Темный лорд для попаданки

Видно, кто‑то заранее озаботился созданием атмосферы любовного гнездышка и предусмотрел каждую мелочь. В глаза бросилась овальная чаша ванной, наполненная горячей водой до краев. Красные лепестки роз, плавающие на поверхности и рассыпанные по мраморному полу. Магические канделябры у ростового зеркала. Туалетный столик, заставленный разнообразными флакончиками. Банные принадлежности на две персоны. Будь у меня больше времени, я бы оценила старания и романтический флер. Однако руки жгла записка Тали дель Рока, которую ни в коем случае нельзя показывать мужу. Я вытащила листочек из корсажа и развернула его, обнаружив внутри горошину непонятного вещества. Очевидно – снотворное, которым граф предлагал усыпить мужа. Но мог быть и яд, ведь у меня нет способа определить состав бурого комочка.

«Любимая, жду в садовой беседке, как только все уснут. Безумно скучаю и считаю минуты до встречи, твой Т».

Внизу схематично была нарисована башня и стрелочками отмечен путь. План я постаралась запомнить, пригодится, а вот записку и неизвестное вещество следовало припрятать. Завернула опасные улики в платочек и засунула в щель между стеной и навесным шкафчиком. Эх, попасть бы в свою комнату, а еще лучше домой! Но об этом можно только мечтать.

 

Глава 7

 

Настойчивый стук в дверь напомнил, что следовало поторопиться. Повернувшись спиной к зеркалу, чтобы хоть как‑то контролировать процесс, принялась распутывать шнуровку и расстегивать потайные крючочки. Как назло, они слабо поддавались дрожащим пальцам, а муженек становился все более нетерпеливым.

– Кейтлин!

Щеколду вырвало, стоило лорду ударить посильнее. Он ввалился в ванную, когда я как раз справилась с последней застежкой. Платье струящимся каскадом слетело к моим ногам. Я осталась в тонкой ажурной сорочке, коротких батистовых панталончиках и чулках с подвязками.

– Да? – пискнула, закрывая руками просвечивающую через тонкую ткань грудь.

Сам муженек успел разоблачиться до кальсон, плотно облегающих мускулистые ноги и вздыбленное достоинство.

– Я не намерен больше ждать ни секунды, – хрипло выдохнул он, перетекая ко мне единым слитным движением.

Поцелуй, которым Рендал накрыл мои губы, вызвал пронзительную дрожь в теле. Сердце заколотилось, как пойманная птица, ухнуло в пустоту и где‑то в самом низу разлилось томной тяжестью. Лорд подхватил меня за бедра и усадил на край туалетного столика. Прижался всем телом, давая прочувствовать крепость желания. Каждое неосторожное движение сопровождалось звоном разбитых флаконов, которые прежде занимали тут место. Я отмечала эти детали краешком сознания, уплывающего от жарких прикосновений и поцелуев. Темный умело пробуждал мою чувственность, ласкающими движениям сминая грудь или касаясь горячей плотью внутренней поверхности бедер. Я таяла в руках мужчины и хотела чего‑то большего. В зеркале на противоположной стене отражалась загорелая спина Рендала, его упругие ягодицы и розовые пяточки моих разведенных в стороны ног.

– Кейт, какая же ты горячая! – прошептал Рендал в порыве страсти. – Какой же Раэль идиот, что посмел упустить такое сокровище.

– О! – Что‑то отвечать посчитала излишним. Захлестывающие чувства давали о себе знать. Эти горячие волны, расходящиеся по телу от каждой волнующей ласки, сводили с ума и заставляли терять голову. – Ре‑эн! – простонала, когда его губы сомкнулись на полушарии груди. – Мой первый раз произойдет тут? На туалетном столике?

– Ммм, нет, конечно, – промычал лорд и, подхватив меня на руки, переместился в спальню. – Ты достойна самого лучшего!

Сорочка давно превратилась в два жалких обрывка ткани, чудом удерживающихся на бретелях. Получив простор для действий, темный перешел в наступление, покрывая поцелуями каждый сантиметр моего тела. Панталончики с жалобным треском разошлись на тонкие лоскутки, тогда как горячие губы лорда добрались до самого сокровенного. Я лишь впилась ноготочками в мускулистые плечи мужа и стонала, уплывая в мир волшебных ощущений.

Горячая волна, зародившаяся в средоточии чувственности и разошедшаяся по телу сумасшедшим взрывом эмоций, заставила выгнуться навстречу Рендалу и закричать. Темный же коварно подгадал момент, чтобы вторгнуться в сочащееся соками тело и наполнить собой до упора. На фоне изливающихся судорог я даже не ощутила боли вторжения. Наоборот, во мне как никогда горела потребность в единении. Наши тела слились в сумасшедшем ритме движения, когда темный достиг пика наслаждения. И почему‑то именно в этот момент мое тело скрутило в жесточайшем спазме. У меня перехватило дыхание, и протяжный крик застыл в горле, не в силах вырваться наружу. Темная магия, попавшая внутрь вместе с семенем, клеймила, проникая в каждую клеточку и наполняя ее невыносимыми страданиями.

– Тш‑ш‑ш, потерпи немного, – будто зная, с чем имеет дело, прошептал Рендал. – Это скоро пройдет, и все будет хорошо. Поверь!

– Поверить? – Я была напряжена, как оголенный нерв. – Никто не предупреждал о таком!

Я уж было обрадовалась, что заполучила такого потрясающего мужчину! А на деле его любовь причиняла нестерпимую боль. Это сродни тому, что в самый пикантный момент получить разряд током! Ну уж нет, увольте! Я не мазохистка, чтобы каждый раз испытывать подобное!

Отпихнув от себя мужчину, свернулась клубочком и подтянула ноги к животу. Закусив нижнюю губу, тихонько заскулила от боли. Немудрено, если Кейт предполагала, что ее ждет, то инстинктивно отбрыкивалась от такого «счастья». Хм, но откуда бы ей знать о последствиях, если она так и не стала в ту ночь женщиной?

Вместо ответа перед глазами замелькали обрывки памяти девушки, в которых Раэль откровенно издевался над бедняжкой, в красках описывая, что ее ждет. Я ощутила безнадежное отчаяние, что испытала Кейтлин. Ее мольбы о пощаде срывались уже с моих губ исступленной молитвой Пресветлой деве. Чужие воспоминания обрушились бурным потоком прорвавшейся плотины.

– Кейт, ну же! – расслышала отчаянный крик темного. – Очнись! Приди в себя! – Хлесткие удары обожгли щеки, но это такая мелочь по сравнению с тем пожаром, в котором горело все тело.

Я почувствовала, как меня взяли на руки и оторвали от кровати. От близости лорда стало только хуже. Он сочился темной энергией, из‑за которой меня выворачивало наизнанку. Кто придумал, что союз темного и светлой вообще возможен? Пусть эта бесчувственная сволочь на собственной шкуре ощутит, каково это, когда тебя ломает чужая магия и перестраивает под себя. Даже остывшая вода с ароматом розовых лепестков не принесла должного облегчения.

Нет! Теперь я на пушечный выстрел не подпущу к себе темного! Сиюминутное удовольствие не стоит жуткой платы, за которую отдуваться приходится только мне.