Золото предков

– Он мой двоюродный дядя, гер адмирал, а я не совсем его племянник – мягко ответил Грохманн.

– Его это не спасет штурмбаннфюрер, вы заговорщики, мы знаем, как вы назвали операцию и его детали. Докажите преданность мне и мы продолжим более серьезный разговор, я уничтожу это письмо, кроме меня никто из офицеров абвера не знает его содержимого, тут много имен и фамилий, никто не спасется друг мой. Сейчас будут искать соперников этому бойцу, сказал адмирал кивнув лицом в сторону громилы на ринге. Слышал про ваши тибесткие навыки в действии. Я хочу, что бы он не встал с конваса. Только не убивать, гер Грохманн. У вас нет другого выбора, либо он, либо вы, гер штурмбаннфюрер – с побежденным тоном сказал адмирал. На входе ждет машина, жду вас через пять минут, – убирая письмо в папку, сказал адмирал одевая китель, и вставая из‑за столика.

Зал затих, все были во внимании к адмиралу, офицеры и солдаты сидевшие за столами поднялись и приняли стойку «Смирно»

Адмирал повернувшись к публике громко провозгласил «Хай Гитлер», и со славами «Продолжайте веселье господа офицеры», удалился из трактира со своими сопровождающими.

Тишину прервал конферансье: – Кто бросит вызов нашему Голиафу? У кого еще есть сталь в штанах? Прошу на ринг! Публика замялась, окружающие пересматривали друг друга, в поиске «последнего гладиатора» .

Швырнув пустую бутылку в угол, которая шумно разбилась, обратив на себя внимание публики штурмбанфюрер резко сбросил с себя рубаху, мигом вскочив на ринг. Снова воцарилась тишина, конферансье накрыв микрофон ладонью шепотом спросил:

– Вы уверенны гер Грохманн?

– Объявляйте! – зло прошипел штурмбаннфюрер

– Встречайте в левом углу ринга, редкий гость нашего заведения, непревзойденный никем до сих пор мастер восточных единоборств, штурмбаннфюрер Конрад фон Грохманн. Толпа загудела, услышав легенду трактирных боев, восторженно встречая бойца и предвкушая зрелищный бой. Громила только зловеще улыбнулся, про себя представляя, как двумя ударами уложит на пол неизвестного ему выскочки майора.

На ринг принесли перчатки, Грохманн, показал всем, что будет сражаться голыми руками, увидев это гер Брюйне, пренебрежительно выкинул свои.

Едва прозвучал гонг, как стремительно сделав пару ударов, в подколенные суставы ног соперника, гер Грохманн свалил «Голиафа» на колени, и приемом из восточных единоборств произвел захват руками и ногами шеи соперника, опрокинувшись на спину сильно сжал сонную артерию. Волфганг Брюйне стал задыхаться и через двадцать секунд с начала боя затих.

В зале воцарилась мертвая тишина, все были в недоумении от быстро истекшего конца сражения гера Грохманна с гигантом. Он, не теряя времени, быстро спрыгнул с ринга, на ходу одевая рубаху, немедленно покинул трактир.

– Две минуты штурмбаннфюрер, впечатляет – восторженно с умилительной издевкой сказал адмирал Канарис, когда напротив него сел в роскошное автомобильное кресло гер Грохманн. Двое сопровождающих его мужчин так же улыбнулись. Один из них пересел за руль, и авто тронулось.

– Присаживайтесь Конрад – сказал генерал включая над столом лампу, указывая тростью на мягкое кожаное кресло напротив.

 

Обстановка места была крайне деловой, ничего лишнего. Однокомнатная квартира, представляла собой идеальное место для тайных встреч подполья, только рабочий стол пару стульев, кресло. Стены покрашены в ужасный коричневый цвет, темень лишь немного разбивала тусклым желтым светом конусная зеленая лампа, которая едва ли добавляла уюта в эту мрачную обстановку.

– Итак, как я и говорил, гер Грохманн, дело чрезвычайной важности – повторил адмирал, доставая из портфеля другую папку, явно секретную, с печатями и пломбой. Один из сопровождающих сел на стул, позади адмирала, не вмешиваясь в разговор, не проронив ни слова за время беседы в трактире и по пути к конспиративной квартире. Был одет в благородную дорогую одежду, явно не из простых сословий происходил сопровождающий спутник, адмирала Канариса.

– «Я редко встречал мужчин носивших бороды в рейхе, этот явно не из знакомых мне бюргеров. Даже в окружении Геринга я не знаком с такими, как он» – подумал Конрад, разглядывая внимательно очень подозрительного типа.

– Его время вам представиться придет гер Грохманн, – сказал Канарис, загадочно улыбнувшись, увидев как Грохманн, подозрительно разглядывал его спутника. – Что вам известно о Советах? Я в наших кругах ходят слухи о вашем знании истории России, это одна из причин, почему я искал именно вас штурмбаннфюрер – продолжил он, усаживаясь на стул напротив.

– Немного, но до сих пор не представляю своей ценности! – удивленно ответил Конрад

– Ан нет гер Грохманн, вы учились в Хельсинки до марта 40го, хорошо знаете события времен царя Николая II, хорошо знаете финский, друг мой, это вторая причина, по которой вы, Конрад нужны мне – с ухмылкой сказал адмирал, вскрывая пломбу с папки.

Глава Абвера развернулся и сказал что то по‑французки своему подозрительному спутнику. Бородач встал, взял стул и подвинул его к столу, но не сел.

– Знакомьтесь гер Грохманн, барон Альберт фон Витте, сын никому не известной дочери русского графа Сергея Витте, Натальи! – представил адмирал, подозрительного мужчины, который уважительно кивнул в его сторону и недобро улыбнулся, показав идеально отбеленные зубы.

– Барон фон Витте – уважаемый банкир в мировой элите, он секретно ведет финансовые дела в Швейцарских банках, умножая богатство Рейха. Разумеется, вы ничего про него не знали гер Грохманн, потому что, за Натальей охотились коммунисты с 1918 года, благодаря послу Австрии в России, ей удалось бежать в Женеву. Барон фон Витте имеет немецкие корни, безусловный патриот Великой Германии, не смотря на русский гены в его крови – добавил адмирал, сомнительно улыбнувшись.

– Господа к делу, включился барон в разговор, грубым голосом, но мягким французским акцентом. Как вам известно гер Грохманн, а вам, я не сомневаюсь известно, что мой дед, граф Серж фон Витте (Сергей Юльевич Витте) был не последним в Российской Империи человеком – произнеся имя деда на французский манер, немного выждав паузу продолжил:

– Он был успешным министром в Русской Империи, в начале карьеры был начальником всех железных дорог, а потом стал министром финансов, вплоть до 1903 года, однако оставался еще несколько лет влиятельным должностным лицом до февральской революции.

– И? – недоуменно прервал разговор штурмбаннфюрер, недовольный затяжной лекцией о России и перехода власти к коммунистам

– Всему свое время гер Грохманн! – немедленно ответил недовольству Конрада адмирал. –Продолжайте барон – добавил он, достав из стола бутылку дорогого французского вина и три граненных хрусталем фужера.

– Извольте узнать Гер Грохманн, что вы знаете о золоте Империи, последнего русского царя Николая II? – властным тоном спросил Альберт фон Витте, склонившись над столом напротив Конрада?