Проклятое сердце

– Странно. – Она оглянулась на дверь. – Я не встретила никого в коридоре.

Безмозглый принц фейри с его дурацкой магией!

– Он ушел через сад.

Кейлин ускорила шаг, зашуршав юбками, и плюхнулась на диванчик.

– Расскажи мне о нем. И не скупись на подробности. Какой он? Держу пари, что очаровательней мужчин ты еще не встречала. Он просто невероятно красив! Безусловно, он самый красивый мужчина из всех, кто сегодня просил твоей руки. Наверное, он один из самых красивых мужчин, которых я когда‑либо встречала. Кроме Роберта, конечно.

Чертов Роберт.

Он и в подметки не годился Риану. Да, Роберт был красив в классическом понимании, и с него можно писать портреты. Но от Риана веяло опасностью, от которой у любой женщины захватывало дух. И даже у меня. Но я не стану говорить об этом Кейлин.

– Боюсь, он лишь очередной неотесанный чурбан, – ответила я, бросив взгляд в сторону стеклянных дверей, надеясь, что принц еще где‑то поблизости.

Легкий ветерок донес до меня смешок, и мои руки тут же покрылись мурашками.

– Чурбан? – Кейлин отпустила мою руку и игриво шлепнула меня по плечу: – Ты, должно быть, шутишь.

– Увы, нет. Чурбан без капли обаяния. Надеюсь, я его больше никогда не увижу.

Краем глаза я заметила какое‑то движение во внутреннем дворе.

Я оглянулась и обнаружила Риана, который по‑прежнему стоял там, притворяясь велланским послом. Одна рука была вытянута вдоль тела, а другая – заложена за спину. Темные кудри блестели в золотистом солнечном свете.

При виде Риана у меня перехватило дыхание.

Кейлин ткнула меня локтем в ребра.

– Я все слышала, – прошептала она и довольно усмехнулась.

– Простите, что вмешиваюсь в ваш разговор. – Риан переступил через порог. – Я уже отправился было домой, но не смог пройти мимо садовых цветов, которые напомнили мне о вас, леди Эйвин.

Предательница Кейлин восторженно ахнула.

– Вы, должно быть, леди Кейлин. – Он склонил голову в почтительном поклоне. – Приятно с вами познакомиться. Эйвин вами очень дорожит.

– Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, посол, – хихикнула Кейлин.

Я прикусила язык, иначе сказала бы ему взять свои цветы и засунуть их себе в…

Риан вытащил из‑за спины букет пурпурно‑розовых фуксий, перевязанных голубой шелковой лентой. Но фуксии зацветали только в конце лета. Когда он протянул мне букет, я не смогла заставить себя его взять.

Кейлин ткнула меня ногой в лодыжку.

– Разве это не любезно со стороны посла?

– Ох, разумеется. Очень любезно. Я действительно ценю то, что вы нарвали букет в моем саду, на который я трачу много времени и сил. А теперь, когда вы повредили корневую систему моих собственноручно выращенных цветов, они засохнут и умрут. – На самом деле я еще никогда не получала столь шикарного букета. Как только Риан уйдет, я поставлю цветы в своей спальне.

– Не слушайте ее. – Кейлин закатила глаза. – Эйвин обожает фуксии. Это ее любимые цветы.

Риан повернул голову в мою сторону и широко улыбнулся:

– Я этого не знал. Разве не чудесное совпадение? Возможно, даже судьбоносное.

– Лишь дураки веруют в судьбу, – сказала я, упрямо вскинув подбородок. Риан и так потратил впустую слишком много моего времени.

Поймав меня за руку, он оставил поцелуй на моем запястье.

– В таком случае я дурак, Эйвин. Но мне бы хотелось быть вашим дураком, если позволите.

Кейлин захихикала:

– О, посол, вы само очарование. Вы просто обязаны прийти на бал в честь моего дня рождения. Он состоится в субботу вечером.

Риан встретился со мной взглядом и улыбнулся:

– Бал? Как замечательно!

– Кейлин, я уверена, что посол очень занятой человек. Сомневаюсь, что у него найдется время на балы.

– Моя дорогая Эйвин, не переживайте. Я найду время.

Еще раз поклонившись Кейлин, Риан повернулся и направился в сад, прежде чем вернуться туда, где обычно собирались проклятые принцы, когда не преследовали невинных девушек.

Кейлин прижала руку ко лбу и, притворившись, что падает в обморок, рухнула на диванчик.

– Серьезно, Эйвин? Чурбан? Да он смог бы очаровать даже старую деву! Посол идеально тебе подходит. Не понимаю, что тебе в нем не понравилось.

Риан мне не подходил.

Он всего лишь хотел, чтобы я сняла с него проклятие.

 

Глава 7

 

В течение дня мне нравилось находиться в одиночестве, особенно в саду, когда вокруг одна лишь земля и растения, у которых нет своего мнения. Никаких планов. Никакого осуждения.

А вот ночи я ненавидела. Ночи казались мне невыносимой пыткой. Издевательством. Весь остальной мир засыпал, а человеку приходилось оставаться наедине с собственными мыслями.

И сейчас в моих мыслях поселился он.

Стоит ли удивляться? Я позволила ему поцеловать себя в своей спальне. Он касался спинки моего стула. Провел пальцем по каминной полке. Лежал на моей подушке.

Все эти глупые мелочи врезались мне в память и не давали покоя.

Я поиграла с нежными пурпурно‑розовыми лепестками цветов, которые подарил мне несносный фейри. Фуксии не завяли, но поникли к столешнице – красивые, но слишком тяжелые цветы. Возможно, поэтому я так сильно любила их.

Они напоминали меня.

Симпатичная внешне, но с сердцем, настолько тяжелым, что в нем не было места для счастья. Я так старалась соответствовать ожиданиям сестры и отца, что у меня не осталось сил на что‑то еще.

На что‑то вроде любви.

Возможно, именно этого мне и следует пожелать: любви.

Ну что за глупости. Я уткнулась носом в подушку. Любовь – это не то, что ты можешь просто пожелать. Любовь, если она существует, находит тебя сама. И если любви суждено найти меня, она, очевидно, должна быть достаточно сильной, чтобы проложить путь в мое сердце так же, как несносный фейри проник мне в разум.

Я любила сестру. И этого достаточно.