Школа для не магов
– На травах делаю, а что?
– Много у тебя его?
– Не то, чтобы много, но есть.
– Надо будет продавать и его! Это же золото в бутылочке.
– Хм, продавать? Хорошо, подумаю, – отмахнулась от меня женщина, но я уже знала, что не отстану от нее. Может, я и правда прирожденный коммерсант?
Потом мы мерили все накупленное, Верена тоже не отказала себе в удовольствии купить новое платье. Я радовалась за женщину, которой хоть на миг удалось забыть свои страхи. Такая красивая и одна, хорошо, что я скрашу ее одиночество, хотя бы ненадолго.
Вечер наступил неожиданно скоро, мы только и успели собраться, как надо было выходить. Танцы проходили на главной площади, недалеко от ярмарки. Я уже была на площади с девочками, но именно сейчас оценила эту бесподобную красоту. Украшенная фонариками и цветами местность превратилась в сказочное место! Огоньки сверкали повсюду: на главном здании, на деревьях, на фонарях, лавочках. Цветы источали яркий запах, что голова немного закружилась, но все равно это было великолепно!
Верена сказала, что тут не всегда так, просто сегодня еще и праздник Небесной Покровительницы. Эта услада глаз для нее, чтобы видела она, что мы ценим жизнь и благодарим Небо за нее. «Да уж, кто‑то ценит и благодарит, а кто‑то обесценивает и уничтожает», – с грустью подумала я.
Зазвучала музыка, сначала негромкая и мелодичная, пригласительная. Затем ее сменила ритмичная и заводная мелодия. Люди стали выходить и танцевать. Я увидела своих девчонок и отправилась к ним, убедившись, что Верена не осталась одна: она углядела знакомых и отправилась в другую сторону.
Не помню свое прошлое, но, кажется, я так много еще никогда не танцевала и не смеялась. Мелодия сменялась другой, были даже общие танцы, посвященные Покровительнице. Мы сформировали огромный круг, который то сжимался, то расширялся, изображая биение сердца. Потом сотворили ручеек: то приседали, то тянулись на носочках, словно течение жизни от маленького до старенького. Столько улыбок и смеха вокруг, как будто сама Жизнь смеется!
Когда мелодия стала спокойной, меня неожиданно пригласил парень. Совсем молодой, примерно, как я, но такой важный, благо, что рыжий, иначе я бы его застеснялась. Но его рыжие кудри, торчащие в разные стороны и конопатый, хоть и очень симпатичный курносый нос меня ужасно забавляли. Солнышко, ни дать, ни взять, солнышко! Лапочка. Вдобавок к рыжей окраске еще и краснел, хотя меня он не особо‑то и стеснялся. Характер у него теплый, веселый, шутки из него так и сыпались. Звали его Ранис, он оказался знаком моим девочкам, но никто из них всерьез его не воспринимал, а зря, с таким скучать точно никогда не будешь. Он еще молод, но уже бесподобный красавец: ростом высокий, плечи широкие, улыбка очень приятная, а глаза медового цвета.
Закружил он мне в тот вечер голову, да так что позволила себя поцеловать украдкой. Приятно было до мурашек и тепло внутри, будто солнышко меня коснулось! За руки меня держал, обнимал, от вечерней прохлады спасал.
Праздник был в честь самой Жизни и удался на славу, я каждой своей частичкой чувствовала, что живу! Одно только меня грызло внутри, что Паоло сейчас не с нами, грустит там один на границе, охраняет наш покой, наши жизни. Спасибо ему!
Ранис вызвался меня проводить домой, Верена раньше меня пошла отдыхать, сославшись на усталость, я заметила грусть в ее глазах. Она тоже не могла не думать о сыне.
Шли мы с парнем не спеша, наслаждаясь ночной свежестью, я держала Раниса под руку, впитывая его тепло, которым он щедро делился.
– Вот вечно вы девчонки оденете что‑то невесомое и дрожите потом, как листочки на ветру, – нежно журил меня рыжик.
– Зато красиво! – я надула губки, за что получила щелчок по носу. – Эй! – возмутилась я такому беспределу, и мы расхохотались.
– Красивая ты, Тея, как редкий дикий цветок!
– Почему дикий? – очень удивилась я, вроде никаких дикостей за собой не замечала.
– А ты глаза свои кошачьи видела? Они светятся в темноте!
– Надо же… – протянула я. – Это все фонарики на площади!
– Да и весь твой облик и грация, как у маленькой кошечки черной масти.
– Смотри, будешь много болтать, поцарапаю!
– Все‑все, молчу! – Ранис в шутливом испуге округлил глаза, и мы снова рассмеялись. Так хорошо было сейчас на душе, будто очистилась она от всего грязного и беспокойного, стало легко дышать.
– Спасибо тебе! – не смогла смолчать.
– За что?
– За то, что ты греешь! – я благодарила за душевное тепло, которым парень щедро делился.
– Обращайся, – меня чмокнули в щеку и обняли на прощание.
Зайдя в дом, я еще долго чувствовала, как горит опаленная поцелуем щека, да вспоминала поцелуй в губы на танцах. Легко было на душе моей. Сладко в сердце.
Глава 3
Лето шло своим чередом: днем помогала Верене, вечерами гуляла с девочками и Ранисом. Иногда мы ходили на речку, особенно в самые жаркие дни, когда сил уже не было терпеть эту духоту.
Все время ждали писем от Паоло, он не забывал нас баловать, писал часто и подробно. Приятно было, что и про меня не забывал. Спрашивал о моем самочувствии и о том вспомнила ли я что‑то, но темная пелена не хотела спадать с моего прошлого. Честно говоря, я боялась вспоминать что‑либо, не зря же меня после этого мучали кошмары. Да и нашел меня Паоло отнюдь не в самом лучшем состоянии. Явно же со мной произошло что‑то неприятное и даже мучительное. Не хочу вспоминать!
Мне было очень хорошо в Агагнете, так уютно, как, уверена, никогда в жизни не было. Каждый день был пропитан ярким солнечным светом, знойным теплом, легким нежным ветерком, звонким смехом и сладкой первой любовью, скорее всего первой, не помню.
Но время течет быстрей самой шустрой речки, вот и лето подошло к концу. Со дня на день должна была приехать Мара – сестра Верены, с которой я поеду в школу, осваивать профессию для не магов. Побаивалась я сестру Верены, она мне почему‑то казалось злой, хотя причина на самом деле была очевидна, вряд ли человек, потерявший всю семью на войне может не зачерстветь и не озлобиться.
В один из последних дней лета под вечер Мара, наконец, приехала. Мы с хозяйкой дома ждали ее, накрыли стол, истопили баньку, в которой я до этого не купалась, пользуясь в основном летним душем.
