Тень души 4
Не, ладья нам досталась относительно новая, древняя она в историческом смысле. Ну и в плане вонючести. Люди раннего средневековья вообще жили в жуткой вони, однако корабли настолько резко выделялись на общем фоне, что вело даже неаристократическую часть раннесредневекового населения.
Скажете, что это я вдруг обратил внимание? В прошлой же миссии был викингом. И я отвечу – вот именно, что викингом был мой персонаж. Для него это был запах дома. Ярлы, например, специально заказывают мебель в личные покои из досок старых даккаров, чтоб и на суше ощущать родную атмосферу. А мой нынешний древнегреческий юноша первые дни мог дышать только ртом.
Впрочем, дышать ещё самое простое, у него внезапно обнаружилась морская болезнь! Не, реально такая неожиданность! И откуда только у юного грека морская болезнь? Греки же с античности плавают по Понтийскому морю! Хотя в эти игровые времена его больше называют Русским.
Значит, первые дни рычал я на волны, перегнувшись через борт, или дышал ртом, лёжа на пропитанных китовым жиром досках, и медитировал, временами проваливаясь в забытьё. Нормально уснуть не получалось, не привык Артемис спать на жёстких, ещё и качающихся досках.
Вот Сверр, помнится, вырубался, едва коснувшись палубы щекой, а то и раньше. В основном поэтому, едва стало полегче, решился я попроситься на рум. Ну, в самом же деле, Хэлтор ушёл с викингами в пятнадцать лет! Тут ладьи, понятно, древнерусские… просто по традиции называются драккарами, место гребца тоже отчего‑то называется румом, а сами гребцы говорят между собой на древненорвежском.
Прямо кого‑то спрашивать я, конечно, не стал. Мужику, если он не тралс, чтобы тягать весло не требуются никакие разрешения. Просто дождался, когда кормчий простучит на бронзовом диске сигнал к смене.
Гребцы менялись, не останавливая работу. Сначала с румов встали «первые номера» у бортов, вот я и уселся на освободившееся место. Взялся за весло, один оборот вместе со старым напарником. Когда парень с краю встал, ещё оборот весла самостоятельно…
Ой‑ё‑ё‑ё!!!
Я всё‑таки сделал этот оборот!
Следующий оборот показался совсем лёгким. «Вторым номером» уселся весьма развитый физически паренёк. В принципе напарник ему не особенно требовался, я мог бы, наверное, повиснуть на весле, и он не сразу заметил бы разницу.
Но я же не ради детских понтов схватился за весло! Работал в полный рост, направляя силы духа. Для организма занятие это было непривычным, я сосредоточился на движениях. Тело практически сразу принялось ныть и болеть, и вначале я мог думать только о правильном верчении весла. Только о том его обороте, который сейчас… который навсегда…
Вы, наверное, будете смеяться, но потом, когда немного привык к ломоте в спине и боли в руках, я тоже думал только о новом обороте весла, который навсегда. Мне казалось даже, что жизнь, или игра, наконец, обрели настоящий смысл.
«Драккар движется вёслами»…
Прям ностальгия! Парни пели протяжные, размеренные, жутковатые песни викингов, мне слышался рёв рогов и грохот барабанов, а в южных небесах специально для меня зажгли зарницы валькирий!
«Отец мой дал мне топор
Мама вручила дубовый щит
Ярл вложил в мои руки весло
Богатство и слава меня заждались»…
– Артемис! А ты откуда знаешь эти слова?! – спросила меня сестрёнка.
Отмахал я смену на руме и отдыхал, лёжа на палубе. Вот подошла она и спросила, а я, вроде как, не понял:
– Какие слова?
– Ну, ты пел вместе с дружинниками! – заявила она обличительным тоном. – Я видела!
– А! – обрадовался я. – Так я их не знаю. Просто понравилась песня, повторял за парнями.
Лариса подозрительно на меня посмотрела и сказала:
– Странно. Как может нравиться то, что не понимаешь?
– Ой, да запросто! – махнул я рукой. – Это в жизни сплошь и рядом.
Лариса задумчиво кивнула и уселась на палубу рядом рассказывать о новых невероятных её свершениях и всяческих чудесах. Ну, возраст у девочки такой, что жизнь на одну половину состоит из чудес, а на вторую из собственных свершений.
Мне с ней всегда особенно здорово работать с силами духа, и она будто чувствует, когда я в этом нуждаюсь. Когда я мучился от качки, сестрёнка не подходила, хотя сама на удивление легко освоилась в море. Спала она в шатре на носовой палубе, что устроили для женщин и детей, а в другое время гуляла в компании новых приятелей по всей ладье. Ко мне не подходила, наверное, стеснялась, что братец у неё слабак, а как показал себя мужиком…
Впрочем, когда я валялся с морской болезнью, мне точно никакие разговоры не требовались. Вот после первой смены на весле я под её рассказы просто нагло вырубился. Уснул на голых досках, чего собственно и добивался.
Проснулся бодрым и голодным. Немного размялся, мне дали лепёшку, кусок солёного мяса и воды во фляжке. Мышцы ломило жутко, но я дождался смены гребцов и снова взялся за весло. Конечно, я мог бы этого не делать…
Я мог этого не делать, если бы считал себя ребёнком. Или тралсом. И вовсе нет никакого пафосу! Я не пассажир, кто заплатил за проезд, и не багаж, за который заплатили. Боярин же меня нанял, и обязанности мои строго не определены. Я говорил себе, что просто должен демонстрировать нанимателю стремление работать на общий успех всеми доступными средствами!
И я честно не представлял, что ещё делать викингу на драккаре. Я ведь и в самом деле снова стал викингом. Первый раз на меня посматривали насмешливо, типа «ну‑ну, попробуй». На вторую смену смотрели удивлённо – «ты ещё не распробовал»? А когда я уселся на рум в третий раз, никто не обратил внимания. Ну, ещё один викинг, а кого вы хотели увидеть на драккаре? Епископа?
Сменялись дни и ночи, я крутил весло, пел со всеми песни викингов и после смены разговаривал с Ларисой. Караван шёл в виду берега слева, иногда, видимо, мы проходили мимо городов. От каравана отходили часть кораблей или присоединялись новые. Лариса рассказывала, что успела узнать об этом у новых друзей.
И вот однажды она радостно сообщила, что вскоре мы войдём в русло большой реки и пойдём на север! Не, реально радостная новость. Как вышли мы из Царьграда, Дениска, судя по его записям, в своей древней Германии успел из пастуха стать разбойником, из разбойника вожаком крестьянского восстания, а потом и вовсе закончил миссию. А я всё гребу!
Глава 5
