Проклятое сердце

Кавалеры прибывали даже из южного городка Бернсли, они приносили мне букеты цветов и маленькие безделушки в надежде, что я выберу наиболее внимательного и щедрого. Вот только никто из них не пришелся мне по душе.

Лорд Биллингтон был слишком занят разглядыванием собственного отражения в зеркале, чтобы смотреть мне в глаза. Мистер Макнамара четыре раза спросил о моем приданом. Трое джентльменов даже не знали моего имени. Еще двое показались ужасными грубиянами. А еще нашлись мужчины, которые годились мне в дедушки. Неужели все они так отчаянно нуждались в супруге? Или я – единственная незамужняя девушка на острове?

Каждый вечер за ужином отец интересовался, выбрала ли я жениха и ткань для пошива свадебного платья. И я раз за разом отвечала одно и то же: никто из претендентов мне не подходит.

Тяжело вздохнув, я велела лакею пригласить очередного потенциального жениха.

Чем скорее поговорю с ним, тем скорее от него избавлюсь. Я поднялась с тахты, когда красивый джентльмен с темными вьющимися волосами переступил порог гостиной. Его черные сапоги были начищены до блеска, а изысканная одежда, явно сшитая на заказ, подчеркивала высокую худощавую фигуру.

Наконец‑то пришел мужчина, который хоть немного меня заинтересовал.

Однако, когда его губы растянулись в дерзкой ухмылке, он перестал быть для меня привлекательным.

Очередной тип с высоким самомнением, а таких я на дух не переношу.

– Сэр Эдвард де Ворн, – представил его лакей, низко кланяясь. – Посол Его Величества из Веллана.

Я родилась на соседнем острове Веллан, но наша семья переехала на Айрен, когда я была совсем маленькой. Брак с послом сулил путешествия, знакомства с иностранцами и приемы у высокопоставленных лиц. Да и мысль о том, чтобы сбежать с Айрена, в последнее время приходила мне в голову все чаще. Но если посол был настолько же самоуверен, каким казался на первый взгляд, то он вернется на Веллан без невесты.

– Добрый вечер, леди Эйвин. – Эдвард едва заметно кивнул. – Прошу меня извинить за то, что я пришел столь поздно, но мне не терпелось познакомиться с девушкой, о которой говорит весь город.

Выдавив улыбку, я жестом указала на диванчик. Девушка, о которой говорит весь город. Совершенно не то, о чем я мечтала.

– И что же обо мне говорят?

– Лишь то, что самая прекрасная девушка на всем восточном побережье ищет мужа. – Эдвард откинулся на подушки и положил локоть на бархатный подлокотник. В отличие от других претендентов на мою руку, он держался спокойно и расслабленно. На секунду у меня даже возникло впечатление, что я гостья в собственном доме.

– Значит, вы ищете жену, посол? – полюбопытствовала я, отодвинувшись от него подальше и спрятав сжатые кулаки в складках платья.

Сапфировые запонки на его запястьях блеснули в лучах заходящего солнца.

– Нет, не ищу.

Что‑то новенькое. Все остальные претенденты едва ли не отчаялись обзавестись женой. Лорд Хэлпин привез стопку любовных писем, которые писал мне с тех пор, как мы были детьми. Лорд Уолсли, ровесник моего отца, подарил рубиновые серьги своей покойной жены. А сэр Генри Уизел протянул мне обручальное кольцо своей прабабушки еще до того, как подали чай.

Насколько я могла судить, у посла не имелось при себе никаких подарков для меня. Разве что он спрятал вещицу в карманах своего красивого черного жилета, отделанного серебром.

– Значит, вы пришли посмотреть на меня, словно я животное в зверинце?

– Что‑то в этом роде.

Я так и не определилась, стоит ли мне уважать его за честность или презирать за грубость. В общем‑то, это не важно. Я не собиралась выходить замуж за Эдварда де Ворна. Неужели мне и правда придется выбрать супруга из тех мужчин, что сватались ко мне за последние несколько дней? Никто из них не произвел на меня хорошего впечатления, а многие – откровенно разочаровали.

– Теперь, когда вы посмотрели на меня, можете уходить. – Чтобы я наконец‑то сбежала в сад и подрезала лавровые деревья. Отрезать что‑нибудь прямо сейчас звучало довольно заманчиво.

Вместо того чтобы уйти, посол закинул лодыжку на колено и потянулся за пирожным на многоярусном подносе, стоящем на кофейном столике.

– Почему ваш отец так отчаянно хочет выдать вас замуж?

– Мне почти двадцать один. Пора обзавестись мужем. – Я выхватила пирожное у Эдварда из рук, чувствуя, что мое терпение уже на исходе. – Прошу прощения, но угощения только для претендентов на мою руку.

Посол отобрал у меня пирожное и откусил от него большой кусок.

– Я заинтригован. Какого рода неприятности стоит ожидать вашему супругу? – спросил он с набитым ртом.

– Я не доставляю никому неприятностей. Я стану идеальной женой. Спокойной, послушной и невероятно счастливой. – «Теперь я ощущаю себя не животным в зверинце, а лотом на публичных торгах».

Остатки пирожного исчезли у него во рту.

Он слизал с губ глазурь, и я невольно подалась вперед, отчаянно желая поцеловать его.

В считаные секунды искушение исчезло. Я прижала руку к груди, не понимая, в какой момент мое сердце забилось чаще. Сегодня выдался долгий день. Конечно, я очень устала. Нет, я вовсе не хотела целоваться с совершенно незнакомым человеком.

– Своенравная, – пробормотал он.

– Извините?

– Я вижу, что вы своенравная. – Он взял салфетку и аккуратно вытер рот. – И, бесспорно, упрямая. О каких еще недостатках вашего характера мне следует знать?

Недостатки характера? У меня? Он, верно, шутит. Мое терпение лопнуло. Я вскочила на ноги и указала рукой в сторону двери.

– Благодарю за визит, но, боюсь, я вынуждена просить вас удалиться.

– Неприступная.

Роберт тоже назвал меня неприступной, когда я не захотела заходить дальше поцелуев. Но тогда я была слишком наивной и испуганной, чтобы высказать свое мнение, опасаясь, что Роберт расскажет отцу о том, что я согласилась встретиться с ним в саду ночью.

Теперь мне нечего бояться.

Я взглянула в сторону открытой двери. Лакей, исполнявший обязанности нашего компаньона, не обращал на нас никакого внимания.

– Высокомерный, – прошипела я, загибая палец. – Самовлюбленный. – Еще один палец. – Невыносимый.

Эдвард в недоумении приподнял темные брови.

– О каких еще недостатках вашего характера мне следует знать?

Сейчас он наконец‑то уйдет. Ни один мужчина не потерпит, чтобы девушка дерзила ему. И как только он уберется отсюда, я сбегу к себе в комнату и закроюсь там на целую неделю. К черту, все эти смотрины.

Посол выставил перед собой обе руки и начал загибать пальцы.