Ад пуст. Все бесы здесь. Часть 2

– Всего лишь один? – страдальчески хмыкнула я, но тут же продолжила, ведь этот вопрос не требовал ответа: клеймо правителя теперь со мной навсегда. – Мы же кажется уже договаривались. Никакого официоза, – я устало покосилась на парнишку.

– Мы договаривались до церемонии коронации, а уже после, – парнишка замялся, настойчиво игнорируя оклики засевших за ближайшим столиком демонов.

Я одарила пьяную троицу испепеляющим взглядом, отчего те сразу замолкли, изобразив покорность. То‑то же. Нечего отвлекать моего собеседника.

– Великим жестом правителя Инфернума провозглашаю, что в наших отношениях с тобой, Лив и Кроули ничего не изменилось. Для моего тайного совета я – по‑прежнему просто Блю. И буду благодарна, если хотя бы вы не станете вдруг относиться ко мне с богобоязненным ужасом и трепетом, – бросила я, осушив бокал винума до дна.

– Кстати, о Кроули, – парнишка кивнул в сторону демона, гордо восседающего в парадной мантии министра с красным воротом за одним из столиков в компании молоденьких демониц. – Кажется, как минимум с одним из министров ты точно не прогадала. Как поговаривают твои подданные, многие с большим энтузиазмом отнеслись к его назначению. Некоторые, особенно шустрые, как эти дамочки, даже пересмотрели свое предвзятое отношение к заносчивому барду.

– Ну хоть где‑то хорошие новости.

– Сегодня для всего Инфернума, если ты не заметила, просто день хороших новостей, – Белен забрал у меня пустой бокал, молниеносно метнулся за барную стойку и заменил его новым. – Если что, я слежу за тобой, – и, встретив мой недоумевающий взгляд, поспешил продолжить. – Я имею ввиду, что мой начальник лично поручил мне приглядывать за тем, чтобы бокал в руке Дьяволицы десятой не пустел.

– Спасибо, Белен, – я облегченно вздохнула. – Что бы я без тебя делала.

Парнишка мне подмигнул, и умчался ублажать пирующих демонов как раз в тот момент, когда ко мне подошел Вельзевул.

– Дьяволица Блю, позвольте представить – представители Каелума явились, чтобы лично выказать свое уважение от имени их наместницы.

Демон широким жестом указал на пару, так яро выбивающуюся из толпы своими светлыми одеяниями. Они оба были одеты в светло‑зеленое, что буквально было сродни красной тряпки для быка на фоне ало‑черно‑серых нарядов моих сородичей.

Вот это новости! К моему удивлению, одна из величественных семей Каелума все же явилась на церемонию коронации. Я не помнила имен и регалий молодой пары русоволосых ангелов, что само по себе натолкнуло на мысли, что в стан врага послали просто козлов отпущения. Даже и представлять себе не хочу, как они чувствовали себя, когда их сородичей в открытую обвиняли во всех грехах на церемонии коронации. Хорошо хоть до рукоприкладства не дошло, ведь их расправленные, красивые бледно‑бежевые крылья постоянно притягивали злобные взгляды демонов, которые даже не пытались скрыть собственную неприязнь, шикая в сторону четы Каелума.

– Дьяволица Блю, позвольте нам выказать свое уважение и искренне вас поздравить, – девушка‑ангел, чьи светло‑русые волосы были собраны в подобный моему пучок, протянула завернутый в серебристую бумагу сверток. – Примите же дары Каелума, в знак нашей признательности и почтения нашей наместницы.

– С благодарностью принимаю поздравления вашей наместницы и ваши, конечно же, – буркнула я, взяв сверток из ее рук, уже подыскивая взглядом Карму, но ангел, будто уловив мой настрой, положил свою бледную кисть на сверток.

– Для всего Каелума будет великой честью лично удостовериться, что подарок придется вам по вкусу, да и по размеру, что уж там, – резидент Рая расплылся в широчайшей улыбке. – Прошу, Владыка Блю.

