Живи настоящим. Современный любовный роман

– Ты напилась и полезла в воду. Мы с Эриком тебя вытащили. Твои вещи на балконе. Бренда и Ник заняли ваш номер, что и объясняет мою одежду на тебе и твое присутствие здесь.

Выдыхаю с облегчением. Могло быть и хуже… Облокачиваюсь спиной о тумбочку, массируя виски, которые дико гудят. Закрываю глаза, пытаясь сконцентрироваться.

Я помню текилу в баре, мы сидели с Сэмом… Затем Янг, потом танец с Райтом. От этого воспоминания аж мурашки по спине пробегают. Море. Точно, морской еж!

Смотрю на перебинтованную ногу. Крис вытащил иглы… помню татуировку у него на затылке, а потом… все как в тумане. Между нами точно ничего не было? Меня напрягает такая неопределенность. Нет, не могло быть. Даже в пьяном угаре я бы не смогла переступить эту черту. В этом я уверена.

Ладно, значит, все не так плохо. Надо настучать Бренде по голове за эту ночь. И если вдруг она опять соберется кого‑нибудь притащить, нужно, чтобы сюда принесли еще одну кровать. Тут как раз хватит места для односпальной постели. Не могу сказать, что мне было неприятно лежать рядом с Крисом, но… хватит, черт подери. Он вообще не должен знать о сомнениях, которые поселились во мне из‑за его появления в жизни семьи Морган.

Встаю с пола, забираю босоножки и открываю дверь, проверяя, нет ли кого в коридоре.

– Не забудь вернуться, чтобы я сменил тебе повязку, Морган. Если хочешь, чтобы нога быстрей зажила.

– Переоденусь и приду. – Захлопываю дверь, возвращаясь в свой законный номер. Почему я согласилась вернуться? Потому что мазь все равно у него.

Со всей силы стучу в дверь. Наконец, сонная Бренда в халате открывает дверь.

– Ого, а где твоя одежда? – Хах, сонная, конечно. А чужую одежду на мне заметила. – Подожди, только не говори, что у вас с Крисом… – Она садится на свою кровать, пристально наблюдая, как я роюсь в сумке в поисках одежды.

– Ничего у нас не было, Бренда! – Тыкаю в нее пальцем. – И, между прочим, это из‑за тебя мне пришлось делить с ним кровать. И носить его рубашку!

– Из‑за меня? – Бренда делает задумчивый вид. – Я могу понять, почему ты спала у него, но почему ты в его одежде…

– Черт, Бренда! – Одеваю светлое нижнее белье и голубой сарафан до колен. – Я вчера залезла в море. И чтобы не спать в мокром, пришлось воспользоваться его рубашкой, что непонятного? – Запихиваю его рубашку в сумку с намерением сначала выстирать ее, а потом вернуть владельцу.

– Все понятно… Так вы что, вместе?

– Ты издеваешься? – Завязываю волосы в высокий хвост. – Ты меня совсем не слушаешь?

– Слушаю, слушаю. Просто никогда не видела, чтобы ты так заводилась при обсуждении парня. Если между вами что‑то есть, это ведь неплохо, почему ты все воспринимаешь в штыки?

– Да потому что, черт возьми! – Скидываю сумку на пол, плюхнувшись в кресло и схватившись за голову. Мне требуется несколько минут, чтобы успокоиться. – Я не знаю… не знаю, Бренда. – И это правда. Я действительно ничего не понимаю, мало того голова гудит после вчерашнего, мешая сконцентрироваться.

– Эй, – Филлипс садится передо мной на корточки, – ты чего?

– Не хочу я иметь с ним ничего общего. Когда он рядом, я не могу сосредоточиться. Его присутствие выводит меня из привычной колеи.

– Ты себя накручиваешь. – Филлипс едва заметно улыбается. – К тому же, разве плохо, что твоя жизнь стала более разнообразной?

– Не знаю… – Пожимаю плечами. Я действительно сбита с толку.

Вчера я залезла в воду только для того, чтобы стереть мысли о Райте, о том, что меня влечет к нему. Разве это разумно? Нет, конечно. Но я не знаю, как избавиться от его образа в своей голове. Вчера на танцполе у меня перехватило дыхание лишь от его прикосновений. Почему ОН, черт возьми? Вся моя жизнь последние семь лет была ясна и понятна. Я жила, полностью контролируя свои действия и мысли. А тут появляется Райт, после которого прежние установки рушатся как карточный домик. Он выводит меня из равновесия, и душевного, и физического. Как с этим бороться? Что мне сделать, чтобы снова вернуть ту прежнюю безукоризненную жизнь? Я не хочу отдаваться на волю случая, как это уже было однажды, и идти по волнам, доверившись человеку «у штурвала», как это когда‑то было со Стеном. Я не хочу снова испытывать подобное. Не хочу. И уж тем более я не хочу, чтобы Кристофер узнал о моей эмоциональной нестабильности. До сих пор мы с ним соревновались только в остроумии, но давать ему доступ к тому, что у меня внутри, я не собираюсь. Его это не касается. И никого больше никогда не будет касаться.

– Слушай, Анжела, я знаю, что для тебя это непривычно и пока не понятно, но не будь так категорична. Крис – хороший парень, не отталкивай его.

Не могу не усмехнуться.

– Я не отталкиваю. Просто пусть отстанет от меня.

– Господи, Анжелика, ты иногда бываешь такой недальновидной!

Уж кто бы говорил…

– Ты разве не видишь, что не безразлична ему?

– Бренда, ты в своем уме?

– Да это ты с ума сошла! Вчера он мне отказал только потому, что, как он сказал, увлечен кем‑то другим. Я уверена, что это ты.

– Ты не понимаешь, что несешь.

– Это ты не понимаешь, Анжела!

– Так все, хватит! – Встаю, возвращая сумку на кресло. – Я не хочу говорить о нем. Правда, хватит.

– Анжела…

– Я не хочу ничего о нем слышать, ясно?

– Ясно, ясно… – Бренда садится на свою кровать. – Кстати, если уж мы заговорили о парнях, то Ник оказался потрясающим любовником!

Все, Филлипс получила то, что хотела. Не совсем Райта, но, видимо, его друг тоже приемлем. Как она может так быстро переключаться с одного мужчины на другого? Я уважаю ее позицию феминистки – она использует противоположный пол в своих целях, но все же… У всего есть определенные границы.

В реальный мир меня возвращает стук в дверь. Кто там еще притащился?

– О, Ник, заходи. – Бренда поправляет халат, пропуская Янга в номер.

Он в белых брюках и светлой рубашке. При виде меня, он застывает на полпути, улыбнувшись и зацепив солнцезащитные очки на голове.

– Мисс Морган, доброе утро. Не знал, что вы здесь…

– Уже ухожу. – Беру босоножки, так как в сланцах с бинтом на ступне будет неудобно передвигаться.

– Останься, Анжела, посидим, поболтаем. Ой, подождете меня, я быстро приму душ. – Она целует Янга в щеку, который понимающе улыбается ей.

Филлипс исчезает в ванной комнате, оставив меня наедине с мистером «Я – пуп земли».