Добро должно быть с кулаками

– Руслан? Да, Бог его знает, – пожал дед плечами. – Приехал к нам три года назад, купил развалюху на том краю. Через год на её месте поставил коттедж. Забор в три метра. Машины к нему какие‑то ездят, люди по ночам шастают. В этом году собрался еще, то ли дом строить, то ли гостиницу, вон, – дед кивнул в окно, – напротив, видите.

Виктор еще на улице обратил внимание на большой фундамент и штабеля кирпича вокруг.

– Работать явно, вроде, нигде не работает, откуда деньги – непонятно, – пожал плечами дед.

– Так вы ж говорили, он самогоном торгует, – напомнил Виктор.

– Да, наверное, не в одной вашей деревне, – усмехнулся Славик.

– Вы что, думаете, на одном самогоне так можно разбогатеть? – не поверил Дед.

– Не знаю, мы не торговали, – засмеялся Виталик. За ужином и разговором не заметили, как стемнело. Вдруг на другом конце деревни заорал истошно магнитофон.

 

Я деревней шла с коровой,

на мосту чёрт повстречал.

Не понравилось корове,

как он руки распускал!

 

– Ну вот, теперь до полночи орать будет, – прислушался дед, – ладно, у меня тихо, а каково, кто поближе?

– Я что‑то не пойму, у вас что тут, участкового нет? – спросил Виталик.

– Был, – нахмурился дед, – вначале лета утонул в речке. На деревне говорят, Руслан с ним перед этим повздорил. Трое детишек малолетних осталось, – вздохнул дед.

Тут за окном послышалась удалая пьяная песня.

 

Первым был я на деревне,

гармонист и тракторист. А как в город я поехал ‑

дебошир и скандалист!

 

Оборвалась она у дома деда.

– Ну вот, опять женихи пожаловали, – напрягся дед, вглядываясь в окно, – сегодня аж пятеро, – рассмотрел он стоящих на дороге парней. Те о чем‑то совещались, поглядывая на окна веранды. Но вот, о чем‑то договорившись, один направился к двери, остальные сели на скамью.

– Вечер добрый! – провозгласил ввалившийся на веранду крупный высокий парень. Его пьяные глаза забегали по сидящим за столом. – О, дед, у тебя гости?– скривил губы вошедший. – Уж, не жениха ли твоей внучке привезли? – Вошедший остановился у порога, вцепившись рукой в косяк. Пьян он был изрядно.

– Тебе какое дело, Самат, до моих гостей? – напрягся дед, – иди, иди, куда шёл, дальше.

– Так я к тебе и шёл, – оскалился парень. – Тут дело такое, у тебя – это, как его, товар, у нас – этот, как его, купец. В общем, сватается Андрюха к твоей внучке, вот, где‑то так, – развел руками гость и, чуть не упав, вновь уцепился за косяк.

– Сын это – Руслана,– пояснил дед ребятам. – Я понял всё, Сомат, можешь передать своему Андрюхе, что он уже женат, а двоеженство на Руси не приветствуется. Ты понял?.

– Не, не понял, дед, – помотал головой гость,– ты это что, типа, Андрюху посылаешь, да?

– Конечно, и подальше, – улыбнулся дед.

– А, вот теперь понял, ну, ладно тогда, – он еще раз осмотрел сидящих за столом, – тогда я это, типа, пошел?

– Иди, иди, – кивнул дед, – осторожно на пороге не споткнись.

Гость, качаясь, вывалился за порог.

– И что теперь?– посмотрел на деда Виталик.

– Могут дом поджечь,– пожал тот плечами.

– Я посмотрю за ними, – встал Виктор. Он скользнул в темноту двора и остановился у крыльца, ожидая, когда глаза привыкнут к темноте.

– Ну что, Сомат? – встретили сидящие на лавке вышедшего из дома.

– А ничего, – зло сплюнул тот, садясь рядом. – Послал нас Дед конкретно, по‑русски.

– Вот дает старый, и не боится, – кто‑то хохотнул.

– А что ему бояться? Он свое уже отжил.

– А Маришку видел? – еще один голос.

– Нет. По ходу она или уехала, или спряталась.

– Что делать будем?– спросил тот, что смеялся.

– А, как и планировали, поджигаем дом, – зло огрызнулся Сомат, – если девка здесь – выскочит, тут её и повяжем.

– А Дед?

– А Деда, наоборот, в огонь. Нам свидетель не нужен.

– А если соседи прибегут?

– Не прибегут,– засмеялся Сомат, – за свои дома поопасаются. Когда Терентьевых жгли, много прибежало?

– Ладно, когда начнем?

– Да, как спать улягутся, так и начнем.

– Сомат, тут вон фура стоит еще.

– А, так это, значит, водилы с фуры у Деда, а я думал, его гости какие, – засмеялся Сомат.

– Возьмем и фуру заодно, наверное, не пустая.

– Много трупов получается Сомат,– возразил кто‑то.

– А нам какая разница? Один или четыре, все сгорят, – заквохтал главарь.

– Ну что, тогда пошли пока отсюда, светиться не будем, – предложил кто‑то.

– Пошли на стройку, посидим, – встал первым Сомат. Остальные потянулись за ним.

– Что ж вы кровожадные, ребята, такие? – покачал головой Виктор, тихо следуя за ночными гостями. Было темно, и кто‑то включил мощный фонарь, светя под ноги. Компания обогнула фундамент и расположилась на скамейке у старой яблони.

– Покурим пока,– чиркнул кто‑то спичками.

Виктор огляделся и повернул браслет на Рожок. – Отдохните пока, – хмыкнул он, чуть сжав пальцы левой руки. Сходив к машине, он достал из аптечки нашатырь. – А теперь поговорим конкретно. – Виктор прислонил Сомата к яблоне, и сунул под нос пузырек. Тот замотал головой. Виктор включил фонарь. – Ну что, ублюдок, говорить будешь, или удавить прямо сейчас тебя? – Виктор сжал кадык очнувшегося Сомата.

– Ты кто? Что тебе нужно? – заблеял тот испуганным голосом.

– Кто ещё есть в доме Руслана, ну? – Виктор надавил побольнее.

– Покупатели, три человека, Руслан и Хомса с Сабиром.

– Покупатели зачем приехали?