Ведун
Но такое, если так разобраться, сейчас по всему миру происходило: напряжение со страхами копятся в людях, и чем ближе День Д[1], тем чаще все это из них выплескивается разными безумными выходками. А безумие заразно, во многих местах начали вводить комендантский час, в дневное же время пустили армейские патрули, которые достаточно жестко пресекали безобразия. Это, в свою очередь, еще больше подстегивало истерию. Короче, замкнутый круг получался. И разорвется он только после того, как Блистательный пролетит мимо Земли… ну или не пролетит. Впрочем, это тоже результат, после которого у людей, если они еще будут живы, будет уже совсем о другом голова болеть.
Но всего этого я еще не знал, с огромным удовольствием смотрел в иллюминатор на проплывающие внизу пейзажи и облака, наслаждался своим… уже вторым полетом в самолете.
Глава 3
– Да‑а, – протянул дед, осматриваясь. – Вживую он выглядит еще лучше.
– Дед, это что?
– Это? – бросил он на меня довольный взгляд. – Это мой тебе подарок.
Тут я и выпал в осадок, рассматривая «подарок».
* * *
Вылетели мы из аэропорта Семей в десять утра, перелет длился четыре часа, и вот прикол: в Россию, в аэропорт Домодедово прибыли в одиннадцать утра, сказалась разница в часовых поясах. Там нас тоже встречали, и не только люди «должника», но и он сам: холеный – видно, что не простой рабочий, – крупный, но не толстый, в теле такой старик с густой гривой уже наполовину седых волос, одетый в темно‑синий костюм, при синем же, в полосочку, галстуке. И улыбался этот Юра, как его дед назвал, действительно искренне, рад был моего учителя видеть. До такой степени рад, что дед еле сумел отказаться от посещения его дома, тот все хотел в его честь застолье организовать, обещая разные всякие приятности.
– Ладно, дорогой ты мой Василий Андреевич, не буду больше настаивать. Рома, – подозвал он по‑спортивному подтянутого мужчину, что нас возле самого самолета встретил и без досмотра сюда вот на машине привез. Когда тот подошел, «должник» его нам представил: – Это Роман, он ваш сопровождающий, до самого дома довезет и там уже поможет с заселением. Если какие‑то вопросы или сложности возникнут, он все решит.
И он решил: через сорок минут мы снова садились в самолет, в этот раз до Нижнего Новгорода, еще через полтора часа уже ехали на микроавтобусе… не знаю, куда ехали. Дед‑изверг, не признавался, только улыбался загадочно: сюрприз мне собрался сделать.
Но то ладно, Рома сказал, что через полтора‑два часа на месте будем, там и оценю этот сюрприз. Интересно было другое: при выезде из аэропорта солдаты на БТР дежурили, ну и потом, пока ехали, не раз одиночные и целые колонны военной техники встречали.
Рома заметил наш интерес и пояснил:
– С сегодняшнего дня по стране вводится режим чрезвычайного положения. Внутренние войска уже не справляются с участившимися беспорядками, вот и привлекли армию для поддержания порядка. Ну а те сразу, где криминогенная обстановка достигла максимума, в тех регионах вводят комендантский час, да и вообще действуют достаточно жестко, не церемонятся.
– Это все из‑за Блистательного? – проводив взглядом промелькнувшую мимо нас очередную колонну, спросил я у Романа.
– Да. Сходят с ума люди.
Пока ехали, он нам многое рассказал, наверное, в первый раз правду без прикрас услышали. Во всяком случае я. Дед, может, и раньше обо всем проинформирован был. То‑то он такой спокойный постоянно, да и сейчас лишь краем уха Романа слушает.
Оказывается, Блистательный не столкнется с нами, но все же опасно приблизится к Земле. Ну и ученые, и астрономы как‑то там вычислили, что этот планетоид, несмотря на свои размеры, имеет относительно небольшую массу, так что нашей планете его приближение ничем критически‑опасным не грозит. Но и бесследно его пролет не пройдет. Ожидаются многочисленные катаклизмы: землетрясения, цунами, ураганы – полный комплект. Людей пока не оповещали, чтобы панику не вызвать и не спровоцировать еще большие беспорядки, но подготовка ко всему этому ведется. В том числе вскоре начнут эвакуацию из зон повышенного риска, в них входят морские и океанские побережья, а также горы.
Именно поэтому и чрезвычайное положение ввели, войска вывели из ППД[2] в полевые лагеря, размазывая их равномерно по всей стране. Одновременно заполняются действующие склады государственных резервов, а также спешно создаются новые и реставрируются старые. Делаются не только продуктовые, бытовые и медицинские запасы, но и технические‑технологические. Как бы там что ни пошло, даже если сбудутся самые пессимистические прогнозы и на поверхности все разрушится, в каменный век нас это не отбросит, достаточно быстро сумеем все восстановить.
За разговором время в дороге незаметно промелькнуло, и вот мы уже приехали в Городецкий район, город Заволжье. Пропетляв по нему, остановились возле нашего нового дома.
* * *
– Дом готов к заселению, – вывел меня из ступора голос Романа, который как раз из тонкого, для документов, портфеля достал связку ключей с брелоком. – Некоторые комнаты даже мебелью полностью обставлены, прошлые хозяева не стали ее забирать.
Достав нужное, он сразу же нажал на кнопку на брелоке, и тут же ворота с красивым кованым узором в высоком, чуть больше двух метров, кирпичном заборе начали открываться. Но Роман на этом не остановился, махнул рукой водителю, чтобы тот заезжал. Сам он ключом отомкнул калитку и, отступив назад и чуть в сторону, предложил нам первыми заходить.
– Участок тридцать пять соток полностью обнесен забором из кирпича, – стоило нам войти внутрь, как Роман сразу же начал рассказывать о том, что нашим глазам открылось. – Справа, – махнул он рукой, – гараж на две машины и мастерская. Там, кстати, много инструмента осталось, как я и говорил, хозяин почти ничего не забрал.
Мы с дедом, как послушные экскурсоводу туристы, посмотрели направо, оценили внешний вид гаража и мастерской, что одним зданием и под одной крышей были построены.
[1] День Д или D‑Day – это условное обозначение даты начала военной операции, когда эта самая дата или еще неизвестна, или засекречена.
[2] ППД – пункт постоянной дислокации.