Я переглянулась с Вельзевулом, лишь утвердительно мне кивнувшим.

– Ну, раз вы настаиваете, – бросила я, срывая бумагу с очередного подарка.

Под трепещущие взгляды ангелов я достала из обертки пару черных кожаных перчаток, расшитых витиеватым узором и руническими камнями на запястьях с таинственными, неведомыми мне символами. Я передала свой кубок с винумом Вельзевулу вместе с оберткой, натягивая на свои кисти эти тонкие, словно вторая кожа перчатки. Сели они, как влитые. С размером наместница Каелума, или уж кто там их на самом деле выбирал, точно угадала.

– Спасибо, очень красивый подарок, – я одарила представителей Рая добродушной улыбкой, на что они ответили тем же.

– Любому правителю нужно средство, помогающее ему держать в узде свою власть и авторитет, – ангел‑мужчина мне заговорщицки подмигнул, беря меня под руку, словно собираясь продолжить личную беседу.

Его примеру последовала его спутница, берущая под руку Вельзевула. Где‑то глубоко внутри меня словно зашевелился какой‑то противный, липкий червяк, чему я не придала никакого значения: ну мало ли что хочет мне шепнуть на ушко этот ангел, ничего такого в этом нет.

Но моя интуиция меня не обманула. В следующую секунду ангелы взмахнули своими крыльями, и вся наша четверка оказалась в подземелье замка Истины. Я не успела даже пискнуть, не успела понять, как быстро они исчезли, и в полумраке, освещаемом лишь отдаленным светом настенных ламп, появились две фигуры в церемониальных плащах, с надвинутыми на лица капюшонами. Ничего примечательного, ведь так была одета добрая половина резидентов Инфернума, но было предельно очевидно: именно на это и рассчитывали заговорщики. Они специально подгадали момент, когда желание скрыть свои лица за капюшонами не вызовет ни у кого никаких подозрений. Можно ли выбрать момент лучше, чем торжественная церемония провозглашения нового владыки?

Все происходило так быстро, что я буквально не успевала следить ни за своими действиями, ни за тем, кто конкретно и что делал. Казалось, что ужасающие события развернулись и достигли своего апогея за доли секунда.

Раз. И один из захватчиков, безразличный к моей залившейся адским пламенем коже, хватает меня за предплечья со спины с такой силой, что нет смысла даже пытаться вырваться. Ясно, к бабке не ходи, что это – демон. Ангелы не зря оставили грязное дело моим сородичам, боясь пострадать. Два – в руках другого человека в капюшоне блеском метала мелькает кинжал Инфернума. Три – раздается звон разбившегося бокала, и вот уже изо рта Вельзевула потоками льется кровь, и он оседает на пол, жадно хватая легкими воздух, издавая противные булькающие звуки, от которых мои собственные внутренности скручиваются в тугой узел.

Я истошно кричу, пытаюсь вырваться, развернуться, шикнуть, да хоть зубами ухватиться за обидчика, чтобы вгрызться ему в глотку и разорвать артерию, но все бесполезно: держат меня крепко, да так, что малейшее движение приносит боль в выкручиваемых суставах. Правая ладонь пылает, огонь едва ли не сжигает мою кожу, проблески пламени Вершителя судеб, рвущегося сквозь кожаную перчатку, освещают полумрак подземелья, но я настолько растеряна, а мои руки сжаты с такой бешеной силой, что я едва чувствую свою кисть, чтобы попытаться хоть что‑то предпринять. Я не могу снять эти проклятые перчатки, которые, похоже, были не просто подарком. Они были защитой, отделяющей моего захватчика от силы древнего артефакта.

– Милая Блю, когда же ты поймешь, что сражаться и бежать от неизбежного – бесполезно? – чей‑то противный, мерзкий, но отдаленно знакомый голос промурлыкал мне прямо в ухо, отчего я аж вздрогнула.

Кажется, именно ему принадлежал голос первого перебившего мою речь на церемонии коронации. Или слышала еще где‑то прежде, не разобрать.