Дремучий лес

– Я тут совсем уродиной считаюсь, – возразила я.

– Забей, Вик, – посочувствовала Тома. – Вот вернёмся домой, и ты сразу возвращайся в модели. Поднимешь себе самооценку.

Я благодарно улыбнулась ей.

– Ладно, я пойду попрошу добавки. – С этими словами я поднялась из‑за стола и отправилась к покосившейся двери в кухню. Всё равно Реус с Филкасом разговаривают с официанткой, поэтому непонятно, когда она ещё к нам подойдёт, а кушать хотелось. К тому же, мне стало любопытно, что тут и как.

Я собралась было уже постучаться на кухню, но моё внимание привлекли Реус и Филкас, которые стояли за массивной деревянной лестницей на второй этаж. В полутьме они были почти незаметны, но я заметила блеск заколки Филкаса.

Само собой, я не поспешила выдавать своё присутствие и прислушалась.

– Ты точно уверен? – спросил о чём‑то Филкас.

– А у меня выбора нет. Она не пострадает, – ответил Реус.

– Ну ладно. Сделаю как ты сказал.

– Отведёшь их тогда к королю.

Что? Реус нас покидает? Я не то, чтобы расстроена, но лучше бы вместо него делся куда‑нибудь Филкас.

– Встретимся потом в той деревне, – продолжил Реус.

– А ты уверен, что справишься с этой… – Филкас осёкся, заметив меня. Я вздрогнула.

– Эм… Я шла на кухню… – Я потрясла пустой миской для наглядности.

Реус вдруг подался вперёд и схватил меня за запястье, подтягивая к себе. В полутьме и со шрамом он выглядел по‑настоящему пугающе.

– Подслушивать нехорошо, худышка.

– Да я ничего и не слышала… – дрожащим голосом пробормотала я. – Только то, что ты уезжаешь… А Филкас проводит нас к королю.

Они переглянулись.

– Да, так всё и будет, – заключил он и отпустил меня. – Доедайте. О комнате я договорился.

 

Глава 6

 

Я лежала без сна на огромной, без шуток, кровати в окружении друзей. Комната, которую нам предоставили для сна, была прямо под крышей таверны. Снаружи несильный дождик стучался к нам, внизу раздавались какие‑то кухонные шумы и смех: таверна готовилась к утренним посетителям.

Я выбрала себе местечко между Томой и Женькой. Филкас, который, как выяснилось, располагает собственным жильём в этой деревне, ушёл, пообещав вернуться на рассвете. Если он своё обещание не выполнит, я только рада буду. А Реус просто ушёл, ничего никому не пообещав.

Помимо огромной кровати, в комнате было только несколько деревянных ящиков, поставленных друг на друга, на которых тлел огарок свечи. В слабом свете я рассматривала Женю: он ещё прекраснее, когда спит. Правильные черты лица, мягкие на вид губы, острые скулы и пушистые ресницы.

В голову лезли всякие глупые мысли. Я представила: а если бы в нашем мире Женя не считался бы соблазнительным красавчиком с обложки? Если бы в моде у нас были бы крючковатые носы и сросшиеся брови… Влюбилась бы я в него? Или насмехалась бы, как Филкас надо мной?

Я села в постели и потрясла головой. Несмотря на усталость, сна ни в одном глазу. Почему, когда спать надо, мне не спится, а вот когда надо вставать… Не помню уже, когда в последний раз просыпалась на первую пару. И как только до четвёртого курса универа доучилась?

Я слезла с кровати, аккуратно перебравшись через Тому. Та пробормотала, чтобы я отстала, и что она погуляет со мной позже. Перепутала меня, похоже, со своей собакой.

Официантка очень любезно предоставила нам сменную одежду, и я была облачена в какую‑то заготовку под половую тряпку: платье‑сарафан в пол застирано‑бежевого цвета, которое висело на мне как на швабре, потому что было ужасно велико. Долго Тома уговаривала меня переодеться в это. Пришлось уступить: моя собственная одежда провоняла озером и ещё не до конца высохла. Под сарафаном у меня было только нижнее бельё, и противная ткань колола и раздражала кожу.

В очередной раз почесавшись, я быстренько обула свои сапоги и отправилась на первый этаж. Всё равно не спится, а так, может, узнаю что‑нибудь полезное. Главное, не влипнуть в неприятности.

Ступеньки под ногами скрипели, и в ночной тишине этот звук касался оглушительным. В незанавешенных окнах, касалось, блестели чьи‑то взгляды.

К своему удивлению, на первом этаже я обнаружила Реуса, сидящего за круглым столом в полном одиночестве. Он увлечённо писал что‑то в потрепанной тетрадке. Я приблизилась и попыталась в неё заглянуть. Но тетрадь немедленно захлопнулась.

– Больно надо, – проворчала я.

– Ты что тут делаешь, худышка? – спросил Реус сухо. – Не спится?

Я почувствовала внезапную робость рядом с ним. Наедине мы ещё не оставались. Тот случай у озера не в счёт.

– Не могу уснуть, – ответила я и присела на соседний стул. – Не против, если я тут посижу?

– Ты уже села.

Я подпёрла щеку рукой и принялась разглядывать Реуса. Он сидел боком, и я могла отлично видеть его шрам. Теперь он уже не пугал меня, как в первый раз. Сейчас я привыкла к этому шраму, и не так уж и страшно он выглядит.

– Что смотришь? – ровно, без агрессии поинтересовался Реус.

– Так чем ты занимаешься? – Честно говоря, я хотела спросить про шрам, но не хватило духу.

– Сейчас? Терплю глупые вопросы.

– Нет. – Я пропустила подкол мимо ушей. – По жизни. Ну, кем работаешь?

– Я охотник, – отозвался Реус и обвёл пальцем обложку своей тетради. Он как будто на что‑то решался. Может, Тома права, и он влюбился в меня? Вот сейчас об этом скажет… Но он молчал.

– На животных, типа?

– Конечно. – Реус опустил руку на свой меч, закреплённый на поясе. – Бегаю с мечом за кабанами.

Тоже мне, шутник.

– Тогда на кого охотишься? На странных мужиков в лесу?

– Можно и так сказать. Я охотник на вампиров, худышка.

Я ахнула. Но всё сходится! И то, как он дрался с маньяком‑проводником, и его шрам… Наверняка оставил какой‑то ловкий вампир! С ума можно сойти!

– А как… Как ты стал охотником? Зачем за ними охотишься?!