Дремучий лес

– Смотри, Вик, впереди пробка. Интересно, что случилось?

– Наверное, всё ломанулись на этот фестиваль восхитительной музыки, – предположила Тома.

– Думаешь? – осведомился Женя.

Ну хорошо, хорошо. Признаю. Он тупой. Ну и что? Вот скажите, какая польза от умного мужика? Никакой! Только проблемы создаёт. А их я прекрасно могу создать и сама.

– Нет, тут впереди авария, – покачал головой Женя. – Может, можно как‑то объехать? Ага… Вот тут дорога через лес.

– А может, ну его? – предложила Тома. – Ехать через лес… А если с машиной что случится, мы же эвакуатора не дождёмся. А если лося какого собьём? Давайте уж лучше по дороге. Ничего, постоим в пробке.

– Да брось, – ожидаемо встала на сторону Жени я. – Лесная дорога… Романтика… – Многозначительно положила подбородок ему на плечо.

– Значит, большинством голосов решено ехать через лес! – проигнорировав мой флиртующий выпад, объявил Женька.

Зря я его поддержала. Ох как зря.

***

Дорогу через лес я представляла себе как заасфальтированную трассу в окружении хвойных деревьев – как в кино. Но асфальт очень быстро кончился, и иномарку затрясло на ухабах и неровностях.

– Меня укачало… – пожаловалась Тома.

– Дорога отстой, – согласился Женя. – Ладно, может, скоро кончатся ямы.

Ямы и правда скоро кончились. Впрочем, что‑то, что мало‑мальски напоминает дорогу, тоже. Мы ехали по какой‑то насыпи из мелких камушков и опилок. Машина поплелась совсем уж медленно: на такой трассе не разгонишься. И вокруг с каждым метром будто становилось всё темнее, а лес – гуще.

Тома опустила окно, впуская лесной воздух и звуки в салон.

– Нифига, это чё, сова? – Женька ткнул пальцем куда‑то в темень перед собой.

Я попыталась увидеть сову, но вместо этого напряглась от вида кривых деревьев по сторонам от дороги.

– А почему так темно‑то? – спросила я. – Сейчас же день…

– Повечерело, пока ты шмотки собирала, – фыркнула Тома.

– Это просто лес солнце не пропускает, – ответил Женя. – Но какой‑то он больно густой…

– Ещё немного, и доедем до избушки Бабы Яги, – сказала Тома. – Давай разворачивайся, мы уже фиг знает куда заехали.

– Навигатор показывает, что едем верно, – заметила я, поглядывая в Женькин телефон. – И лес уже скоро кончится.

– Что‑то непохоже, что он кончается, – ответила та. – Жень?

– Да где тут развернёшься? Смотри, вокруг лес густой. И к тому же…

Прервал его резкий порыв ветра. Прямо на машину дул ветер с такой силой, будто собирается поднять её в воздух! Через открытое Томкино окно повалил густой, как молочная пена, туман, но это было неважно, потому что помимо тумана ветром в окно задувало мелкие веточки, мох и каких‑то недружелюбных насекомых.

– Что это за фигня?! – закричал Женька, останавливая машину. – Окно, девчонки! Закройте окно!

Я стремительно перегнулась через Тому, и мы на пару начали жать на кнопки, выплёвывая букашек. В результате, окно опустилось только сильнее.

– Да убери ты руки! – Томка отпихнула меня и зажала кнопку. Окно медленно закрылось.

Мы в машине замерли, пытаясь понять, что произошло. От моей прекрасной укладки на блондинистых волосах не осталось и следа. Косметика на лице перемешалась с грязью. Я догадывалась, как выглядела. Как будто мной только что помыли пол.

У Томы вид был получше: её тёмное каре не особо пострадало. А поскольку она не красится, грязь на лице не так уж и сильно бросалась в глаза. Но выражение её лица было, мягко говоря, удивлённым.

– Это чё щас было? – выдохнула она.

– Я не знаю! – Женька в ужасе вцепился в свои волосы. – Моя машина…

– Ветерок‑то стих, – заметила я, пытаясь через стекло разглядеть что‑нибудь снаружи. – И туман будто бы рассасывается…

– Говорила же я, надо было стоять в пробке, как нормальным людям. Но мы же торопимся! – разошлась Тома. – Нам же надо обязательно влипнуть в неприятности! Теперь мы как будто на съемочной площадке хоррора.

– Хоррора? – переспросил Женя, разворачиваясь к нам. Щёки у него пылали, взгляд горел от адреналина, а как он закусывал в волнении губу…

– Шимерова, хорош слюни пускать! – одернула меня Тома. – Нашла, блин, время!

– В смысле? – не понял Женька.

– Не важно, заводи мотор, поехали уже отсюда… – Её речь прервал глухой стук в лобовое стекло. Нахмурившись, она уставилась вперёд.

Я не без труда отвела взгляд от Жени и всмотрелась в лобовое стекло. Звук повторился. Я удивлённо вскинула брови, увидев причину этого звука.

– Это мне сейчас стрела в лобовуху попала? – не понял Женька.

– Да ты что, на солнце перегрелся?! – вспыхнула Томка. – Какая стрела? Мы что, в поселение индейцев нечаянно въехали? Да это просто ветка какая‑то…

Ещё одна стрела, а это бесспорно была она, прилетела в стекло. То ли стрелы были тупые, то ли лобовое стекло прочное, но машина пока оборону держала.

– Жень, поехали, а? – предложила напуганная я.

– А как ехать? – Он указал вперёд. – Туман же! А если там, впереди, человек стоит?

– А он там и стоит, – кивнула Тома. – Кто‑то же пускает в нас стрелы. Не сами же они летят.

– Тогда может, поговорим с ним? – Я считала, что делать хоть что‑то надо. Тем временем иномарка словила ещё пару стрел.

– Какая хорошая мысль! – парировала Томка. – Вежливо попросим его прекратить обстрел. Всё войны так и заканчиваются.

Женька громко просигналил. И стрельба по нам прекратилась.

Мы замерли. Боялись даже пошевелиться. Вся эта ситуация уж больно напрягала: туман, ветер, звуки лесные пугающие. И тот факт, что кто‑то охотится на нашу машину. Словом, минут пять мы сидели без движения.

– Кажется, ушёл, – обрадовалась было я.

И в этот же самый момент какой‑то человек запрыгнул к нам на капот.

Я закричала. Томка меня в этом поддержала, а Женя одновременно и засигналил, и надавил на газ. Машина взревела, но не двинулась с места.