Дикарка и ненаследный князь
– Тебе повезло! Мы как раз проезжали неподалёку. Песок уже наполовину занёс тебя, но голова была еще на поверхности. Мы просто забрали тебя с собой…
– Кто – вы? Как тебя зовут? – спросил он.
И в эту минуту мужской голос снаружи громко позвал:
– Джайлунэ, дочка! Прибыли!
– Иду, атаи! – повернувшись к пологу, крикнула девушка и посмотрела на мужчину. – Отдохни пока!
– Постой! Куда мы прибыли? – попытался выяснить он.
– В оазис! Здесь можно будет отдохнуть, прежде чем продолжать путь. Извини! Я должна идти!
И она юркой змейкой выскользнула из кибитки. Мужчина только успел увидеть узкие тонкие штаны, обтягивающие стройные женские ножки. Лишь на миг они мелькнули в длинных боковых разрезах платья, и вот уже девушка скрылась из виду.
А он почувствовал, что повозка остановилась. Снаружи доносилось теперь уже несколько голосов – знакомый низкий мужской баритон, звонкий голосок девушки и еще один – ломкий подростковый басок, временами переходящий в мальчишеский дискант.
Значит, его нечаянных попутчиков трое, сделал заметку у себя в голове мужчина. Если только остальные просто не молчат…
Мужчина длинно выдохнул и сомкнул веки, стараясь удержать накатывающуюся волнами панику. Как такое могло случиться с ним?! Почему он не помнит ни своего имени, ни того, как он вообще оказался в пустыне? Может ли соответствовать истине предположение девушки с необычным именем Джайлунэ (откуда‑то из глубин памяти пришло: Джайлунэ – «капля воды», даже скорее «капелька» – на имранском языке), что некие недоброжелатели напали на него и ударили по голове?..
Столько вопросов! Он почувствовал, как голова трещит и раскалывается до такой степени, что тихий стон исторгся из его горла. В этот момент девушка снова заглянула в фургон и услышала этот мучительный звук. С беспокойством спросила:
– Что? Плохо?
– Голова… – выдавил мужчина сквозь зубы.
И она снова проворно подползла к нему и неожиданно положила приятно прохладную узкую ладошку на лоб:
– Потерпи! Сейчас станет легче…
Она замерла, не двигаясь, и мужчина ощутил, как боль, разъедающая голову, начала потихоньку отступать, притупляться, а затем и совсем исчезла.
Он почувствовал вдруг сильную сонливость и смежил веки, проваливаясь куда‑то в темноту, успев лишь на краешке сознания услышать:
– Спи…
2.
– Уверен, что он сдох?..
– Уверен, уверен! После такого удара по башке не выживают!
– Точно – мертвый?!
– Да мертвый! Мертвее моей бабки, упаси Хранители ее бессмертную душу!
– Всё ценное забрали у этой дохлятины?
– Да у него и было‑то… Кристалл какой‑то, похоже, портальный камень, да колечко невзрачное на мизинце.
– Надеюсь, ничего не оставил на мертвяке?!
– Обижаешь!.. В первый раз что ли?!!
– Ну, всё! Бросай его вон там, у впадинки…
– Надо бы еще прикопать!
– Пустыня сама всё сделает! Через пару дней и следа не останется!..
– Вот и ладно! Еще Видхуну надо доложить, что его задание выполнено.
– Ага! И монеты получить!.. Эх, и разгуляюсь я! Первым делом по шлюхам пройдусь…
– Ладно! Хватит болтать попусту! Едем!
– Едем!..
***
В следующий раз он проснулся, видимо, несколько часов спустя. Повозка не двигалась. Вокруг было тихо. Лишь где‑то негромко журчала вода, шелестел ветвями деревьев небыстрый ветер, и время от времени раздавалось странное пофыркивание – похоже, рядом, неподалёку находились медары – животные с двумя горбами на спине, обитающие в пустыне Имрана и использующиеся в качестве транспорта среди бескрайних песков.
Это мужчина тоже знал откуда‑то… Постепенно вспоминалось всё, кроме собственного имени.
Ноздри мужчины затрепетали, учуяв аромат готовящейся пищи, и он ощутил сильный голод. Сколько же он не ел? Человек завозился, попытавшись подняться и пойти туда, где так божественно пахло едой. И в этот момент половины полога разошлись в стороны, явив взору мужчины массивную широкоплечую фигуру, и густой низкий голос произнес:
– Ну, как ты тут?
– Жив, – коротко ответил собеседник.
– Належался, поди, уже? Есть будешь?
– Буду, – так же немногословно отозвался второй.
– Ну, пойдем! Дочь приготовила ужин, – позвал здоровяк. – Сам‑то сможешь выйти? – озабоченно поинтересовался он.
– Попробую, – пробормотал собеседник и продвинулся в сторону выхода из повозки.
Это ему удалось, хотя и не без некоторых усилий. Спустив ноги вниз, сел на край кибитки. Прищурив глаза, огляделся. Они находились в довольно большом оазисе – одном из тех «мест жизни», разбросанных Пресветлыми Богами тут и там среди бесконечных песков…
Обширный пруд, образованный, вероятно, многочисленными подземными источниками, в этом месте выходившими на поверхность и дающими жизнь высоким деревьям с гладкими серо‑коричневыми стволами и пучком длинных и широких резных листьев, образующих необычный веер, непрерывно колышущийся под порывами ветра, приходившего из пустыни, но теряющего среди растений свою удушающую жару.
Небольшие гладкие камни на берегу пруда, расположенные ступенями у самой воды, блестели влагой – в этом месте возник крошечный водопадик, с тонким журчанием ниспадающий в пруд. Вокруг росла зеленая сочная трава, на ковре которой щедро были рассыпаны желтые, белые и розовые мелкие цветочки.
