Тираны и мстители

Кивнув в знак благодарности, я побежал за мешком для своих находок.

– Звук волынки – самый возвышенный из всех, что ты когда‑либо слышал, – жестикулируя, объяснял Коди, пока мы шли по коридору в сторону убежища. – Звучная смесь мощи, хрупкости и чуда.

– Звук такой, как будто кошку запихивают в блендер, – сказала мне Тиа.

Коди тоскливо вздохнул:

– Воистину, и это прекрасная мелодия, девушка.

– Погоди. – Я поднял палец. – Из чего, ты говорил, делаются эти… волынки? Из маленьких драконов, которые, к слову, совершенно реальные, а вовсе не мифические и до сих пор живут в горах Шотландии?

– Угу, – кивнул Коди. – Главное – выбрать именно маленького. Большие слишком опасны, и из их пузырей не получаются хорошие волынки. Но убить его надо самому. Волынщик должен убить собственного дракона. Таков закон.

– А потом, – продолжал я, – нужно вырезать пузырь и приделать… что?

– Рог единорога, – сказал Коди. – Ты можешь, конечно, использовать и что‑нибудь не столь редкое, вроде слоновой кости. Но если хочешь все сделать как надо, нужен единорожий рог.

– Многострадальные единороги, – пробурчала Тиа.

– Интересное замечание, – сказал Коди. – Изначально, естественно, это шотландский термин. «Даль» происходит от «Даль Риада», древнего шотландского королевства. Собственно, одна из великих песен на волынке как раз из той эпохи. «Абресер э д’а хошь э на Дун Эдейн».

– Аб… ре… чего? – спросил я.

– «Абресер э д’а хошь э на Дун Эдейн», – повторил Коди. – Прекрасное поэтическое название, которое не переводится на английский…

– Оно означает «Дьявол явился в Эдинбург» в переводе с гэльского, – сказала Тиа, наклонившись ко мне, но достаточно громко, чтобы мог слышать Коди.

Коди едва не споткнулся.

– Ты знаешь гэльский, девушка?

– Нет, – ответила Тиа. – Но я посмотрела в прошлыйраз, когда ты про это рассказывал.

– Что, правда?

– Да. Хотя твой перевод не совсем верен.

– Ну‑ну. Я всегда говорил, что тебе ума не занимать, девушка. Воистину. – Он откашлялся в кулак. – О, смотри‑ка, мы уже пришли. Дорасскажу потом.

Остальные уже подошли к входу в убежище, и Коди поспешил за ними вдогонку следом за Меган.

Покачав головой, Тиа вошла вместе со мной в туннель. Я прошел последним, убедившись, что скрывающие вход веревки и провода на месте, и включив скрытый датчик движения, предупреждавший о появлении посторонних.

– …просто не знаю, Проф, – тихо говорил Абрахам. – Просто не знаю.

Оба они весь обратный путь шли впереди, негромко переговариваясь. Я пытался пройти вперед, чтобы их расслышать, но Тиа многозначительно положила руку мне на плечо.

– Что такое? – спросила Меган, скрестив руки на груди, когда все мы собрались за главным столом. – В чем дело?

– Абрахаму не нравится, как распространяются слухи, – ответил Проф.

– Похоже, общественность не восприняла всерьез нашу сказку про Зеленого Луча, – сказал Абрахам. – Все напуганы, и наша атака на энергостанцию возымела действие – по всему городу идут отключения электричества. Однако я не вижу никаких подтверждений, что Стальное Сердце поверил. Охранка обшаривает нижние улицы. Властитель Ночи прочесывает город. Все, что я слышу от осведомителей, – Стальное Сердце ищет группу мятежников, а не соперника‑эпика.

– Значит, нужно нанести жесткий ответный удар, – сказал Коди, скрестив руки и прислонившись к стене возле туннеля. – Убить еще несколько эпиков.

– Нет, – возразил я, вспомнив свой разговор с Профом. – Нужно сосредоточить усилия. Мы не можем просто убивать случайных эпиков. Мы должны вести себя как некто, пытающийся захватить город.

Проф кивнул:

– Каждая наша атака, при которой не появится Зеленый Луч, лишь вызовет у Стального Сердца все большие подозрения.

– Так мы сдаемся? – спросила Меган, с трудом пытаясь подавить прозвучавшую в ее голосе страсть.

– Ни в коей мере, – ответил Проф. – Возможно, я еще решу, что нам стоит отступить, – скорее всего, так и придется сделать, если мы не будем точно уверены, в чем состоит слабость Стального Сердца. Мы пока что не достигли цели. Будем и дальше действовать по плану, но нам нужно совершить нечто крупное, при этом выведя Зеленого Луча на сцену. Нужно загнать Стальное Сердце в угол и заставить его выйти из своего логова.

– И каким же образом? – спросила Тиа.

– Пришло время убить Конденсатора, – ответил Проф. – И развалить охранку.

Конденсатор.

Во многом он являлся становым хребтом правления Стального Сердца. Таинственная фигура даже по сравнению с Огнеметом и Властителем Ночи.

У меня не было хороших фотографий Конденсатора. Те немногие, за которые я дорого заплатил, были размытыми и не в фокусе. Я даже не знал, существует ли он на самом деле.

Фургон с грохотом двигался по темным улицам Ньюкаго. Внутри было тесно. Я сидел на месте пассажира, Меган была за рулем, Коди и Абрахам – сзади. Проф ехал в другой машине, наводя нас на цель, а Тиа обеспечивала поддержку с тыла, наблюдая за шпионскими видео городских улиц. День был холодный, но обогреватель в фургоне не работал – у Абрахама так и не дошли руки его починить.

Я вспомнил слова Профа: «У нас уже была мысль атаковать Конденсатора, но мы от нее отказались, считая, что это слишком опасно. Сейчас опасность не меньше, но теперь отступать некуда и нет никаких причин не двигаться дальше».

Был ли Конденсатор настоящим? Чутье подсказывало мне, что да, был. Примерно так же, как ряд намеков указывал на поддельную сущность Огнемета, многое указывало на то, что Конденсатор – могущественный, но уязвимый эпик.

«Стальное Сердце постоянно перемещает Конденсатора туда‑сюда, – говорил Проф, – не позволяя ему долго оставаться в одном и том же месте. Однако все его передвижения подчинены определенной схеме. Он часто использует бронированный лимузин с шестью охранниками и эскорт из двух мотоциклистов. Если поймать момент его очередного переезда, можно атаковать его прямо на улице».