Добро должно быть с кулаками

– Потому что пока вам показали, как надо стоять. Кстати, если ты в строю, то выкрикивать без спроса тоже нельзя. Запомните это. Далее, завтра вы будете учиться двигаться в строю. А чтобы ни у кого не возник соблазн сачкануть, объявляю. За каждого нерадивого будет отвечать его десяток. Если сам десяток станет нерадивым, ответит сотня. Это понятно?

– Это что, круговая порука? – испуганно спросил стоящий прямо перед Виктором.

– Ты правильно угадал, – посмотрел на него мальчик. – Именно. Круговая порука. Я не собираюсь вас тут каждого учить и воспитывать. Будете это делать сообща, десятком и сотней. Ну, а кто станет сопротивляться, того ждёт это, – Виктор кивнул на всё ещё валяющиеся тела дезертиров.

– Вот попали, братишки, так попали, – пронёсся шепот по строю.

– А вы что же, рассчитывали так и шляться всю жизнь по лесам и закончить ее, где‑нибудь в медвежьей берлоге без всякой пользы? Нет, орёлики, вам не повезло. Если и помрёте, когда, то только с пользой. Если не для себя, то для Отечества.

Утром Виктор вместе с гусарами отправился на завод Майера. Там и он потренировался в стрельбе из невиданного порохового ружья. Грохоту от него было много. Пугались даже бывалые гусары. Виктор смеялся с капитаном.

– А представляете, как эти ружья напугают таёжный народ. Да нас за Богов примут.

Последующие дни шла напряжённая подготовка к походу. Разбойников тренировали, стряхивая с них удалую лесную спесь, ходить строем, бегать строем, строем нападать и отступать.

Губернатор, как и обещал, нашёл для Виктора несколько старых карт. Были они оляписты и не точны. Но других не было, и мальчик сделал с них сам копии. Прикинув примерный маршрут экспедиции, Виктор, посоветовавшись с атаманом и его помощниками, отправил по маршруту одну сотню для заготовки кормов для лошадей, строго предупредив с местными жителями в конфликт не вступать, продукты покупать или выменивать. Сотня взяла с собой кое‑какой товар для обмена и мешок серебряных монет. Ушли они на баркасе по реке. Виктор дал старшему карту, показав, где ставить заготовки.

Ближе к зиме пришлось отправить водой ещё одну сотню. Народу становилось всё больше. И старые уже начинали роптать, жаждая дела. Обе сотни должны были ждать основной отряд у подножия первого хребта. Оттуда Виктор планировал начать свой поход.

Едва мороз прочно сковал лёд, чтобы могли держаться на нём лошади с санями, как отряд стал собираться. Большинство должно было ехать верхом. На санях везли лодки и провиант с запасным оружием, одеждой и палатками. Выступили по местному календарю в сентябре. Снегу хоть и было много, но по реке двигаться было можно. Так что, ехали вперёд без осложнений. Уже через две недели встретили первый магазин. Пополнили возы сеном, забрали стороживших его людей. К подножию Камня добрались за полтора месяца. Морозы стояли уже приличные. Снегом лес завалило основательно. Дав людям и лошадям трёхдневный отдых, Виктор с десятком гусар и капитаном отправились вперёд на разведку перевала. Возвращаться они не собирались. Атаман должен был идти следом через три дня. Взойдя на перевал где‑то в полдень, все замерли, с восторгом глядя на бескрайнее таёжное море. Здесь не было ни городов, ни дорог.

– Предлагаю дойти до первой реки и ставить острог, – сказал рядом капитан. – Обследуем эти места, двинемся дальше. Опасно сразу углубляться далеко.

– Согласен, – кивнул Виктор. – Мы ещё местных не видели. Как они нас встретят?

– Да вон, кажется, и местные, – один из гусар вытянул влево руку. – Видите упряжку?

– На чём это они едут? – удивился другой, – на лосях, что ли?

– На лосях, – приглядевшись, кивнул Виктор. – Лошадей ещё не развели.

– Вот мы им и поможем, – засмеялся гусар и замахал рукой. – Эй, эй! Сюда, сюда.

Погонщик упряжки, видно, его услышал, так как упряжка остановилась, а потом, сорвавшись с места, исчезла среди деревьев.

– Ну вот, напугал кого‑то, – засмеялся другой гусар. – Человек в штаны, небось, наложил? Теперь обидится ещё.

Спустившись к опушке леса, решили тут заночевать, и принялись готовить шалаши и костёр. Не успел костёр разгореться, как внимание всех привлёк часовой, закричав: – едут, едут.

Через несколько минут у костра остановились трое санок, запряжённые лосями с огромными рогами. С двух последних санок спрыгнули молодые парни в меховых одеждах. С первых – важно слез с помощью молодых помощников старик. Оглядев смотрящих на него русичей, старик остановил глаза на капитане и чуть кивнул головой, словно здоровался.

– Идите, поприветствуйте его, – Виктор толкнул капитана в бок, – он вас принял за старшего.

Капитан шагнул вперёд и поклонился. Выпрямившись, он громко поздоровался.

– Мир вам, лесные люди, и долгих лет жизни!

Старик выслушал и вопросительно обернулся к помощнику, стоящему слева.

– Что говорит этот бородатый?

– Он желает тебе здоровья, отец, и долгих лет жизни, – шагнул вперёд Виктор. – А также мира и процветания твоему роду.

– Хорошо говорит, – кивнул старик, глядя на капитана. – И его глаза не врут. Он честно это желает. Спасибо. Кто вы и зачем пришли сюда?

– Мы люди Великого белого царя, – улыбнулся Виктор. – Сюда пришли, потому что слышали, что здешний народ обижают. Мы хотим помочь лесному народу обрести мир и покой.

– Вы хотите прогнать татарского хана? – старик прибавил на лбу морщин, сдвинув брови.

– Если он обижает вас, прогоним, – кивнул Виктор.

– Но у хана воинов во много раз больше, чем вас? – удивился старик.

– За ханом никто не стоит, – пожал плечами мальчик, – а за нами – Великий белый царь. У него много больше воинов, чем у хана. Если хан не оставит вас в покое, сюда придут ещё воины Великого белого царя.

– Хорошо, я понял вас, пришельцы, – кивнул старик. – Я ничего не буду вам говорить сейчас. Поступайте, как сами знаете. А мы посмотрим.

Старик махнул рукой, и помощники занесли его обратно в сани. Ездовые гикнули, и сани, развернувшись, исчезли, откуда пришли.

– Первое знакомство состоялось, – капитан проводил взглядом сани, – что он там говорил?

– Сказал, что мешать не будет пока, но и помогать тоже. Тут сейчас татарские ханы ещё правят. Так что, настоящая встреча у нас ещё впереди. Но весточку о нас старик отправит обязательно хану. Должен отправить, должен. Так что, с этой минуты бдительность, и ещё раз бдительность.