Даяна I. Шаг во Тьму. Том 8

– Господа и товарищи! – оглушительно, на всю деревню, воззвал ничего не понимающий хозяин. – Все внимательно посмотрели по сторонам! Где‑то остались видны следы сегодняшнего побоища! Я ничего не вижу, но гости уже начинают падать в обморок! Посмотрите хорошенько, что мы забыли?

 

(Оксана Панкеева, «Песня на двоих»).

 

Вампир всё‑таки сумел разыскать Ньютона на огромном Кладбище и даже приволочь его взъерошенную тушку к Оплоту.

Ракшас был в относительном порядке, не считая нескольких подпалин, возбуждённого состояния и слегка безумного взгляда.

– А теперь рассказывай, что ты там устроил? – Кастету пришлось слегка встряхнуть его, чтобы глаза приняли относительно осмысленное выражение. – Это что там взорвалось?

– Да вы не понимаете! Это же просто… Да это «чит», понимаете? Это…

– Говорю, что ты там взорвал, блохастый? – гаркнул дядя Женя, слегка приподняв ракшаса за загривок, словно нашкодившего котёнка.

– Печать, – обречённо произнёс Ньютон, переведя дух. – Я это… с маной просто переборщил. И оно слегка того… Не рассчитал я чуть‑чуть.

– Переборщил? – ехидно поинтересовался Утрамбовщик. – Да здесь зарево было на полнеба, будто атомная электростанция рванула. Это ты называешь «слегка того»? Я боюсь представить, что же означает простое «просчитался». Взорванная локация?

– Здесь интересно другое, – прищурился Хассараг, многозначительно взглянув на притихшего ракшаса. – А где же ты, дитя неразумное, смог взять столько «маны»? Неужто у тебя было столько «фиалов»?

– Ну да, «фиалами» наполнял, и оно так рвануло, – кивнул Ньютон. – Да поставь ты уже меня на землю! – рванулся он из рук Кастета. – Что ты меня трясёшь, как грушу?

– Чтобы достигнуть такого эффекта, тебе нужно было сбегать на «аукцион» несколько десятков раз, – продолжил Хассараг. – Ты уверен, что ничего не хочешь им рассказать?

– Серьёзно? – присвистнул Яхиль. – Это ж какая прорва должна быть?

– А ведь правда, – задумался я. – Где ты, наш интеллектуальный друг, откопал столько «маны», если учесть, что «аук» в этой «локе» не пашет? Мне бы самому не помешал подобный талант.

– Скажи им, – ехидно оскалился Хассараг, а у меня возникло твёрдое убеждение, что вампир как раз‑то прекрасно знает ответ. – Я хочу на это посмотреть.

Затравленно оглянувшись, Ньютон несмело кивнул и сделал пасс лапой, что в его исполнении смотрелось так, как будто он сейчас собирается плясать нам «Цыганочку с выходом». Платочка в руке только не хватает.

– Привет, – неожиданно раздался детский голос из‑за спин, заставив сердце ухнуть вниз. Этот голос я запомнил прекрасно. – Меня зовут Фатима.

Быстрее всех среагировал поперхнувшийся пивом Утрамбовщик.

– Да ну нахер! – неверяще взревел он. Крутнувшись на месте, гном чётким движением, будто всю жизнь играл в бейсбол, запустил артефактную кружку с пивом, которую до этого спокойно держал в руках, в сторону раздавшегося приветствия.

Коротко свистнув, кружка угодила точно в лоб улыбающейся маленькой девочке в белом платьице. Я успел увидеть только мелькнувшие тонкие босые ножки.

От страшного удара столовой ёмкостью, коротко пискнув что‑то протестующее, девочка в белом платье совершила потрясающее сальто назад, глухо хлопнувшись пятой точкой на каменные плиты внутреннего двора Оплота, растерянно хлопая слегка окосевшими глазами.

Весело подпрыгивая, кружка откатилась куда‑то в сторону.

– Твою ж мать, – взревел Утрамбовщик, материализовав в руках свой монструозный молот. – Не дай Бог, моя кружка разбилась! Гасите эту мелкую падлу! – бросившись в сторону Фатимы с ошалевшими глазами, он попытался прихлопнуть её сверху молодецким ударом.

– Ты что творишь, идиот!? – вереща, как стадо спятивших свиней, Ньютон совершил длинный прыжок и повис на гноме. Учитывая разницу в росте, смотрелось это в высшей степени нелепо.

Крепко обхватив его ногами, ракшас закрыл гному глаза одной лапой, а второй попытался запрокинуть его голову назад, мёртвой хваткой уцепившись за фиолетовую бороду, чтобы сбить воинственный пыл коротышки. – Не трогай её! Не смей!

Я только от удивления открыл рот, глядя на этот идиотизм, начиная что‑то понимать. Но Утрамбовщика было уже не остановить!

Взревев что‑то типа: «Отсовокупись, пожалуйста, от меня, неумный человек. Да пройди ты, будь так любезен, в сторону фаллистического символа, умственно отсталый индивидуум. Ньютон, отсовокупись от меня, повторяю последний раз, иначе я сейчас как ударю тебя, будешь очень удивлён, неумный человек, ставший жертвой насильственного совокупления».

«Повторяется, – отстранённо подумал я, продолжая смотреть на этот безумный кордебалет. – Раньше за ним такого не водилось».

Полностью оправдывая свой «ник», подгорный бульдозер матерился, катаясь по земле, пытаясь стряхнуть с себя орущего фальцетом ракшаса, но выходило слабо. Вцепившись в Утрамбовщика, словно утопающий в неосторожного спасателя, Ньютон отчаянно не желал разжимать конечностей.

– Не трогай её, придурок! Она же девочка!

– Какая нахрен девочка, дебила кусок!? Отцепись от меня, дай мне размазать эту тварь! Пусти, я сказал!

Олес со Свэйном и Пандорра, стояли замерев от изумления, растерянно переводя глаза с дерущихся на Фатиму, при этом не предпринимая никаких попыток разнять лохмато‑фиолетовый клубок с прикрученным сбоку молотом, катающийся с максимально хаотичной траекторией.

Димон уже стоял с наложенной на тетиву стрелой, готовый всадить её в Фатиму, но почему‑то мешкал, видя, что девочка‑нежить не предпринимала никаких попыток подняться с задницы, и тоже с изумлением наблюдала за своим заступником.

От созерцания нас отвлёк дикий хохот Хассарага, который, прижав руки к животу, согнувшись в три погибели, ржал, аки племенной жеребец, не в силах вымолвить ни слова.

– Она…, – всхлипнул он. – А он… убью. Ха‑ха‑ха. Отпустите…

– А ну прекратить! – рявкнул Кастет, увидевший, что равная схватка представителя подгорного народа и племени кошачьих‑прямоходящих и не думает заканчиваться, переходя в вакханалию мата и кабацкой драки. – Прекратить, я сказал! – схватив визжащий клубок, он с силой его встряхнул.