Темный лорд для попаданки

– На это способен только граф Тали дель Рок, – помертвевшим голосом произнесла Лавна.

– Кто?

– Предатель! На что надеялся? Неужели действительно считал, будто расстроит свадьбу? Не подумал о последствиях? Если не выйдешь замуж, миру между нашими империями конец. Прольется море крови. Война разорит латранские земли. Девочка моя, твой отец всем сердцем хотел прекратить страдания нашего народа. Оттого и отдал самое дорогое, что у него было – единственную дочь – как залог мира. Если с тобой что‑то случится, дель Мара не успокоится, пока не сотрет Рован‑Тай с лица Ролата. Мы не можем этого допустить! Даже лорд Кор‑Линг это понимает.

– С чего ты взяла?

– А с того, что ты еще жива. Дух Раэля указал на убийцу, но герцог не испепелил тебя на месте. Наоборот, запер в темнице, чтобы сообщники не добрались первыми.

– Постой! Что значит сообщники? Выходит, я все же убила Раэля?

– Бедняжка! – Лавна цокнула языком и покачала головой. – Правда не помнишь? Мне ли не знать, какое влияние на тебя имел граф дель Рок.

Я замерла, переваривая новую информацию. Получается, бывшая хозяйка тела, которая, со слов Лавны, мухи не обидит, сговорилась с неким графом убить мужа?

– Какое влияние?

– То самое, которое опытные мужчины оказывают на юных девушек, – фыркнула кормилица. – Голову заморочил своей магией и сбил с правильного пути. Сколько раз говорила – не верь сладким речам и обещаниям! Как знала, нельзя было включать графа в делегацию. Но кто бы меня послушал?

– А кто не послушал? – Захлопала глазками и зябко поежилась от пробирающего до костей холода.

– Ох, деточка, замерзла? Сейчас я им устрою!

Бросившись к двери, женщина подняла такой крик, что стражник примчался сию же минуту. Пытаться переспорить Лавну было бесполезно, поэтому уже через четверть часа нам выдали одеяла и заварник горячего чая, к которому прилагались черствые сухари. Я обрадовалась и этой малости, а еще неисчерпаемому источнику информации, выдавшему историю жизни Кейтлин с самого рождения.

Со слов Лавны, герцогиня де Мара – образец истинной светлой и достойный пример для девушек, выросших в Латране. Кротость и послушание, сохранение жизни в любом ее проявлении, восторженная любовь к искусству и поклонение талантам. Кейтлин росла единственным ребенком. Ее мать, Джэлия де Мара, часто болела и умерла, когда девочке исполнилось десять. Эдмон дель Мара больше не женился и воспитывал дочь как умел. Вернее, воспитанием занимались кормилица и нанятые отцом учителя. Кейтлин получила превосходное образование. Свободно изъяснялась на четырех языках, знала наизусть сонеты Даймнера, играла на цинтале – аналоге лютни, пела в хоре при храме Пресветлой девы. А еще получила бесценный дар из рук светлой богини – способность к исцелению недугов.

Последний факт меня сильно заинтересовал. Получается, бывшая хозяйка тела обладала магическим даром целителя? Удивительное совпадение: в родном мире я мечтала освоить профессию врача! Вот только остались ли эти способности, если настоящая Кейтлин умерла? К сожалению, сама Лавна родилась обычным человеком и ничего не знала о магии. А наставником девушки в постижении волшебной науки был тот самый граф Тали дель Рок. Вот так новости!

За сутки, проведенные в камере, я получила обширную пищу для размышлений. К новому телу прилагался еще и новый мир, с реалиями которого сама Кейтлин прежде не сталкивалась. Девушку не готовили к жизни в темной империи. О Рован‑Тай Кейт знала лишь то, что темным нельзя доверять. Люди здесь грубые и невежественные. Мужчины сплошь похотливые кобели, а женщины порочные и развратные.

