Семья волшебников. Том 2

Ахвеном оказался из «бронзовых». Золотисто‑коричневая кожа, серо‑стальные глаза, пепельный оттенок волос. Нескладный паренек в начальной стадии подростковости, будто состоящий из одних локтей и жил.

На Лахджу он смотрел с преданностью собачонки, которую вытащили из воды. Особенно после того, как ушел ее муж‑волшебник.

– На Парифате все делается за презренное золото, – задумчиво произнесла демоница. – И я заплатила за тебя кругленькую сумму. В связи с этим я не могу тебя просто взять и отпустить, хотя ты мне ничем и не полезен.

– Я могу быть полезен, – поспешил заявить Ахвеном. – Я многое умею. А если не умею – научусь.

Лахджа принялась его расспрашивать, и он действительно оказался смекалистым парнишкой. Конечно, демонической силы у него было еще с гулькин нос, но он уже умел самостоятельно ходить через Кромку. Собственно, поэтому и угодил в бутылку – слишком много о себе возомнил и попался какому‑то колдунцу, который, не будь дурак, продал его Артуббе.

– Слышишь, Астрид?! – крикнула Лахджа.

Астрид высунулась с балкона детской. На Ахвенома она смотрела недобро.

– Чо я, у меня паспорт есть! – огрызнулась девочка. – А у него есть?!

– Дураки у тебя паспорт не спросят! – ответила Лахджа. – Увидят – хорошая девочка‑демоненок, гуляет где‑то одна… как кошелек найти!

– Артубба знает, что у меня паспорт! – отпарировала Астрид.

– Не все пойдут продавать тебя Артуббе! Могут и просто на ингредиенты пустить!

Астрид с противным звуком высунула язык и скрылась у себя в комнате.

– Ты, наверное, пару душ хотел заарканить? – с интересом спросила Лахджа, пока Ахвеном прятал взгляд. – Принести, показать другим, какой ты уже молодец? Такой маленький, а уже охотишься.

– Я не маленький, мне двенадцать с половиной.

– Кстати, да. Надень что‑нибудь. У нас тут не принято так ходить, местные зашоренные очень.

Когда подошло время обеда, Ахвенома тоже усадили за стол. Астрид была этим крайне недовольна и бурчала себе под нос, что всякие там и в углу могут есть, из корытца, но папа решил не третировать мальчишку, который лично им ничего не сделал.

Еще за стол без приглашения уселся волостной агент Кустодиана. У него тут уже был собственный комплект приборов. Прихлебывая суп, он известил, что на семью Дегатти в очередной раз написали кляузу.

– Когда?! – поразился Майно.

– А вот только что, – развернул бумагу мэтр Аганель. – Ну я тут недалеко был, сразу ее и получил. Говорят, вы тут прибежище для демонов устроили. Базу организовываете для грядущего Пятого Вторжения. Вам есть что сказать?

– А это племянник мой, – хлопнула Ахвенома по плечу Лахджа. – Кузен Астрид.

Волостной агент пристально на нее уставился. Он умел распознавать ложь, но технически Лахджа даже не соврала. Да, правда выходила немного с душком, но все же правда.

– Большая у вас семья‑то, я смотрю, – вздохнул он. – Очень.

Кто кляузу так оперативно настрочил, никто не стал даже спрашивать. К этому злу все давно привыкли.

По законам Мистерии волшебникам не запрещено призывать демонов, владеть демонами, принимать демонов в гостях. Последнее, пожалуй, дурной тон, но это разрешено, за это никак не наказывают. Паспорт волшебного существа демону нужен только для перемещения самостоятельно, без волшебника, который за него ручается. Так что Аганель лишь напомнил о правилах поведения и с удовольствием развернул припасенную для него плитку Marabou. Спиртного волостной агент не употреблял, а вот сладкое любил очень.

– Ладно, расскажи что‑нибудь о себе, – вздохнула Лахджа, когда Аганеля спровадили, и умиротворенный Майно закурил трубку.

– Что рассказывать, госпожа? – немного занервничал Ахвеном. – Я из второго поколения. Из самых первых. Отца не знаю. Маму Наиллой звали. Она погибла, когда мне было семь, я теперь один, кручусь как могу.

– Разве ж мои родственники не заботятся обо всех детях? – усомнилась Лахджа. – Темнишь.

– Ну, я… да, заботятся, учат, дают пищу, кров… Но мне нужна демоническая сила.

Майно выпустил особо черный клуб дыма. Ему не понравился хищный блеск в глазах демоненка. Все же понятно – охотился, щенок, души жал. И ладно еще если третью категорию, или как там у них принято классифицировать. Всяких выродков и подонков, которыми не жаль кормить демонов.

Но ведь не факт. Сам же правду не скажет.

– Ты еще мал, зачем тебе сейчас большой счет? – спросила Лахджа, которая все верно поняла. – Ты же попадешь в неприятности… уже попал.

– Да… – поник хвост Ахвенома. – Но вот мы встретились. Я сижу за столом апостола. Счастливый конец.

Он поболтал ногами. А Астрид аж щеки надула от гнева – так уж ей не нравился этот мальчик. Скользкий он и подлый, а мама не видит.

– Ну и что мы с тобой будем делать? – задумалась Лахджа. – Я могу отпустить тебя прямо сейчас… но с незаполненным чеком. Ты будешь должен мне… сколько там полагается? Три услуги. Три раза я тебя позову, скажу, чего хочу, и ты ответишь: яволь, госпожа.

– Что отвечу?..

– Слушаюсь.

– Хорошо, – без раздумий согласился Ахвеном.

– Вот так просто? Какой ты незамутненный.

– Госпожа, ты же апостол.

Он сказал это так, как будто Лахджа – безусловный авторитет, которому нужно заглядывать в рот и делать все, что скажет. А уж если она до тебя снизошла и взяла как бы в подручные, то вообще радуйся и веселись.

Лахджа невольно задумалась, все ли фархерримы так воспринимают апостолов. И если да, то… хотя нет, они же у нее дочь украли. Да и этот, честно говоря, не так‑то прост. Вот вроде и ничего пока не сделал, смирненький, поддакивает все время, а чувствуется в нем затаенная бесовщина.

Демонам доверять нельзя, это Лахджа лучше всех знала. Даже маленьким.

Вон как этот Ахвеном смотрит. Глаза – как две ледышки. Вроде лицо человеческое, легкая полуулыбка, поза расслабленная, складка на веке поднимается в добродушном прищуре… но сами глаза – будто дырки в иное пространство. Зловещую сумеречную зону.

У меня тоже такие глаза?

Нет. Ты была человеком, это чувствуется. Он не был.

Астрид тоже не была…

Она живет среди людей.

– Ладно, мы тебя выпустили, ты поел, – поднялась из‑за стола Лахджа. – Договор заключен. Можешь идти.

– Госпожа!.. – вскинулся Ахвеном. – Я не могу вернуться так, я должен хоть чем‑то отплатить!..

– Ты отплатишь. Потом. Когда я придумаю, что мне от тебя нужно.