Половина мира

– Вы, барышня, явно давно не выходили из стен своего особняка или дворца, или где вы там живете, и не знакомы с ценами в реальном мире. За пятьдесят я бы еще задумался над этим делом, – голос незнакомца прозвучал так, словно он отчитывал меня перед родителями за детскую шалость. И без этого бушующая в груди ярость вспыхнула с новой силой, но я никак не могла выплеснуть ее на него. Только словами, которых не хватало.

– А вы назвали такую сумму только потому, что, по вашему предположению, мы живем в особняке? Даже и не подумали, что нам может и вовсе нечем расплатиться? – слова вырвались из меня сами. На самом деле, я не ожидала, что скажу нечто подобное. Прикидывая в уме, по памяти, сколько монет с собой, я с трудом чуть не взвыла от досады, их было слишком мало.

– Не беда, такие милые барышни вполне могут расплатиться чем‑то другим, – его взгляд снова стал хитрым и пробежался по моей фигуре, отчего захотелось придушить собеседника еще больше.

– Магический брак, слышали о таком? – я демонстративно подняла руку, стянула с нее перчатку и, потратив крупицу магии, продемонстрировала голубое, волнообразное свечение в виде полного имени супруга, прокатившееся от пальцев до запястья. Лицо незнакомца стало расстроенным, но всего на несколько секунд. О таком виде браков, он, очевидно, и правда слышал, а значит, знает правила. Изменить супругу в данном случае нельзя, ни при каких обстоятельствах. Самое близкое, что допускается с лицом, противоположного пола, не являющимся кровным родственником – это поцелуй в щеку. При попытке произвести что‑то большее, магия дает о себе знать.

– Ну, ничего, вас же двое, или у вашей спутницы в столь юном возрасте тоже есть супруг? – невозмутимо пожал плечами мужчина, а я не выдержала, подобная наглость переходила все возможные границы. Сорвавшись с места, я чуть не налетела на него, но вовремя остановилась и ткнула пальцем в грудь.

– Только тронь ее, и я все лицо тебе расцарапаю, а глаза выколю, – не знаю, что удержало меня от исполнения угрозы в реальном времени.

– Тише, тише, барышня, мы не настолько близко знакомы, чтобы вы обращались ко мне подобным образом, – вернул он мне мою же фразу, чем охладил пыл и заставил взять себя в руки. Да что я творю вообще? Это запах корицы на меня так действует?

– Семь золотых, – спокойно предложила я, подавив продолжавшую кипеть в груди злость и, сжав руки в кулаки, что не укрылось от внимательного взгляда собеседника. Склонив голову набок, он прищурился.

– Двадцать пять, – голос прозвучал с вызовом, и мужчина словно ждал реакции. За весь наш недлинный диалог я успела отметить его дурную привычку склонять голову набок и щуриться. Вот, честное слово, делал это постоянно и на не очень долгое время. Буквально через секунду возвращал и лицо, и голову в прежнее положение, чтобы при следующих словах повторить этот жест.

– Наши соседи год живут на двадцать пять золотых, при учете, что у них немаленький дом, и слуги, – семья Розы Акентин, подруги Сапфиры, и правда жила на такие деньги, как им это удавалось, я не имела ни малейшего представления. Я знала об этом только потому, что всегда тщательно проверяла тех, с кем общается будущий маг‑источник, и на самом деле не была в восторге от этой дружбы. – Цена слишком завышена, вам не кажется? – самоуверенный незнакомец слишком зазнался, и следовало поставить его на место хоть чем‑то, только мне было нечем.

– Я буду рисковать своей жизнью, помогая вам в этой авантюре, так что, не думаю, – он продолжал оставаться спокойным, чем давил на нервы сильнее прежнего.

– Десять золотых, – сквозь зубы прошипела я, понимая, что это все, что у нас есть на данный момент, и отдав их ему, мы с Сапфирой останемся совершенно без денег. Одна надежда на помощь Стефана, если он не решит повторить мой поступок, и не выкинет нас из своего дома через портал. Глаза незнакомца снова сузились, эта его дурная привычка так делать раздражала до ужаса, и я невольно ее повторила, чем вызвала улыбку на его губах. Блеск в зеленых глазах куда‑то пропал, и они стали обычными, не привлекающими все внимание, а значит, на протяжении нашего диалога он использовал магию или применял какое‑то заклинание, вынуждая их светиться.

– Двенадцать золотых, и вы позволите мне все, что позволит ваш магический брак, либо то, что выдержу я под его магией, – в голосе мужчины послышалась издевка, а я сама не поняла, как удержала рот закрытым. – И это мое последнее предложение. Если вы его не принимаете, я ухожу, – вовремя добавил он, ведь я уже собиралась послать наглеца куда подальше с такими предложениями. Прикусив губу, постаралась не подавать виду, что даже это сейчас мне не по карману. Отпустить его просто так, зная наш с Сапфирой план и не имея другого мага на примете, я не могла, пришлось согласиться, но на своих условиях.

– Девять золотых сейчас, еще три, как вернемся домой, – стоило мне это сказать и на секунду замолчать, и я увидела, как собеседник собирался возразить, пришлось опередить его и добавить. – И поцелуй в щеку, что является максимально допустимым в магическом браке, когда все закончится, – очевидно, мужчина рассчитывал на что‑то другое или большее, но мы оба знали правила и законы таких браков. Бурлящая во мне магия просто не позволит ничего, что могло бы навредить моей верности супругу, будь то даже просто прикосновения к интимным местам.

Почесав подбородок, незнакомец поставил руку на пояс и постучал пальцами по ремню. Очень хотелось надеяться, что он и правда рассматривает мое предложение, а не придумывает, как поскорее отделаться от неудавшейся жертвы соблазнения. Наконец, тяжело вздохнув, он покачал головой, словно собираясь отказать, но, вместо этого, сделал резкий шаг ко мне, да так, что я невольно вжалась в дверь, а мужчина застыл на минимальном расстоянии.

 

Конец ознакомительного фрагмента