Требуется жених. Людей просьба не беспокоить!

Я специально сняла помещение в аренду не в самом богатом районе города. Но и не в самом бедном, конечно. Здесь меня никто не знает, можно начать новую жизнь. Всем соседям я представлялась вдовой бакалейщика. Продала магазинчик и переехала.

– Никто не должен знать, что мы Ви’Аро, – в первый же вечер объяснила я дочери.

Рози послушно кивнула, не спрашивая почему.

– Теперь я мадам Аро, запомнишь? Это просто.

– Это такая игра?

– Да, птенчик! Но проигрывать нельзя.

Когда мы с Розали вышли на залитую солнцем улицу, чтобы отправиться за цветами, я вспомнила о неприятном журналисте и закусила губу. Он назвал меня «леди». Почему? Впрочем, их братия всегда найдет способ подлизаться к клиенту. Или он просто смеялся надо мной. Не важно!

– Доброе утро, мадам Аро! – поклонился мне зеленщик у лавки через дорогу. – Доброе утро, юная мадмуазель Аро.

Приподнял шляпу. Я улыбнулась в ответ, а Розали помахала. Хорошо, что она совсем не пугалась грозного вида орка и его торчащих из‑под верхней губы клыков. Правда, у зеленщика они были аккуратно подпилены.

– А мы тут с женой все гадаем, чем же займется такая очаровательная молодая женщина. Жена уверена, что вы будете продавать шляпки! Может, откроете нам секрет?

Орк добродушно осклабился, явив свои острые, загнутые зубы. Рози смотрела на него как завороженная. Розали почти все детство провела в замке, мы жили уединенно. И хотя она знала, что наш мир населяют разные расы, все равно глядела во все глаза, когда встречала орка, василиска или оборотня.

Вопрос соседа застал меня врасплох. Но когда‑нибудь надо рассказать, все равно скоро все узнают. Я набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:

– Я собираюсь открыть брачное агентство!

– Брачное… агесво? – Орк поскреб подбородок, заросший зеленой щетиной. – Что это?

– Бывает, что одинокая девушка или одинокий молодой человек никак не могут найти свою половинку! Я буду им помогать!

– А‑а‑а, так ты сваха! – За спиной мужа появилась орчиха, которая несла охапку лука‑порея.

Шлепнула его на прилавок, отерла руки о передник и глянула на меня с интересом.

– Никогда не слышала, чтобы свахи стряпали свои дела в открытую. Это ведь все‑таки…

Зеленая кожа на лбу орчихи собралась складками, она никак не могла подобрать нужное слово.

– Требует деликатности, – подсказала я. – Поверьте, я буду очень учтивой и не задену ничьих чувств!

Рози заскучала и потянула меня за руку, ей уже не терпелось заняться покупкой цветов.

– Не буду вас задерживать, мадам Аро. – Орчиха с пониманием кивнула ерзающей Розали. – Удачи в вашем новом деле. Уверена, вы хорошо подготовились и знаете, что у каждой расы свои брачные обычаи, которые нельзя нарушать.

Я наконец поддалась напору Розали и позволила дочери утянуть меня за собой. Шла и обдумывала последние слова зеленщицы: «У каждой расы есть свои брачные обычаи». Вот как? Об этом, признаться, я и не подумала.

 

Глава 3

 

Если журналист, имя которого успело выветриться из головы, сделает все, как мы договаривались, и статья появится в «Утреннем новостном листке», к обеду можно ожидать клиентов.

Выберу подходящие цветы сегодня, заплачу торговке задаток и попрошу доставить корзины завтра с утра на Садовую улицу.

У нас с Розали глаза разбежались, когда мы подошли к рядам, на которых продавали цветы. Каких только не было – алые, лимонные, ярко‑синие. Нарциссы, пионы, гиацинты, крокусы, примулы… А запахи! Даже голова закружилась.

Рози перебегала от одной корзины к другой, наклонялась, чтобы понюхать каждый симпатичный цветочек, и так усердствовала, что скоро крошечный нос был весь испачкан в пыльце. Я будто оказалась в саду… В чудесном саду, который рос рядом с домом, когда я была маленькая. Я закрыла глаза, на мгновение очутившись в счастливом детстве. Тогда я не знала, что род Ви’Аро разорен. Казалось, что впереди ждет безоблачное будущее… Теперь на месте ярких клумб холмики, заросшие крапивой.

– Мамуля! – Рози подергала меня за рукав. – Смотри, какие хорошенькие!

Дочь стояла у корзины с синими гиацинтами. Ласково, будто котенка, она погладила шапочку соцветий.

– А где?..

«Торговка» – хотела спросить я, хорошо, что не успела договорить: увидела миниатюрную гному, которую с трудом можно было разглядеть за ее ярким товаром. Ростом она едва достигала стебля цветка.

– О… – вырвалось у меня. – Я вас не увидела.

Я чуть не шлепнула себя по губам. Что за неучтивость, чему меня только учили! Но гнома не обиделась, наоборот, весело рассмеялась.

– Ничего, милая. Ищете цветы? Вашим синим глазам удивительно подойдут гиацинты. Какие прекрасные глазки, будто сапфиры.

При упоминании сапфира меня передернуло. Торговка удивленно заморгала, не понимая, чем задела меня.

– Цветы просто чудесные! Я возьму три…

– Три цветка? – Гнома с готовностью вытащила самый крупный и пушистый гиацинт и протянула его Рози.

– Три корзины!

Пока мы договаривались о доставке, Розали грустно вздыхала.

– Что случилось, воробушек?

– Мама, давай одну корзину заберем прямо сейчас. Пожалуйста, пожалуйста! Я хочу, чтобы у нас дома было красиво и сладко пахло!

Рози не станет капризничать, если я скажу «нет», но почему бы не доставить дочке немножко радости? Не так уж часто она меня о чем‑то просит.

Я отсчитала несколько медных монет и протянула гноме.

– И одну корзину мы заберем сейчас.

Я погорячилась – это стало понятно через несколько шагов. Корзину пришлось тащить, прижав к груди. Пушистые шапки гиацинтов заслоняли обзор. Я боялась, что споткнусь и полечу кувырком. Тогда все точно запомнят фееричное появление мадам Аро, владелицы брачного агентства! Но едва ли я хотела именно такую рекламу. Или же, что гораздо хуже, раздавлю какого‑нибудь гнома. Или налечу на гоблина, а они ребята вспыльчивые.

– Мамуля, ты так хорошо смотришься с цветочками! – умилялась Рози, прыгая вокруг.

– Я рада, воробушек, – пробормотала я, пытаясь разглядеть сквозь просветы между соцветиями, куда идти.