Так ли это, скоро узнаю, ведь возвращаться в Латран мне категорически противопоказано. Вдруг поймут, что я далеко не та Кейтлин, к которой они привыкли?

«Стоп! А кто сказал, что мне позволят вернуться?» – Невольно вспомнила о пикантной детали, которая скоро решит мою судьбу.

Пользуясь тем, что Лавна заснула, я удостоверилась, что брачная ночь у Кейтлин не состоялась. Хоть в этом повезло и можно не опасаться визита некромансера. Тьфу! От одного названия бросает в дрожь.

Кое‑как умостившись на краешке топчана, попыталась заснуть. Как ни крути, а завтра предстоял сложный день. Проверка эта и выбор жениха. Герцог Кор‑Линг пообещал подобрать замену Раэлю. Интересно, кто это будет? Лавна упоминала условия, что у будущего кандидата в мужья не должно быть жен или любовниц. Представляю, как бедолага обрадуется свалившейся на голову светлой женушке. И это он еще не подозревает, какой сюрприз его ждет.

«А я? Я представляю? – поразилась внутреннему спокойствию, с которым рассуждала о замужестве. – Это все несерьезно! Недействительно!»

В самом деле, штамп в паспорте еще не означает, что ты автоматически будешь счастлива. Не является гарантом верности и любви. Какая верность, когда в темной империи узаконено многоженство? Это политический брак, избежать которого вряд ли удастся. Не удивлюсь, если под венец меня доставят под конвоем. Учитывая, как опозорился красавчик Раэль, новый муженек наверняка исправит оплошность. Что можно сделать в данном случае? Только расслабиться и получить удовольствие. Лучше сразу морально подготовиться к такому исходу, чем наивно верить, что меня спасут и избавят от печальной участи. Вот такая я фаталистка! Предпочитаю оценивать реальные шансы и действовать, исходя из ситуации.

Я проснулась от скрежета ключа в замке и скрипа открывающейся двери. В камеру заявился тощий как жердь некромансер. Черный балахон, сосульки жирных волос, крючковатый нос и тонкая нитка бескровных губ вызывали невольное отвращение к представителю этой профессии.

– Его темнейшество, герцог Кор‑Линг распорядился провести повторный осмотр леди Ко‑Линг. – Мужчина вопросительно уставился на Лавну, взъерошенную и помятую после ночи на жестком топчане.

– Тил А‑Брук, светлых дней вам, – язвительно поздоровалась она, отчего гость поморщился. – Надеюсь, вы будете аккуратны с моей девочкой?

– Разумеется, тиа Глэр, – кивнул в ответ и посмотрел на меня так, будто собрался препарировать. – Леди Ко‑Линг, попрошу вас прилечь и расслабиться. Освидетельствование не займет много времени, тем более что вы уже проходили эту процедуру.

Я тяжело вздохнула, примирившись с неизбежным, и легла на топчан. Мужчина зашептал что‑то непонятное, согнул руки в локтях, чтобы ладони находились на уровне груди. Я с удивлением отметила, как по венам некромансера заструилось нечто темное, вспыхнувшее на кончиках пальцев странным огнем. Пламя охватило ладони тила А‑Брука целиком, после чего мужчина занес их над моим телом.

Удушливый жар забил нос и, кажется, проник в каждую клетку. Ощущения отвратительные, к ним добавились еще тошнота и головокружение. Щипали ссадины на лице и стесанные колени, во рту появился мерзкий привкус пепла. Но я терпела, страстно желая, чтобы процедура побыстрее закончилась. Некромансер уделил особенное внимание области в нижней части живота. Думала, ночнушка загорится, так близко он поднес горящие конечности к телу. О кишках, слипшихся в тугой ком, и говорить нечего. Все губы искусала, чтобы не закричать в голос. Манипуляции некромансера были похожи на копошение червей под кожей. Наконец, мужчина отстранился и загасил пламя. Стряхнул ладони друг о друга, словно испачкался в чем‑то, и криво усмехнулся.