Дама Треф. Жизнь без правил

– Это все же переходит границы нормального, – я постаралась взять себя в руки.

– Брось, тебе же самой не хочется сидеть запертой в четырех стенах, – улыбнулся мне парень. – А так нас будет видеть весь город и ни у кого не возникнет мысли, что ты прячешься, считая себя причастной.

– Наверное, ты прав, – кивнула я ему.

– Хватайся, – протянул мне руку парень. – Я проведу для моей прекрасной леди самую потрясающую экскурсию из всех.

– Надеюсь, я не пожалею об этом, – тихо сказала я сама себе под нос и все же приняла протянутую конечность.

 

Глава 9. Последствия

 

 

В комнату Камилена я пробиралась глубокой ночью. Если его привычки за это время не изменились, то вряд ли парень спал. Он любил полночь за тишину и покой. Именно в эти мгновения его обычно никто не беспокоил и оставлял наедине с мыслями, которые в детстве обуревали его из‑за слияния двух осколков разных даров.

Возможно, я поступала слишком импульсивно и не стоило делать поспешных выводов. И все же мне нужно было удостовериться в том, что мои опасения не напрасны. Да и глупо поворачивать обратно, когда зашла настолько далеко. Набрав в легкие побольше воздуха и затаив дыхание, я постучала в его дверь.

– Я же сказал, что никого не желаю видеть, – распахнув дверь, он уставился на меня злющим взглядом.

– На меня это тоже распространяется? – вздернула я бровь. – Или твоей подруге детства можно волноваться за состояние и жизнеспособность единственного приятеля?

– Прости, – мотнул он головой, – входи. Просто все так достали с их расспросами, что уже хочется послать кого‑нибудь куда‑нибудь, желательно в пешее эротическое. Нервы на пределе. Кажется, еще немного, и я взорвусь.

– Что сказал шериф? – я присела на подоконник, на котором по обычаю лежали подушки и предметы для рисования. – Попытка отравить одного из двадцатки должна была поднять на уши все подразделение магической спецслужбы. Почему они все еще не здесь?

– Потому что на территории Светилара и прилегающих к нему окрестностей у них нет юрисдикции, – покачал головой парень и сел напротив. – Это обособленная земля и право голоса тут имеют лишь двое. Директриса нашей Академии и градоначальник. Остальные могут гулять отсюда лесом. Даже если бы меня убили, то никому за это не прилетело бы. Земли нейтральны, и все что на них происходит – ну значит, судьба такая.

– Погоди, ты сейчас хочешь серьезно мне доказать, что на землях спятившего когда‑то тысячу лет назад некроманта до сих пор не действуют законы современного мира? – мои глаза, скорее всего, округлились до размеров блюдца.

– Я тебе больше скажу, – рассмеялся Камилен, – тут вообще‑то царит полное беззаконие и правила устанавливаются фактически на ходу. Кто первый встал, того и тапки. По этой причине сюда и отправляют всех наследников, по крайней мере, раньше это было своеобразным ритуалом. Потом стало просто данью традициям. А сейчас я последний, кто осознанно ступил на эти земли.

– Что ты хочешь сказать? – непонимающе пялилась я на собеседника.

– Ты же не глупая девочка и не веришь в сказки о том, что двадцатка истинных произошла от королей, и прочую чушь, – криво усмехнулся собеседник. – И твоя семья может претендовать на подобный статус. Именно для этого существовал Светилар. В его стенах происходили сражения за титулы и места в двадцатке. Если кто‑то получал голову наследника и его брошь, то его семья занимала открывшееся место. Знаков отличия двадцать, кто ими владеет – тот и истинный. Получается ты, убив меня, заберешь и мой статус, и свою свободу. Не правда ли, ловко?

– Серьезно считаешь, что я сделаю такую глупость? – вздернула я бровь.

– Ты не стала обо мне волноваться, а просто пошла на свидание, – усмехнулся Камилен. – Это ли не доказательство? А что, удобно? Ты устраняешь меня и вместе с возлюбленным занимаешь позицию следующей в двадцатке. И все в шоколаде. Весьма практичное решение.

– Совсем головой поехал? – вскочила я на ноги. – Сам знаешь, что мне не сдалась ваша двадцатка. Иначе бы я не упиралась всеми ногами и руками, пытаясь отказаться от свадьбы. Тем более, убивать тебя на глазах у свидетелей я бы точно не стала. Нашла бы другой повод, чтобы отправить тебя на небо к праотцам. И заметь, ты первый поднял вопрос. Я даже не знала, что в идиотской Академии такое разрешено! В моем понимании, это убогое и давно загнувшееся место, которое не дает совершенно никакого толкового образования, а лишь калечит психику детей. А что касается свидания! Я ни разу в жизни на нем не была!

– Пытаешься мне сказать, что этот низший – не твой парень? – Камилен смотрел на меня с полным равнодушием и какой‑то печалью. – Ты так мило ему улыбалась и даже не пыталась голову свернуть за то, что с тобой флиртует. Прям не похоже на тебя. Все очень странно. Сперва находишь себе мальчика посмазливее, потом травишь меня, а затем, как наследница двадцатки, объявляешь о вашей помолвке. В противном случае даже твои родители не позволят тебе выскочить за дракона, который и мозгами особыми не отличается. Ну, все еще будешь отрицать факт того, что пыталась меня отравить?

– Ты хоть понимаешь, что несешь? – я обессиленно рухнула обратно на подушку. – Я хотела поехать с тобой, но мне не дали, сказали, что только близкие могут. Вот так я оказалась стоящая посередине улицы и наблюдающая за тем, как машина отвозит тебя в больницу. А потом Тилен сказал, что если сейчас сунусь в Академию, то его отец повесит на меня всех собак. За шерифом в этом плане не заржавеет. Потому я решила принять его предложение и мозолить глаза жителям в надежде, что неудачный отравитель сам себя выдаст. Я столько всего успела передумать, что казалось, у меня голова вскоре взорвется, а все что слышу от тебя – обвинения в попытке убийства. Честное слово, если бы это была я, ты бы уже сдох. Не хуже меня знаешь, что на полпути я не остановилась бы и сделала все, чтобы покончить с тобой. К тому же использовать приметный способ тоже не стала бы. Это прямой намек на кого‑то своего, кто знал про аллергию. Будь убийцей я – использовала бы что‑нибудь радикальное. Аварию или падение, несчастный случай, но не отравление с летальным анафилактическим шоком.

– И все же подозрительно, – хотя реакцию собеседника я понимала, но его холодный голос ранил до глубины души, – что это началось с твоим приездом. Сперва ты просишь разорвать помолвку в день ее объявления и принять на себя всю магическую откатку. Потом меня едва ли не травят в обычной кофейне, при том, что мало кто вообще знал про мою аллергию на лакрицу. И это все так просто – совпадения?

– Погоди, какой магический откат? – я удивленно посмотрела на парня. – Мне ни о чем таком не говорили. Точнее, мне сказали лишь то, что наши деды когда‑то там лет двести назад заключили договор, и на этом все. Я даже условий не знаю, не то что каких‑то ограничений и прочего. Впервые сейчас от тебя услышала, что оно еще и наказание за разрыв подразумевало. Честное слово, хочешь, магией поклянусь?