Девять хвостов бессмертного мастера

Лис‑с‑горы сунул руку за пазуху и вытащил оттуда ветку персикового дерева. Господин‑с‑горы навострил уши, каким‑то невероятным образом поняв, что сейчас произойдёт что‑то из ряда вон выходящее и что нельзя это пропустить. Персиковая ветка наверняка была сломана давно: место слома высохло и почернело, – но листья и соцветия на ней были свежие и ароматные, будто её сорвали только что и она не успела увянуть. Лис‑с‑горы хорошенько оглядел ветку со всех сторон, обнюхивая соцветия одно за другим, вытянул руку вперёд и подкинул персиковую ветку вверх. Ветка описала в воздухе дугу, но не упала, а сделала полный круг, нарисовав невидимую окружность. Лис‑с‑горы шагнул через неё и… стал другим.

Из лиса‑оборотня он стал человеком. У молодого мужчины, в которого он превратился, были тёмные волосы, едва заметно отливающие рыжиной, и карие глаза с ореховыми искрами. Хвост и уши пропали. Щеголеватое одеяние превратилось в обычную, цвета талого снега одежду.

Господин‑с‑горы застыл с раскрытым ртом. И дело было вовсе не в том, что он поразился превращению лиса‑оборотня в человека. Хоть он никогда этого не видел, но возможность превращения воспринималась как само собой разумеющееся: это же лисы‑оборотни. Дело было даже не в том, что он раскрыл секрет персикового дерева: у каждой лисы было своё собственное, чтобы она однажды смогла срезать с него ветку и превратиться в человека. Нет, дело было совсем в другом.

Господин‑с‑горы узнал Лиса‑с‑горы. Вернее будет сказать: Господин‑с‑горы знал Лиса‑с‑горы. В прошлой жизни, ещё до перерождения.

 

[009] Господин‑с‑горы притворяется кем‑то ещё

 

Жизнь на Таошань была смертельно скучной на самом‑то деле. Даосы безвылазно сидели на горе, спускались к людям лишь по большим праздникам, чтобы принять участие в шествии.

Господину‑с‑горы нравился посёлок. Однажды он спустился с горы сам, чтобы совершить прогулку, но тут же понял, что это плохая идея. Его окружили люди, забросали просьбами о помощи: нарисовать талисман, научить оберегам… Отделаться от них он не мог. Сделать то, что ему хотелось – купить засахаренных ягод и съесть во время прогулки, – тоже: ему бы пришлось снимать или приподнимать маску, а своего лица людям он показывать не хотел. В общем, первая вылазка к людям оказалась полным провалом.

Господин‑с‑горы вернулся на Таошань и какое‑то время пребывал в унылой задумчивости. Потом ему пришло в голову: если он притворится кем‑то ещё, люди не станут его донимать, и он сможет насладиться прогулкой. Господин‑с‑горы отложил маску, снял с себя золочёное одеяние и переоделся в обычную одежду. Такая могла принадлежать сыну одной из зажиточных семей: одеяние простого покроя, широкий пояс, высокие сапоги, всё тёмно‑синего цвета. Волосы Господин‑с‑горы завязал на затылке узлом. Поглядев в зеркальце, он остался доволен собой. Он стал неузнаваем. Конечно, его могла выдать аура, но кто из жителей посёлка способен её увидеть? Они ведь были обычными людьми.

Господин‑с‑горы сунул за пазуху увесистый кошелёк и спустился с горы в посёлок. Первые шаги он делал осторожно, но скоро убедился, что особого внимания на него никто не обращает. Для них он был ещё одним человеком, решившим поутру побаловать себя засахаренными ягодами и неспешной прогулкой по рынку.

Утомившись, он зашёл в чайную. Сидя за столом на веранде второго этажа, Господин‑с‑горы пил чай и разглядывал улицу. Люди сновали туда‑сюда, занятые своими делами. Господин‑с‑горы смотрел и слушал.

Люди много сплетничали, оказываясь в чайной. В основном о Господине‑с‑горы. Он слушал их домыслы и едва заметно улыбался. Да, хорошо, что он никогда не открывал лица на людях! Теперь он мог спокойно наслаждаться вылазками с Таошань.

Раз его зазвали в игорный дом. Он с удивлением увидел, что здесь играют не только в кости, но и в шахматы. Он пожелал сыграть партию, но она показалась ему скучной: Господин‑с‑горы так хорошо играл, что достойных противников не нашлось. Тогда он просто решил понаблюдать за людьми.

Возле стола, где играли в бамбуковые стаканы, было особенно много зевак.

Господин‑с‑горы подозвал слугу и спросил:

– Почему там толпятся люди?

– Опять он пришёл, – не слишком приветливо отозвался слуга. – Молодчик, который никогда не проигрывает в бамбуковые стаканы.

– Разве такое возможно? – удивился Господин‑с‑горы.

Суть игры заключалась в том, что под один из бамбуковых стаканов прятали игральную кость или другую мелкую вещицу и перемешивали стаканы очень быстро, уследить было совершенно невозможно. Игрок должен был угадать, в каком бамбуковом стакане спрятана игральная кость. Чтобы уследить за нужным стаканом, нужно быть очень внимательным или… мошенником. Господин‑с‑горы подумал, что легко нашёл бы игральную кость, воспользовавшись духовными силами.

– Пожалуй, – задумчиво проговорил он, – пойду и я взгляну.

 

[010] Достойный противник

 

Господин‑с‑горы подошёл к игорному столу, чтобы взглянуть на упомянутого слугой «молодчика, который никогда не проигрывает».

Игра была в самом разгаре. Слуга передвигал по столу бамбуковые стаканы с немыслимой быстротой, руки его так и мелькали. Люди шумели и делали ставки.

Игрок, на которого все смотрели разинув рот, был молодой мужчина в щеголеватой одежде тёмно‑зелёного цвета. У него были быстрые карие глаза и тёмные волосы, отливающие рыжиной. Господин‑с‑горы воспользовался духовными силами, чтобы проверить его. Нет, не даос, обычный человек, и никаких подозрительных артефактов, кроме веера, при себе не имеет. Глаза его двигались очень быстро, как у кошки, которая следит за мельтешащими по земле муравьями. Да, с такой быстротой реакции он мог бы уследить за стаканом.

– Здесь, – сказал игрок, указывая пальцем на бамбуковый стакан. Голос у него был низкий и мелодичный.

Слуга поднял стакан, и зеваки издали вопль восхищения. Игральная кость была там! К выигрышу мужчина отнёсся спокойно, даже равнодушно. Казалось, он терял интерес к происходящему, когда стаканы останавливались.

Господин‑с‑горы положил на стол монету. Глаза незнакомца тут же оказались на нём, и Господин‑с‑горы невольно поёжился. Взгляд был цепкий, на грани неприличия: разглядывать незнакомых людей так пристально было верхом бесстыдства.

– Пожалуй, сыграю, – сказал Господин‑с‑горы слуге.

– Эй, только зря деньги потратишь, – заметил кто‑то из зевак. – У него невозможно выиграть.

– В мире нет ничего невозможного, – спокойно возразил Господин‑с‑горы и сел за стол, напротив незнакомца в зелёном.