым баргастам.
– Возьми Нетока, – посоветовал ей Кафал. – Он еще ни разу…
– Вставай, парень! – приказала она Нетоку.
Тот нерешительно поднялся.
– У него тоже большие руки, – заметил Ворчун.
– Заткнись!
– Только идите в противоположную сторону. А то вдруг ненароком наткнетесь на…
– Вот тут ты прав. Чего встал, Неток? Пошли.
Они скрылись в темноте. Юный баргаст напоминал щенка, которого волокли на поводке.
– Ну и дурак ты, – сказал Ворчун Бьюку.
Бьюк в ответ лишь молча покачал головой, продолжая глядеть на огонь.
Эмансипор Риз потянулся к латунному кувшину с терпким вином.
– Еще бы пару ночек, и, глядишь, очередь дошла бы и до меня тоже, – пробормотал он. – Вот вечно мне не везет.
Ворчун сперва непонимающе уставился на старика, а затем ухмыльнулся:
– Мы ведь пока живы. Кто знает, может, Опонны еще тебе и улыбнутся.
– Неплохо бы для разнообразия, – проворчал Риз.
– Слушай, а как тебя вообще угораздило связаться с этими вот… с хозяевами твоими?
– О, это целая история, – ответил кривоногий возница, потягивая вино. – Слишком долго рассказывать. Дело в том, что моя жена… В общем, они предупредили, что придется много путешествовать…
– Ты хочешь сказать, что выбрал меньшее из двух зол и свалил от супружницы?
– Боги упасите, господин!
– Ага, а теперь жалеешь, что поступил к ним на службу?
– Этого я тоже не говорил, – буркнул в ответ старик.
Внезапно из темноты послышался протяжный звук, заставивший всех вздрогнуть.
– Интересно, это кто же из наших любовничков так разоряется? – почесал в затылке Ворчун.
– Они тут ни при чем, – возразил Риз. – Это моя кошка объявилась.
Почти сразу же из повозки показался черный силуэт Бошелена.
– Вот и наша дозорная возвращается… и весьма поспешно. Предлагаю позвать всех остальных и приготовить оружие. Позвольте дать вам совет, какой тактики лучше придерживаться: постарайтесь перерезать немертвым охотникам сухожилия. И пригибайтесь как можно ниже к земле: эти твари предпочитают наносить удары горизонтально – вдоль, а не поперек. Эмансипор, надеюсь, ты к нам присоединишься. А ты, командир, предупреди своего хозяина. Впрочем, думаю, он и так уже знает.
Ворчун встал, чувствуя, как холод сковал все его тело.
– Никак нам придется биться с ними в темноте?
– Ну, зачем же в темноте? – натянуто улыбнулся Бошелен. – Корбал, будь так любезен, освети нам пространство.
Вспыхнул мягкий золотистый свет. Над этой частью равнины временно наступил день. Кошка мяукнула снова, а потом и сама выпрыгнула из мрака. В золотистом круге появились Хетана и Харло; оба торопливо застегивали на себе одежду. С другой стороны подошли Каменная с Нетоком. Ворчун выдавил из себя улыбку.
– Что, небось, не успели? – спросил он Каменную.
– Будь снисходителен. У парня это все‑таки первая попытка. Он очень старался.
– Понимаю.
– А времени нам действительно не хватило, – с явным сожалением добавила стражница, надевая кольчужные перчатки. – Ох и прыткий мальчишка, хотя воняет от него будь здоров.
