Землянин. Миссия на марс
Я в последний раз посмотрел на неподвижные останки несчастных, вокруг которых поверхность корта приобрела ярко выраженный бурый оттенок и отвернулся, не в силах терпеть ни вида ни запаха этого кошмарного зрелища.
Вдалеке виднелись полуразрушенные однотипные домики с плоской крышей. Они были очень похожи на гостиничные комплексы или дома отдыха, впрочем сейчас для меня это было не столь важно, ведь я собираюсь свалить сначала из этого города, а потом и с этой планеты, а если у меня вдруг по каким‑то причинам что‑то и не получится, то двинуть коньки более или менее гуманным для себя же самого способом.
Как видите, вариантов у меня немного, и если я ещё пару раз облажаюсь, мой жизненный путь вполне может пойти по второму сценарию.
Но я настроен очень оптимистично и уж «Лажать» то я точно больше не собираюсь, а каждый свой следующий шаг в дальнейшем буду тщательно планировать в соответствии со здравым смыслом и логикой в первую очередь.
Именно поэтому я прямо сейчас зайду поглубже в лесной массив, отыщу там укромное местечко, открою банку тушёнки и от души поужинаю, после чего позволю себе пару часов вздремнуть, но не больше, так как это небезопасно, даже в лесу.
Если останусь живым, напишу, как прошёл мой первый романтический ужин за пределами города…
Спустя три часа
Я обещал сделать запись в дневник, если меня никто и ничто не убьёт.
В итоге я убил себя сам!
Ну, как убил, создал все условия для своего скорейшего отправления к предкам. Естественно, по собственной же глупости и непредусмотрительности!
В общем, я упал на дно ловушки для монстров и пробил себе ногу выше колена ржавым металлическим прутком.
Сейчас я уже не так сильно чувствую боль, но после падения меня словно ударило током, настолько острыми были мои новые ощущения, что я моментально упал в обморок.
Если честно, ситуация просто «Атас!», и если я выберусь из неё живым, придётся отметить свой третий или десятый, не помню уже, день своего рождения тортиком из варёной тушёнки и кружкой воды вместо шампанского.
Судя по моим электронным часам я пролежал без сознания три часа. Хорошо что пруток закупорил рану и кровь практически не покинула моё тело, хотя лужа вязкой жидкости подо мной образовалась достаточно приличных размеров.
Если я прямо сейчас постараюсь освободить ногу, то скорее всего снова потеряю сознание и даже не успею наложить жгут, чтобы после этого приступить к срочному хирургическому вмешательству.
Как уже было доказано ранее, я совсем не готов к преодолению своего болевого порога.
Да, нас всех обучили азам медицинской помощи, и если ничего серьёзного я себе не повредил, то после оказания первой доврачебный помощи я смогу выкарабкаться на поверхность с минимальными потерями.
Главная сложность состояла в том, что никакой врач в результате неудачи мне уже не поможет, поэтому действовать придётся максимально аккуратно и без резких движений.
Итак, артерия скорее всего не задета, иначе бы я уже давно завершил свою бесславную миссию, и мои товарищи на Атланте так и не узнали бы, что я был жив ещё целых пять дней после того как они покинули Землю без меня.
Нет, на такую глупую смерть я уж точно не давал согласия!
Даже если моё отвратительное умение рушить собственные же гениальные планы рано или поздно прикончит меня до отлёта на красную планету, я не хотел бы отбрасывать свои драгоценные коньки прямо сейчас!
Мне нужен новый план, и кое‑какие мысли на этот счёт у меня уже есть.
Если всё получится, мне удастся пожить ещё хотя бы недельку, что уже неплохо, хотя даже это мне вряд ли удастся, ведь моё везение походу дало дёру с этой планеты вместе с остальными членами моего экипажа.
И я, истекающий кровью неудачник, вынужден принять этот факт как должное и попытаться спасти свою шкуру, не рассчитывая в этот раз на удачу, только на холодный расчёт, опыт и знания, полученные в ходе моего обучения.
А ведь удача сейчас очень бы мне пригодилась, ведь я собираюсь нахрен распотрошить свою ногу так, что наверняка сам сойду с ума от увиденного. Но чего не сделаешь ради того, чтобы в очередной раз героически спасти свою жизнь.
Уф, мне уже хочется потерять сознание только при мысли об этом!
Поэтому перед операцией я достану из рюкзака аптечку и приму ударную дозу Но‑шпы.
Она должна снизить болевой порог до минимума и после того как я слезу с «Иглы», смогу сохранить хоть какое‑то самообладание и заштопать сквозную дыру на ноге примитивным набором спасателя, который я вместе с аптечкой предусмотрительно стырил с Аромо.
Думаю, мой план на этот раз удастся, иначе я труп.
Если я поврежу артерию – я труп.
Если вдруг по какой‑то причине потеряю сознания – я труп.
Если мне не удастся выбраться в ближайшее время из этой ямы – я труп.
Одним словом, оригинальных способов сдохнуть у меня сейчас гораздо больше, чем выжить, ведь я даже не представляю, как именно буду выбираться на поверхность, до которой, по моим скромным предположениям, как минимум метра четыре, если не все пять!
Кто‑то здорово перестраховался, видимо, не хотел встретиться с глазу на глаз с тем, что упадёт в эту яму. В итоге тот кто её вырыл либо прямо сейчас летит на Марс, либо уже кормит червей, а я отдуваюсь тут вместо какой‑нибудь электронной твари, которая, я уверен, даже близко не прошла мимо этой ямы.
Но спешу вас уверить, что подыхать здесь я не собираюсь, уж точно не сегодня, поэтому сразу придумаю план «Б», а именно – разведу костёр.
Он мне понадобится, если по каким‑то причинам мне не удастся остановить кровотечение имеющимися материалами. Придётся прижигать рану обугленной головёшкой, и на время я стану Рембо, благо сухих веток по всей яме нападало немало, а в рюкзаке лежит целый кулек со спичками.
Да, это больно, и даже обезболивающее не поможет мне избежать участи мазохиста во всей её красе. Но это единственный способ не умереть от потери крови, если все другие способы вдруг окажутся бессильны.
Так, всё! Я убираю свой дневник в сторону и приступаю к выполнению своего очередного безбашенного плана. Если следующая запись отсутствует, а рядом с дневником валяется чей‑то скелет в полу разложившемся термобелье, то скорее всего это – я…
День шестой
Да! Я смог сделать это! Я выбрался из этой чертовой ямы смерти, но вот только какой ценой! Моя нога напоминает жареный кусок куриного шашлыка, упавший с шампура на раскалённые угли мангала.
А всё потому, что моя сообразительность в этот раз, как ни странно, спасла меня от неминуемой гибели.
Как все помнят из изложенного выше, когда я ещё лежал нанизанный на арматуру, мне в голову пришла глуповатая мысль развести костёр.
