Виртуальная афера, или меньше полугода

Юра взобрался по деревянным ступеням на крыльцо и открыл дверь… чтобы сразу её захлопнуть. В неё тут же, разбившись в щепки, влетел деревянный стул. Из заведения послышались одобрительные крики и снова началась непонятная возня. Юра вздохнул. Видимо, придётся переночевать, как в первой деревне, у старосты. Ещё неизвестно, кто там буянит: игроки или местное население? Если это НПС, то ничего страшного. А вот если это геймеры, да ещё подвыпившие… Вливаться в балаган, который творился за дверью, у Колюшина не было абсолютно никакого желания. Он в очередной раз устало вздохнул и поплелся искать дом старосты. Однако, проходя мимо окна гостиницы, кое‑что заставило его поменять своё мнение. А именно, крепкая стеклянная бутылка, от которой страшно разило хмелем, вылетевшая из окна этого самого заведения.

– Да чтоб вас!

Сонливость как рукой сняло. Юра устал, однако сейчас у него на голове очень больно пульсировала шишка, а остатки пива намочили штаны и лицо с руками. Теперь они сильно воняли, а Колюшина с детства выводила из себя местная алкашня, постоянно занимающая детские площадки, так что прилетевшая бутылка просто выбесила парня. Захотелось этой же бутылкой хорошенько треснуть её обладателя. А ещё лучше раза два. Или три. Быстрыми шагами Колюшин вернулся ко входу, немедля, открыл тяжелую дубовую дверь, показавшаяся Юрию сейчас сделанной из фанеры, и вошёл внутрь.

Вывеска отлично характеризовала нынешнее состояние данного заведения. В таверне было человек двадцать, включая бармена, и не все они были трезвыми. А тех, кто ещё держался на ногах, ещё меньше. Вот только те, кто пока не упал, оставались на ногах не потому, что выпили меньше. Просто эти люди покрепче оказались и пострадали не так сильно. Четыре столика из шести были повалены, а один из них просто разбит в щепки. Если считать соотношение целых и сломанных, то со стульями дела обстояли гораздо хуже. Не обошёл погром и посуду. Весь пол был усеян стеклянными и глиняными осколками. Даже лампы не все оказались целы. Один из трёх светильников, весь погнутый и потухший, неплохо стоял на чьей‑то волосатой голове. Однако бармен делал вид, будто ничего не происходит, и стоял в уголке за стойкой, спокойно попивая чай.

Пять человек, что ещё держались на ногах, были игроками. А вот “отбивные”, валяющиеся на полу, вне всяких сомнений принадлежали к местным. Видимо, бутылка, прилетевшая Юре, была кульминацией всего погрома, так как среди деревенских в сознании не было никого, а игроки неразборчиво переговаривались друг с другом и драться, кажется, не желали совсем. Но Юру на данный момент не волновало, с кем ему придётся схватиться. Сейчас он готов был разукрасить лицо любому, будь он человек или НПС. Когда дверь за Колюшиным захлопнулась, все, кто ещё мог видеть, обратили свой взор на вошедшего.

– Какой твари принадлежит эта дрянь? – прорычал Юра показывая бутылку.

– А? Это кто там такой борзый? – выглядывая из‑за стола, спросил мужик лет сорока, уже седеющий и в стельку пьяный.

Он был низок, слегка полноват и лицо его сейчас больше походило на переспевший помидор. Когда из‑за стола была видна только рука, нельзя было разобрать, кто он, но теперь видно – игрок. Седьмой уровень, Туту. Этот самый Туту, всем своим видом соответствующий своему игровому нику, мутным взглядом поглядел на Колюшина, затем на то, что он держал в руке. И тут в его глазах появился блеск, а губы расплылись в улыбке.

– О, ты пивко принёс! Ну спаси…

Договорить он не успел. Потому что, когда в рот прилетает какой‑нибудь предмет из крепкого стекла, сказать тебе ничего не удастся, как не пытайся.

– Значит, это твоё? Так получи обратно, зараза!

Мужик полежал так ещё несколько минут, осоловело моргая, а затем бухнулся прямо на бутылку и громко захрапел. В воздухе сразу запахло напряжением.

– Ты что делаешь, собака? Да мы тебя уроем! – взревела “восьмерка”, отличающаяся от первого только более темной шевелюрой, и, шатаясь, сделала шаг вперёд, промахнувшись, схватившись не за саблю на поясе, а за ремень. Не понимая, почему оружие не выходит из ножен, мужик остановился и стал дергать ремень сильнее. Юра стоял и не знал, как ему реагировать: посмеяться над этим неумехой или бить, пока есть шанс? Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но на помощь пришла вторая “восьмерка”, не настолько пьяная, которая помогла вытащить саблю. Это зрелище действительно выглядело комично, как один мужик, постаравшись принять гордое выражение лица, чего у него совсем не получилось, дрожащими руками пытался навести саблю на своего противника, а второй уже на своем поясе ищет свой меч, который, если не ошибался Юрий, сейчас лежал на оставшемся стоять столе. Колюшин глупо улыбнулся.

– Что ты там улыбаешься? Зря ты так. Нас же пятеро. Думать надо, а потом действовать, – промолвил Безымянный, черноволосый парень, такого же возраста и телосложения, как Колюшин, только щеки у него были более худощавыми.

Он был самым опасным из всей пятерки. Во‑первых, парень достиг десятого уровня и имел более качественное снаряжение. Во‑вторых, он, кажется, алкоголя в рот и капли не брал. В‑третьих, надеты на него были кожаные сапоги, кожаная куртка, а по бокам в ножнах своего часа ждали кинжалы, а это значило, что он качается в Скорость. А в битве человек против человека зачастую выигрывает наиболее быстрый. Но отступать было поздно. Извинениями в любом случае отделаться не получится.

– И что мне с того? – улыбнулся Юра, хотя внутри у него всё напряженно сжалось в ожидании. – Покончить со мной‑то вы не сможете. Кишка тонка систему изменить. Только если вызов кинете. Но я‑то не дурак, чтобы на него соглашаться. А в любом другом случае смертоубийство в поселениях запрещено.

– Да мы тебя так, кулаками, – вновь пробурчала первая “восьмерка”, спотыкаясь и падая. Однако обнаженная сабля говорила об обратном. А вот и оставшиеся две “девятки” с ещё одной “восьмеркой” подоспели. Ну, подоспели и подоспели, но, видимо, в глазах у них ещё осталась какая‑то муть. Потому что они все вместе разом дружно… споткнулись и упали на мужика с саблей. Снизу послышалась приглушенная ругань с периодическим пиликаньем от цензурившей всё системы. Нет, ну ни замечательный ли они шанс подарили Колюшину. Юра слегка замешкался, подумав, а не будет ли слишком подло, так быстро побеждать тех, кто так легко отдают ему победу? Но в конце концов лишь горестно вздохнул.

– Заморозка.

Верхний игрок тут же покрылся слоем льда и замер. Снизу послышалось ещё больше пиликанья вперемешку с пиханьями своего товарища. Тяжело, наверно, лежать под тремя здоровыми мужиками, один из которых к тому же заморожен. “Товарищи” посчитали, что к ним относятся несправедливо и вместо того, чтобы разобраться с этой “мало‑кучей”, начали пихаться в ответ. Юра не стал смотреть, чем закончится их перепалка, и перевёл взгляд на то место, где стоял Безымянный. Но его там не было. Зато в следующую секунду Колюшин получил чем‑то крепким, похожим на ножку от стула, по затылку. Чтобы не упасть, Юра сделал шаг вперёд. И сразу же получил хороший пендель.

– А ты у нас, оказывается, маг, – донеслось сзади.