Электра Милвертон: Мертвые тоннели
ОНИ ЧТО, НЕ ВИДЯТ ЕГО?!
Невероятно…
Все вокруг – БЕЛОЕ! А он – весь в ЧЕРНОМ! И не заметить это могут лишь слепые…
Он вдруг вспомнил слова Гелика.
ТЫ – ГРЯЗЬ! ПЫЛЬ ПОД НОГАМИ!
А эти люди в белоснежных одеждах…
ДЛЯ НИХ, ТЫ ЛИШЬ ПЯТНО!
И, будучи не в силах удалить тебя, закономерно игнорируют само твое существование!
ОДНАКО…
Вправе ли он сам винить кого‑то за такое отношение?!
БОЖЕСТВЕННЫЙ ОСТРОВ – ИХ ДОМ!
И правила здесь – их же…
СВОИМ ТЫ НИКОГДА НЕ СТАНЕШЬ!
И не надейся…
НО!
Если сделать все по уму…
– Пришли! – внезапно остановилась Велла.
Увязнув в мыслях, Герхард едва не наскочил на королеву.
– Стоять, дохляк! – ткнул пятерней ему в грудь Гелик.
Тот замер.
– Твой дом! – добавила девушка. – За мной!
Четыре одноэтажных белых строения с плоскими крышами стояли небольшим квадратом, в отдалении от домов жителей.
И так разительно при этом отличались…
ДВЕРЬМИ!
Самыми обыкновенными, как в Мешке или в Шайншаре!
Их выстроили явно не для магов…
ДЛЯ ТОРГОВЦЕВ!
Осознание этого, тут же привело его к другой простой истине:
ЧЕТЫРЕ ДОМА ОЗНАЧАЮТ ЧЕТВЕРЫХ ТОРГОВЦЕВ!
Включая Пепина…
Пусть тот уже и мертв, сейчас это неважно!
А ВАЖНО ТО, ЧТО ОН ТУТ – ЛУЧШИЙ!
– Эй! – толкнул его бородач. – Шевелись! Пинками тебя гнать?!
– Ах, да.., – поспешно отозвался Герхард. – Я сам пойду…
– Сам.., – мрачно повторил тот, глядя ему вслед. – Ну‑ну…
Все трое подошли к дальнему дому, и встали у двери.
– Открывай! – приказала девушка.
– Кто? – не понял Канн. – Я?
– Да! Ключ у тебя в кармане! Ты подобрал его!
Канн поспешно принялся хлопать себя по бокам.
НЕ МОЖЕТ БЫТЬ… НЕ ПОДБИРАЛ ОН КЛЮЧ…
Иначе бы, запомнил…
– Медальон! – топнула та.
ТАК ВОТ ЧТО НАЗЫВАЕТСЯ КЛЮЧОМ!
Он выхватил кругляш размером больше монеты:
– Нашел! Вот, моя прекрасная королева!
– Поднеси к знаку на двери!
– К знаку?
– Делай, как сказала!
И ДЕЙСТВИТЕЛЬНО!
Стоило поднести медальон к дверному полотну, как что‑то и где‑то щелкнуло, и дверь приоткрылась.
Велла расширила проем носком сапожка:
– Заводи его!
– Да, моя королева… – Бородач шагнул к Герхарду, намереваясь применить силу. – А ну…
Не дожидаясь пинка, тот сам решительно скользнул внутрь.
– Гляди‑ка, – усмехнулся Гелик. – Поумнел, дохляк.
Весь дом его бывшего наставника состоял из огромной комнаты. Посередине возвышался пустой квадратный белый стол, рядом стоял единственный стул, а в самом дальнем углу, куда не добирался свет из пары окон – застеленная кровать. Подле нее же стояла тумбочка.
И ЭТО ВСЕ!
Поначалу, Канн ничего не понял.
А, ГДЕ РОСКОШЬ?! ГДЕ ПРИВЕЗЕННАЯ СЛУЖАНКА?!
Не таким он представлял себе жилище Пепина… Не таким…
ИЛИ ЕМУ НЕ РАЗРЕШИЛИ?!
В его еще наивном представлении, дом только тогда имел право называться домом, когда включал в себя и то и это, а также разные удобства…
К ЧЕМУ ТОГДА ТАК МНОГО МЕСТА?!
Однако, быстро разобрался в причине:
ПЕПИН И НЕ ЖИЛ ТУТ!
Лишь появлялся время от времени, привозя королю артефакты. И, разумеется, тому, кто не живет здесь, удобства не нужны! А дом большой – ради всей улицы! Чтобы не портить внешний вид!
НЕ НАРУШАТЬ ПРИВЫЧНЫХ ПРАВИЛ!
Вот только…
ГДЕ ЖЕ ТОГДА ЕГО НАСТОЯЩИЙ ДОМ?!
На Континенте?! Скорей всего… Где‑то внутри он спрятал бочку золота… Ах, вот бы отыскать ее…
– Да‑а.., – протянула Велла, осматриваясь. – И жил несладко, и умер с горечью во рту… Что ж!
Она обернулась:
– Пусть ты и под покровительством отца, гаденыш, но правила придется соблюдать МОИ! Наружу не выходить!
Герхард судорожно кивнул:
