Принц для всех. Часть I

Но вот это заявление меня, мягко сказать, рассердило – выдохнув, сдержал ругань, и продолжил диалог о чёртовых салфеточках:

– Какие тебе самой нравятся? – вежливо поинтересовался.

– Персиковые, – открыв широко глаза ответила она.

– Пусть такой и будет, – равнодушно, но с натянутой улыбкой ответил ей, выпроваживая из комнаты.

Я захлопнул дверь и выдохнул, перевёл взгляд на валяющуюся Белоснежку, к которой подошёл. Рассмотрел её, проверил пульс на шее – продолжает дышать. Странно, но я жду, когда он исчезнет – так, для эксперимента. После этого ответил на её молчание:

– Мне сейчас интереснее твоё проклятие. Хотя тебе были бы гораздо интереснее салфетки… – закатил глаза.

Спустя немного времени та служанка вернулась, заставив меня занервничать сильнее. Её слова на моё состояние тоже повлияли:

– Ваше величество, персиковых салфеток нет.

И в этот раз ругнулся, чем удивил пришедшую, но быстро перевёл тему на привычный ей около‑официальный тон:

– Какие есть, милочка?

Пока девушка перечисляла абсолютно все цвета – как же их много, откуда вообще взялось столько цветов у нас?! –, я вновь переглядывался с Белоснежкой, которая непривыкших к ней пугала. Сказал наконец имеющийся цвет, вновь выдворил служанку.

Но после этого открыл портал в пыточную – в течение дня меня начали заваливать абсолютно такими же вопросами о цветах свечей, скатертей, размер одежды (для меня, а не гостей – я за их размеры не отвечаю), стилистику бала, музыку и ещё много‑много бесполезного бреда. В какой‑то момент я просто стал отправлял этих людей родителям, но они возвращались, а потому, понятия не имею, каким будет этот чёртов бал – всё говорил наугад, дабы отвязались.

И всё же, бал настал. Ещё с утра меня не пускали к Мерлину в башню, из‑за этого я отозвал своих помощников и отправил по своим законным рабочим местам. Я заметил, что они расстроились – кому‑то не хотелось возвращаться к скучной и однообразной рутине, другим самим было интересно попасть в Мерлинов мир ‑, но продолжим с ними разбираться завтра. Надеюсь, родители тут не расстроят мне планы.

Когда празднество началось, с золотой короной, украшенной красными и синими камнями, мне пришлось встать прямо перед тронами родители, которые следили, как я здороваюсь и обмениваюсь парочками любезных фраз с этими многочисленными гостьями. Девушки выстроились передо мной в длинную шеренгу и выходили из неё, когда их представляли церемониймейстеры, читая с переданного свитка несколько титулов или «интересных фактов», как я понимал.

Каждая такая встреча проходила одинаково – они поклонятся, и мы пару минут с ними поговорим; на этом всё. По планам, если мне понравится какая‑нибудь девушка, я могу взять её под руку, и мы пойдём вместе проводить время. Но я не планировал никого брать, а потому готов был простоять таким образом весь вечер. Ночь. Утро. И день. Если, конечно, понадобится.

Запоминать имена прибывших гостей мною не планировалось. Я кланялся, отвечал на одинаковые вопросы и вежливо улыбался – благо, меня учили держать лицо и вовремя лицемерить. Цветные платья с глубокими вырезами, куча косметики на лице, высокие причёски с цветами и перьями, меховые накидки, лестные фразочки – всё это я видел не только на этом приёме, а на всех тех, на которых мне удавалось побывать. Нет, конечно, не каждая девушка выглядела так вычурно и экстравагантно, но, честно, мне совсем не хотелось разглядывать или разговаривать тут ни с кем. Я всё чаще смотрел на родителей, пожимая плечами – мол, смотрите, ваш план не срабатывает, но они не собирались сдаваться. Моя обязанность обговаривалась уже несколько дней во время совместных приёмов пищи: я должен был найти себе подружку, хоть какую.

– И всё же, желательно, с достойной родословной и образованием! – добавляла каждый раз матушка.

Смотря по сторонам, когда девушки мне рассказывали о себе, погоде, природе, я заметил одну, совсем не похожую на остальных – я не мог отличить её лица. Она вроде не стояла так далеко, да и зрение у меня ещё было нормальным, но черты никак не проявлялись – вроде и похожа на всех, а вроде и нет. Меня это заинтересовало, хотелось понять причину, а потому, не дослушав очень интересные истории о том, как птички поют мелодично, отправился к расплывчатой незнакомке.

– Фердинанд! – крикнула матушка, но продолжать звать не стала, заметив, к кому я иду. Заметила ли она особенность внешности, не знаю.

Я подошёл к этому непонятному гостю. На ней было красивое голубое платье с пышной юбкой, которое так подходило её глазам, короткие волнистые жёлтые волосы, розоватые губы и нежные черты лица, но запомнить даже так близко я этого всего не мог.

Постоянно будто приходилось напоминать себе, что эта девушка выглядит именно так. Неужто, знакомые Мерлина постарались? А если и так, то почему? Почему мне сейчас никто с трупом не помогает?! Что для этого надо сделать – быть блондиночкой с тонкой талией и пышной грудью?

– Как вас зовут? – сразу поинтересовался, когда к ней подошёл, продолжая смотреть на округу, но часто глядел на потенциальную собеседницу.

Девушка удивилась моему вопросу, но, немного постеснявшись, с поклоном в реверансе ответила:

– Меня все называют Золушкой.

– Золушкой? – кашлем я скрыл смешок, удивление и улыбку. – Мило… – произнёс уже нормальным голосом, но в голове были сплошь мысли про дурацкие имена, окружающие меня в последнее время. Что ж за жестокие родители в Королевстве? С другой стороны, меня назвали именем коня дедушки… Да, я III, но про моих предков‑тёзок вспомнили в последний момент.

Я решил продолжить диалог, ибо, стоять на одном месте ноги затекли. Да и очередь из недовольных и огорчённых девушек уже редела – они топали ножками, разворачивались к выходу и шли жаловаться на мой уход подругам и родственникам.

– Почему вы ко мне подошли? – продолжала удивляться гостья. – Я не набиваюсь вам в жёны, – ответила она вежливо.

Меня в кое‑той мере даже порадовала эта мысль, а потому остаток бала решил провести с безликой красавицей Золушкой – сколько ж красоток в этом мире! Выглянув за ограду балкона, на котором мы стояли, я посмотрел на часы, что располагались на высокой башне (не той, что Мерлина, он бы не позволил, ибо эти часики иногда оглушающе били в колокола) – праздник начался в 16:00, а сейчас уже 19:27. Кошмар, три с лишним часа я здоровался только с девушками… А ведь это был далеко не конец! Переоценил я себя…

– Как вам бал? – поинтересовался у скромной Золушки, проигнорировав её вопрос.

– Очень красивый, – глупышка и не настаивала на том, чтобы я отвечал. – Никогда раньше на таких не была. Вы сами его устраивали?

– Нет, мне что, делать больше нечего? – посмеялся я, но увидев непонимание на лице, решил, что стоит разговаривать с ней нормально. – Родители сильно помогали. Не любитель я балов. Они такие одинаковые, уж поверьте моему опыту.