Архипов. Дуэлянт
На вокзал мы добрались только к семи часам вечера, всего за несколько минут до отправления последнего на сегодняшний день поезда на Смоленск. Пока Долматов торчал в очереди возле кассы, мы устроились в комнате ожидания. Из всех присутствующих билет домой был только у Бурова, который взял его еще вчера.
Поезд уже подали на третий путь, а до отправления оставалось всего пять минут, когда вернулся Долматов.
– Так, забрал практически последние билеты. Правда, придется ехать в плацкарте, еще и в разных вагонах.
– Давайте соберемся у меня, я выкупил все места в своем купе, – предложил Буров.
– Зачем?
– Ну, чтобы ехать с комфортом, да и я уже тогда знал, то Евгений Викторович не будет покупать билеты заранее.
Так и вышло, каждый зашел в свой вагон, но уже через несколько минут наша команда в полном составе завалилась к Бурову в купе. Один только Долматов отказался от предложения, хоть и заглядывал время от времени.
За болтовней время пролетело практически незаметно. Часам к одиннадцати вечера Поля задремала в моих объятиях, Глеб и Герасим устроились на верхних полках, а Буров с Князевой ворковали о чем‑то напротив нас. Я же просто наслаждался объятиями симпатичной девушки и прокручивал в голове события выходных, которые пролетели как одно мгновение.
Поездка в Москву, встреча с друзьями, победа в матче с угличанами, беседа с Бухаровым, император и выходка Князевой, а главное – лицемерие Генки и откровенный разговор с Аней и Толиком. Событий на эти два дня с лихвой бы хватило на пару недель. Чувствую, еще пара дней в таком ритме, и я просто с ума сойду, нужно же как‑то отвлекаться.
Поезд остановился возле какой‑то станции. Несколько человек из поезда вышли и поторопились к освещенному зданию вокзала, а буквально через пару минут состав снова пару раз трухнуло, и он помчался вперед, набирая скорость и выстукивая монотонный ритм.
Дверь в купе отворилась, и внутрь протиснулась голова Долматова.
– Просыпайтесь! Проехали Ярцево, через полчаса будем в Смоленске!
На вокзале мы оказались почти в час ночи. Заспанные, уставшие после поединков, насыщенного дня и долгой дороги, едва стояли на ногах. Жутко хотелось спать, да и перекусить чего‑нибудь я бы не отказался. Только сейчас понял, что за всю дорогу мы так и не поели.
На вокзале уже ждал автобус, который доставил прямиком в академию. Герасимов не спал – встречал нас на пороге корпуса. Долматов уже успел отправить ему телеграмму с результатом наших выступлений, поэтому сейчас Федор Иванович улыбался от души.
– Молодцы, друзья мои! Несказанно рад вашим успехам. Вами гордится академия!
– Господин ректор, а нам дадут отгул на завтра? – оживился Матвеев. – Нам бы выспаться с дороги…
– Даже не думайте! Завтра в восемь утра у вас первое занятие!
Попытка Глеба воспользоваться хорошим расположением духа ректора провалилась, и ратник поплелся в спальню. Как ни удивительно, в гостиной нас ждало еще человек десять студентов, которые не спали и ждали возвращения. Фрязин, Тихомирова, Суровцев, Трегубов, Кудряшов, Камардин, пара ребят из механиков… Там определенно был кто‑то еще, но я уже был не в состоянии рассмотреть, потому как меня тут же заключили в объятия, и все, что мне оставалось, лишь пытаться отвечать на вопросы и принимать поздравления.
– Дима, а ты молодец! Все правильно сделал! – Кудряшов подошел к Бурову и крепко сжал его руку.
– Спасибо, Валера, прогиб засчитан, – бросил Дмитрий. Вот он истинный Буров – прямой во всем и принципиальный в каждом вопросе.
– Что‑то не так?
– Не так? Все так, Валера. Ты ведь решил в одной упряжке с Головиным бежать, так зачем ко мне подходишь? Боишься, что отец не поймет?
– Ты не понимаешь, это просто олимпиада, ничего особенного.
– Так и для меня это тоже просто олимпиада. И все же я провернул даже этот момент с пользой для себя и всего княжества.
Буров прошел мимо, показывая собеседнику что разговор окончен. Буквально через пару секунд я потерял его из виду, потому как меня потянул в сторону Фрязин.
– Ну, рассказывай, как все прошло? Правда, что там был император?
Пришлось рассказывать все по порядку, опуская события, которые совершенно не касаются посторонних ушей. Через пару минут в гостиной появился профессор Сахаров и пообещал выдать дежурства всем, кто не отправится в спальню в течение пары минут. Пришлось перенести рассказ на утро и отправляться спать. Правда, выспаться нам не светило, ведь спать оставалось всего часа четыре.
Утром нас с Глебом растолкал Фрязин.
– Просыпайтесь, лежебоки! Что, не вечно вам меня будить, настал и мой черед!
– Завтра поквитаемся! – пообещал Матвеев, протирая глаза.
По пути в столовую встретились еще с несколькими студентами, которые поздравили с победой. Пирогов с Аглицкой так вообще не отлипали. Если не считать шайку Головина, один только Елизаров ходил хмурый и никак не отреагировал на нашу победу.
После завтрака отправились на первую пару – механику к Драгунову. На этот раз Степаныч превзошел любые ожидания, потому как предложил посидеть в кабине настоящего меха и даже управлять им по паре минут. Естественно, все боевые модули были демонтированы, и Рысак мог только передвигаться по огражденной территории возле механических залов.
– Запомните, теория без практики – ничто. И пусть большинству из вас никогда больше не придется управлять такими созданиями, вы должны понимать на что они способны. Сегодня каждый из вас может пройти по три круга и почувствовать возможности этого стального монстра.
– А разве это не опасно? – Борисов с подозрением покосился на разведывательного меха, которым сейчас управлял Буров. Рысак под управлением Дмитрия как раз нарезал круг мимо студентов.
– Не волнуйтесь, я контролирую ситуацию.
Когда настал черед Борисова, он ловко запрыгнул внутрь меха и с места разогнал его на большую скорость. Первые два круга он прошел стабильно, а вот на третий круг то ли не справился с управлением, то ли намеренно направил Рысака в гущу студентов. По всей видимости, хотел просто напугать, но в любой момент ситуация могла выйти из‑под контроля, и привести к жертвам.
Буров, Суровцев и Матвеев тут же вышли вперед и активировали дар. Похоже, они собирались задержать неуправляемую машину, но все решилось куда проще.
– Спокойно!
Степаныч тут же схватил какой‑то пульт и зажал кнопку. Меха заклинило, и Борисов едва не вылетел из сидения. Если бы не защитный ремень, его бы точно размазало по передней бронепластине.
– Профессор, как вам удалось отключить его? – Степаныча тут же обступили механики, которые быстро смекнули, что аварийная остановка – дело рук Драгунова.
