Электра Милвертон: Мертвые тоннели
– Я… Я понял, мой король.., – смиренно прошептал Канн. – Раз так надо… Я потерплю…
– Да, потерпи… На Острове есть пристань… Недалеко отсюда… У этой пристани стоит судно… Оно не боевое, как «Провидение», и цель его совсем другая, но…
Финос замолчал, задумчиво глядя на сидящего перед ним.
– Но, мой король? – не сдержался Герхард.
– Вечером оно отплывает на Континент… Отвезти туда кое‑кого, и забрать оттуда…
КОЕ‑КОГО!
Парень слушал, приоткрыв рот.
– Воспользуемся этим, и ты доставишь Лотара сюда, незаметно для ветви Ниалы…
– Могу я спросить о чем‑то важном, мой король?
Тот кивнул:
– Спрашивай…
– Это насчет господина Торваса… Он ведь на особом счету у вас, мой король?
– Пепин – единственный, кому разрешено приплывать к мосту на «Провидении»… Такова плата за его усердие для нас с Ниалой…
СКАЖИ ЕМУ! СКАЖИ СЕЙЧАС, ГЕРХАРД!
– Он сказал, что получил корабль от императора Феланора…
– Так и есть…
– За один сильный артефакт и целую бочку золота…
– Да, сделка обошлась недешево…
– А знаете ли вы, мой король, что он отдал артефакт, а все золото присвоил СЕБЕ? Всю бочку!
Финос приподнял бровь:
– Тебе это сказала Ниала?
– Нет‑нет, мой король! Сам господин Торвас!
– Когда?
– Мне пошили костюм в Бергарде, вот он и признался! Пока мы сидели в ожидании!
– Ты путаешь… И артефакт и золото находились у Ирмика, сына Ниалы. Пепин только свел их с Феланором, ради сделки…
– Мне он сказал совсем другое, мой король…
– Что же именно?
– Что господина Ирмика не пропустили за большую стену…
– Хм…
– Да! Он сам отнес артефакт императору, а золото присвоил!
Стало тихо.
– Так значит, он признался тебе в обмане.., – проронил наконец Финос, поглаживая бороду.
– Да, мой король…
– Почему?
– Господин Торвас сказал… Если буду хорошо вести себя, стану таким же богатым, как он сам… А если нет… Если предам его, то…
– Продолжай…
– Убьет меня… Так же как того, кто поручился за него…
Финос прищурился:
– Все золото на покупку корабля дала сама Ниала… Присвоив его себе, он лишь нажил себе врага… В ее лице… Но, не в моем…
– Ох…
У Герхарда перехватило дыхание.
ЕМУ ВСЕ РАВНО…
И значит, от Пепина избавиться не получится…
– Как же так, мой король…
– Однако.., – перебил тот. – Убийство моего торговца не сойдет с рук никому…
– Ох.., – повторил Канн, и вытер пот со лба.
ИЛИ НЕ ВСЕ РАВНО…
– Что именно тебе известно о поручителе, мальчик?
– Я знаю лишь его имя, мой король… Сайрус…
– Верно… Будь Пепин магом, я бы заставил его сознаться…
– Да! В Клетку! А потом, Язык!
Выдохнув эти слова, парень испуганно замолчал.
– Хм.., – удивился Финос. – Как ты узнал, что у перстней такие имена?
ОН УГАДАЛ! КЛЕТКА И ЯЗЫК!
– Я догадался, мой король… Это же несложно…
– Да… Ты прав… – Тот указал на кубок на столе. – Возьми его…
Герхард послушно взял.
– Налей в него из той бутыли…
Он послушно налил что‑то прозрачное и пряное, и поставил бутыль обратно.
– А теперь, мальчик, соскобли в него яд…
АХ! ОН СОВСЕМ ЗАБЫЛ ОБ ЭТОМ!
Схватив столовый нож, Канн принялся осторожно и аккуратно водить его острой кромкой по ногтевой пластине. Однако с каждой секундой порыв его вдруг стал все замедляться и замедляться, пока не замер окончательно.
Подняв голову, он посмотрел на бесстрастного хозяина Эфира:
– Это же не для меня, мой король?
– Нет, не для тебя…
От сердца вмиг отлегло, и рука сама принялась скоблить ноготь с удвоенным рвением.
– Пепин сказал тебе, когда он убил своего поручителя?
– Семь лет назад, мой король…
– Верно и это. Хм… – Финос покачал головой. – Сайрус пропал семь лет назад, пока они плыли с Континента на Остров… Пепин тогда все объяснил несчастным случаем… Мол, ночью тот вывалился за борт… И утонул…
ЛГИ, ГЕРХАРД! ЛГИ!
– Господин Торвас солгал вам, мой король! Все было иначе!
– Вот как… Он признался тебе и в этом?
