Тираны и мстители

– По вашей или Тиа команде, – сказала Меган, – даем отбой и разделяемся. Вы создаете отвлекающий маневр. Мы четверо разбиваемся на пары и уходим в разные стороны к точке сбора «гамма».

– Не понял, – удивился я. – Как мы сможем разойтись в разные стороны? У нас же всего один фургон.

– На этот случай у нас есть небольшой сюрприз, парень, – сказал Коди, связь с которым я восстановил одновременно с Профом и остальными. – Я даже надеюсь, что что‑то пойдет не так. Очень хочется посмотреть, что получится.

– Никогда не надейся, что что‑то пойдет не так, – сказала Тиа.

– Но будь готов к такому повороту событий, – добавил Проф.

– Ты стал параноиком, старина, – заметила Тиа.

– Это точно, – приглушенно ответил Проф, который теперь, видимо, сидел на корточках с гранатометом.

Я предполагал, что на этот пост поставят Коди со снайперской винтовкой, но Проф сказал, что, когда имеешь дело с охранкой, желательно располагать чем‑нибудь потяжелее. Бриллиант мог бы им гордиться.

– Вы приближаетесь, Меган, – сказала Тиа. – Через несколько минут окажетесь рядом с ними. Не сбрасывай скорость – лимузин движется быстрее обычного.

– Они что‑то подозревают? – спросил Коди.

– Было бы глупо, если бы они ничего не подозревали, – тихо ответил Абрахам. – Полагаю, сейчас Конденсатор особо осторожен.

– Стоит рискнуть, – сказал Проф. – Только будьте осторожны.

Я кивнул. Учитывая участившиеся в Ньюкаго отключения электроэнергии, после выведения из строя охранки в городе наступит хаос. Стальному Сердцу придется действовать железной рукой, чтобы предотвратить грабежи и бунты. А это означает, что он должен был тем или иным образом проявить себя.

– Он никогда не боялся сражаться с другими эпиками, – сказал я.

– Ты о чем? – спросил Проф.

– Я про Стальное Сердце. Он готов противостоять другим эпикам без проблем. Но ему не нравится лично подавлять мятежи – для этого он всегда использует охранку. Мы предполагали, что он просто не хочет зря тратить силы, но что, если дело в чем‑то большем? Что, если он боится перестрелки?

– Это еще кто? – спросил Абрахам.

– Нет, это не эпик. Мне просто пришло в голову – что, если Стальное Сердце боится случайной пули? Что, если в том и состоит его слабость? Его ранил мой отец, но отец в него не целился. Что, если его может ранить только пуля, предназначенная кому‑то другому?

– Вполне возможно, – заметила Тиа.

– Нужно сосредоточиться, – ответил Проф. – Дэвид, отложи пока свою идею. Потом мы к ней вернемся.

Он был прав. Я позволил себе отвлечься, словно кролик, который решает математические задачи, вместо того чтобы остерегаться лис.

И все же… Если я прав, в бою один на один ему никогда не угрожает опасность. Он всегда выступал против других эпиков без какого‑либо ущерба для себя. Похоже, он боится большого сражения, когда вокруг свистят пули. Вполне разумно. Достаточно просто, но столь же просто выглядело и большинство слабостей других эпиков.

– Сбавь слегка скорость, – тихо сказала Тиа.

Меган послушалась.

– Вот они…

Перед нами на темную улицу выехал блестящий черный автомобиль, двигаясь в том же направлении, что и мы. По бокам от него ехали двое мотоциклистов, неплохая охрана, но не слишком надежная. Из первоначального плана мстителей мы знали, что, вероятно, это и есть кортеж Конденсатора. Впрочем, для пущей надежности мы намеревались использовать биодетектор.

Мы продолжали ехать следом за лимузином. Меня впечатлил точный расчет Тиа и Меган: лимузин сампоявился на нашейулице, а не наоборот. Это снимало с нас подозрение.

Моя работа заключалась в том, чтобы наблюдать за происходящим и в случае необходимости стрелять, позволяя Меган управлять машиной. Достав из кармана маленький бинокль, я пригнулся, разглядывая едущий впереди лимузин.

– Ну? – спросил в моем ухе Проф.

– Смотрится неплохо, – ответил я.

– Нагоню их на следующем светофоре, – сказала Меган. – Будет выглядеть вполне естественно. Приготовься, Абрахам.

Я с невозмутимым видом убрал бинокль в карман. На очередном светофоре загорелся зеленый свет, и Меган продолжила следовать за лимузином на безопасном расстоянии. На следующем светофоре, однако, красный загорелся еще до того, как лимузин подъехал к перекрестку.

Мы медленно поравнялись с лимузином с левой стороны.

– Рядом с нами точно эпик, – сказал сидевший сзади фургона Абрахам. – Причем очень могущественный. Сейчас подстрою биодетектор, через секунду узнаю больше.

Один из мотоциклистов бросил на нас взгляд. На голове у него был шлем охранки, а на спине висел автомат. Я попытался разглядеть сквозь окна лимузина Конденсатора – мне всегда было интересно, как он выглядит.

Сквозь затемненное заднее стекло ничего не было видно, но, когда мы тронулись с места, я заметил сидевшую на пассажирском сиденье женщину, показавшуюся мне смутно знакомой. Наши взгляды встретились, и она тут же отвернулась.

Деловой костюм, черные, коротко стриженные волосы… Это была помощница Властителя Ночи, та самая, что была с ним у Бриллианта. Вероятно, она обеспечивала связь с охранкой, так что ее присутствие в лимузине выглядело вполне логично.

И все же… Она встретилась со мной взглядом и наверняка должна была меня узнать. А может… узнала, но не удивилась, увидев меня.

На светофоре зажегся зеленый свет, и мы поехали дальше. Внезапно я ощутил укол тревоги.

– Проф, мне кажется, это ловушка.

В то же мгновение сквозь крышу лимузина взмыл в воздух сам Властитель Ночи, широко расставив руки. От его пальцев, уходя в ночь, тянулись темные линии.

 

28

Большинство людей никогда не видели высших эпиков во всей их красе: призывающих всю свою мощь, охваченных неподдельными гневом и яростью. Их словно окутывает сияние, а воздух вокруг будто становится наэлектризованным. Замирает сердце, и даже ветер затаивает дыхание. Третий раз в своей жизни я видел нечто подобное.