Чаша из Долины Жизни

– Я не знаю. Я мало что могу тебе сказать. Я знаю, что галерасцы – народ севера – замкнутые, суровые и жёсткие. Что может быть общего у тебя – стремительной серны с южных гор и северного медведя? Я боюсь за тебя, Еви, – король покачал головой. – Но, в их пользу говорит то, что они также чтят Предание и если что решили, то уже не отступят от своего слова. И их лучше не гневить. Насколько я понял, Илген, сын нынешнего короля Эрмера – такой же по характеру, как и отец, как и весь их народ. И внешне он, боюсь, совсем не красавец. Не чета нашим лихим тур'адорцам. Галерасцы выглядят так, будто их ледяные скалы ожили и превратились в людей. Тяжёлые, массивные, с угловатыми чертами лица. Но держатся они так, будто сами Великие Короли почтили меня своим присутствием. Это очень воспитанные и гордые северные медведи, Еви. Я не напугал тебя?

– Нет папа. Я буду надеяться, что мой жених всё же не совсем дитя ледяных северных гор. Когда состоится наша свадьба?

– Не знаю. Я должен отправить гонца в Галерас. Всё зависит от возвращения Илгена.

– Хорошо, папа, я буду ждать. – Евмения улыбнулась, встала и подошла опять к картине с Чашей. Казалось, будущая свадьба ничуть её не занимала.

– Еви, ты знаешь, что тебе придётся поехать в Свадебный Дом? – Вдруг спросил отец. Девушка повернулась к нему. Улыбка её сразу пропала, и вся она словно поникла.

– А это обязательно?

– Да, ты же знаешь, таков обычай для брака, где жених и невеста из разных народов. Другое дело, что наш с Галерасом Свадебный Дом, который стоит на самой границе, пустует уже несколько столетий.

– И ты не сможешь поехать со мной, да папа? – Она села рядом с отцом и обняла его. Голова её поникла.

– Нет, увы. Не такой, милая, я представлял себе твою свадьбу. И уж точно не в Свадебном Доме. Я никогда не хотел выдавать свою дочь замуж за человека из другого народа. Но так распорядился Творец, ничего, наверное, не поделаешь. Но если ты грустишь, скажи только слово и я…

– Не надо, папа, всё будет хорошо. – Евмения видела, что отец по одному её слову готов отказать жениху и разорвать такой непрочный мир с Галерасом. Она знала, кто она для него и это наполняло её душу любовью и болью скорой разлуки. И неизвестно, чего было больше. – Я согласна ехать в Свадебный дом, скажи только когда. Я не расплачусь, правда.

– Ну вот и славно! Пойду писать письмо королю Эрмеру, правителю всего Галераса. – Отец обнял Еви, улыбнулся и вышел из комнаты. Не дай Творец ей узнать о том, какие люди действительно живут на земле! Не дай Творец ей разочароваться в жизни! Он этого не вынесет!

 

Глава 2. Сборы

 

 

– Еви! – Голос короля Фарона III звучал строго и вместе с тем печально. Ни для кого не было секретом, чем он платит за мир с Галерасом. Его скорее жалели, чем осуждали, хотя Евмению любили все, кто хоть немного её знал. Со слугами и няней она была неизменно ласкова и приветлива, не кичилась своим происхождением. Да так и сложилось издревле – короли Тур'Адора всегда помнили, что их предки родом были из обычных людей и старались относиться к простолюдинам с добротой и снисхождением.

– Да, папа. Я здесь. – Евмения ждала отца в своей спальне. Её комната выходила окнами на восток. В городе царила весна, и пряный запах цветущих яблонь кружил голову. Еви улыбалась каким‑то своим мыслям, стоя у окна, и так напомнила королю её мать, что слёзы навернулись на глаза. Но он мужественно сморгнул их.

– Галерас объявил дату свадьбы. Через две недели в Свадебном Доме должна состояться церемония.

– Так скоро? – Еви растерянно посмотрела на отца. – Но ведь это значит, что послезавтра я должна буду уже выехать. До границ Галераса почти две недели пути.

– Король Галераса спешит. Мне непонятна его спешка, но пусть будет так. Я не хочу спорить с ним.

– Значит, мы расстаёмся и, наверное, надолго, да папа? – Евмения поджала губы, пытаясь не расплакаться.

– Да. – Король подошёл ближе и обнял дочь. Несколько минут они стояли молча, обнявшись. Потом Фарон продолжил нарочито спокойным голосом, – Ты не забыла, что тебе завтра исполняется семнадцать?

– Нет.

– Ты знаешь, что я хотел бы сделать этот праздник самым радостным в твоей жизни. Я хотел позвать гостей и устроить рыцарский турнир, на котором ты могла бы самолично наградить победителя. А ещё я устроил бы бал и… Ладно. Зачем я об этом говорю? – Вдруг резко оборвал себя король. – Скажи, что хотела бы ты сама, и я постараюсь исполнить твоё желание.

– Просто побудь со мной завтра целый день, только со мной! – Попросила Еви и покрепче прижалась к отцу.

***

День семнадцатилетия Евмении начался с суматохи. Король пытался отдавать приказы о платье и приданном, готовить отряд сопровождающих и в то же время быть рядом с дочерью. Евмения, увидев, как разрывается отец, махнула рукой и отпустила его. Что значит собственный праздник, когда решаются интересы всего государства?

Девушка прошла в свою комнату. Надо было отложить вещи, которые она хотела взять с собой, в новую жизнь. Мольберт и краски, любимые книги и, конечно, том Предания. Еви бережно складывала вещи на кровать, вынимая из сундуков всё, что было ей памятно, что говорило о матери и отце. Платья, шали, туфли – всё надо было уложить в дорогу. Она не хотела доставлять лишних хлопот королевской челяди. У них и так было слишком много дел. "Всё что можешь сделать сама – сделай!" – Часто повторял ей в детстве отец. И Еви всегда старалась следовать этому принципу.

Она удерживалась от слёз, пока ещё удерживалась. Завтра её оденут в наряд невесты и, попрощавшись с отцом, она уедет в новую жизнь. Что ждёт её там? Евмения старалась не думать об этом. Она ещё до конца не осознавала, что старая её жизнь закончилась. Больше не будет рядом отца, с которым она делила все радости и горести правителя Тур'Адора. Не будет больше знакомого лица няни Аганы, которая всё детство заменяла ей мать. Она не услышит больше весёлой болтовни служанок.

Как она любила сидеть в детстве на кухне, на маленькой табуреточке у окна, слушая, как за окном завывает вьюга! А кухарки болтали без умолку о городских новостях. Иногда одна из них принималась что‑нибудь тихо напевать, а остальные подхватывали напев, не забывая, впрочем, о работе. Тогда Еви услышала много песен и легенд того древнего, изначального Тур'Адора, который ещё помнил, как по слову Творца всё Светомирье возникло из небытия. И тогда же она в первый раз услышала легенду о Чаше, ту, что потом записали в Предание почти слово в слово. Потом она выучила её почти наизусть.

В ней красочно говорилось о том, как Творец, создав Светомирье и населив его людьми и прочими народностями, спустил на землю, в одну из долин Чашу, из которой исходила жизнь. Так долину назвали Долиной Жизни. Она круглый год зеленела и цвела, а соки жизни из неё расходились по всему миру. В древней легенде даже говорится, что эта Чаша способна исполнять желания и исцелять больных. Но никто не стремился в Долину, чтобы проверить эту легенду. Ибо путь туда долог и труден. Долина со всех сторон окружена горными пиками, которые словно стена, преграждают путь.