Чудовище для Цветаны

Подсознание веселилось по полной программе, отыгравшись над Максимом Витальевичем за мое увольнение и превратив его в минотавра!

– М‑м‑ме м‑м‑мбойся, я м‑м‑ме м‑м‑мделаю м‑м‑мебе м‑м‑мичего м‑м‑мхого…

Попытку меня успокоить я засчитала, особенно учитывая, как тяжело бедолаге давалось каждое слово. Часть букв несчастный проглотил, часть подменил на более удобную «м». Но общий смысл фразы я уловила.

Только я совсем не боялась. У меня имелась цель: разобраться с этим безобразием, причем как можно скорее. Про минотавров я читала, на картинках их видела, в нескольких квестах актеры их изображали, так что с чего бы мне опасаться человека с головой коровы?

Дождавшись, когда рогатый супруг протиснется ко мне в комнату, я шмыгнула к двери, захлопнула ее, даже на щеколду на всякий случай закрыла. И, судя по взгляду Максимилиана, это он уже начинал меня побаиваться.

Пусть радуется, что мне надо соответствовать имиджу блаженной девушки, а то бы сейчас раздела и осмотрела, чтобы убедиться, какие части тела, кроме головы, подверглись проклятию. Хотя можно же попробовать превратить осмотр в игру!

Я вытянула руку и погладила бычью морду, с трудом сдерживая смех, потому что в широко распахнутых круглых глазах засветилось искреннее изумление. Не знаю, как там вели себя жены до меня, а я даже рога ощупала, чтобы убедиться – настоящие. Кстати, окрас шерсти у минотавра совпадал с цветом волос Максимилиана. Для себя я решила разделить чудовище и мужа на два отдельных компонента, моей кукухе так было спокойнее.

Исследовав уши, рога и морду, я перешла к плечам. А для этого мне надо было снять с чудовища рубаху. И я проделала это с самым невинным видом, полностью игнорируя мычание супруга. Да, шея и верх плеч были еще шерстяные, но потом начиналось обычное человеческое тело, мужское, красивое… Не Халк, конечно, но сойдет. Такого спортивного красавца в наших городских джунглях легко найти не получится, а тут на блюдечке. И не абы кто, а муж!

Так, кажется, я становлюсь нимфоманкой. Стоило уволиться – и сразу сорвалась, пошла в отрыв. То один мужик приснится, то второй примерещится…

Когда вернусь в свой мир, заведу постоянного любовника! Обязательств меньше, чем с мужем, время встречи можно занести в расписание на неделю и даже поставить напоминалку.

Почему я раньше до такого простого решения не додумалась?! Точно! Кандидатов подходящих не было! Приходилось вычеркивать сразу после первого же теста, а порой даже до его начала. Вот подсознание и понеслось по наклонной, вслед за кукухой. И сразу пошло с козырей: мускулистые, плечистые, высокие, длинноволосые, и оба мои. Красота!

Я как‑то читала о туарегах из Сахары. Они внешне вполне себе европеоиды, только смуглые. И у них самый настоящий матриархат! Паранджу, вернее тагельмуст, носят мужчины. Все лицо замотано платком, только глаза торчат. Постороннего, увидевшего лицо мужчины без тагельмуста, полагалось убить, потому что это несмываемый позор. В общем, все как у обычных мусульман, только наоборот.

Так вот… Если Максимилиана замотать в тагельмуст… Хм…

Я уже начала искать взглядом что‑то похожее на платок, но тут голова минотавра сначала засветилась, потом ее окружило плотной дымкой, а когда дым испарился, передо мной снова стоял Максим Витальевич. От прежнего облика с ним остался только взгляд, изумленно‑недоумевающий.

Еще с Халком я заметила, что дедлайн меня возбуждает. Там следовало торопиться, потому что вот‑вот могла проснуться, а здесь у мужа голова меняется, как лампочка в подъезде.

Вот только имидж же… Или ну его на фиг? Ведь вернусь в сознание, устроюсь на работу, опять буду из точки А в точку Б и обратно, в промежутке – сон. Приличные мужчины разобраны, а если уж душа попросит завести кого‑то, чтобы дома ждал и радовался, то лучше котика. Халк еще может и присниться, а Максим Витальевич в роли минотавра – вряд ли. Так почему бы и не рискнуть, в конце‑то концов?

Пользуясь тем, что муж все еще пребывал в заторможенном состоянии, я взяла его за руку и потянула к кровати. Надо поберечь средневековую психику и проявлять инициативу в рамках местной морали. Я была лишь в одной сорочке, пусть и достаточно свободной, Максимилиан тоже уже частично раздет. Правда, мужчина вначале потянулся к штанам, так что пришлось погладить босой ногой грубоватую толстую кожу, намекая, что сначала надо скинуть обувь.

Усмехнувшись, муж скинул сапоги, затем стянул штаны сразу с подштанниками, а я уже успела забраться на постель и убедиться, что тут довольно уютно, хотя и немного жестковато. Но с Халком я вообще на камнях развлекалась, и меня это не беспокоило.

Быстро задрав на мне сорочку, Максимилиан несколько раз погладил мою грудь, скорее, чтобы самому пощупать и себя порадовать, а не с целью сделать мне приятно. И после этого бодро направил свой клинок в цель. М‑да, как я и подозревала, о том, что женщина тоже человек, требующий удовлетворения, здесь еще не додумались. Подсознание у меня старается сохранять игровую среду, не сбивая эффекта погружения.

Что ж, пока есть время, будем растить из мужа Халка!

Спихнув с себя Максимилиана, опять впавшего в состояние рефлексии, я продемонстрировала ему, как легко можно доставить удовольствие пальцами, сначала собственным примером, потом задействовав его руку.

Попыток взять меня силой не последовало. Отторжения и сопротивления – тоже. Зато недоумение сменилось интересом с долей любопытства. И это очень хороший знак, потому что даже в двадцать первом веке не каждый мужчина соглашается на подобное. Брезгуют, как и некоторые женщины. Или просто считают прелюдию ненужным излишеством, придуманным как альтернатива головной боли.

Но Максимилиан молчаливо согласился на эксперимент и даже не возмущался, когда я очень нежно подстраивала его ласки, чтобы они доставляли мне побольше удовольствия. Судя по сбивающемуся от возбуждения дыханию, процесс мужу даже понравился. Он честно дождался, когда я сама потяну его на себя, давая понять, что готова. И вошел уже не так агрессивно, как собирался, а осторожно, бережно, ценя собственный труд…

Я же вначале еще помнила, что мы в средневековье, где женщинам полагается лежать бревном, смотреть в потолок и думать о судьбе страны, а потом… потом увлеклась и слегка забылась!

 

Глава 8

 

– А все же Фелиция была права, – не то чтобы слишком расстроенно вздохнул Максимилиан, когда все закончилось.

Я не сразу сообразила, о чем это он, однако постепенно мой разум начал проясняться, решив, что на второй круг нам пока не надо – дел по горло. Вот тут я вспомнила, что вообще‑то, учитывая мой юный возраст и первый брак, мне полагалось быть девственницей. Только ни следов на простыне, ни неприятных ощущений не оказалось.

И если с Халком я развлекалась в теле этой девушки, а все косвенные признаки, включая ногти, волосы и фасон сорочки, указывают как раз на это, то мое раскрепощенное поведение как раз могло подпортить Розалии… репутацию.

Вот только я и с Халком уже была не девственница!

– Не пугайся! Мне не важно…