Эовин. Пробуждение охотницы

Не говоря больше ни слова, охотница почти бесшумно скользнула между кустами и вскоре скрылась из поля зрения своих спутников. Вскоре она обошла город на безопасном расстоянии, лишь время от времени решаясь взглянуть на него с вершины холма. Судя по всему, суета улеглась, но все равно было очень и очень неспокойно. Несколько жилых кварталов оставались охвачены пламенем, и до ее слуха то и дело доносились вопли страдания.

Уже почти стемнело, когда Эовин добралась до нужного места. Этот потайной ход показали ей лишь однажды, когда только‑только прибыла в Зинду, но опознавательные знаки она хорошо запомнила. В который раз охотница вознесла благодарность Арии за то, что та благословила ее такими зоркими глазами. Зрение у нее было как у кошки. В детстве Эовин не сразу осознала, что далеко не все люди могут видеть в темноте так же хорошо, как она. Не говоря уже о более чутком слухе и более остром обонянии.

Она ненадолго остановилась, чтобы сориентироваться, затем нащупала рычаг, потянула его и отодвинула в сторону небольшой валун, под которым скрывался вход в секретный туннель для побега из храма. Никаких следов на траве. Это означало, что Лариса не видела повода для эвакуации. Охотницам ничего не угрожало, и им не пришлось спасаться бегством.

Вход вел к заброшенному сухому ответвлению канализационной системы, которое проходило прямо под храмом. Все пути в основную систему были тщательно замурованы и замаскированы, чтобы ни один непосвященный не смог проникнуть внутрь.

Эовин скользнула в темную дыру, нащупала ногами узкую металлическую лестницу и снова закрыла за собой проход. Расположенный слева рычаг вернул валун в исходное положение. Она спускалась по лестнице, пока не достигла уровня земли. Здесь, внизу, стояла кромешная тьма. Эовин как раз собиралась зажечь спичку, чтобы осмотреться и поискать факел, но тут послышался негромкий вздох, и ее рука машинально потянулась к кинжалу.

– Я знаю, что ты здесь! – крикнула она, пытаясь определить точное местоположение и габариты противника. Узнав в следующую секунду знакомый аромат розы, расслабилась. – Халина! Я чувствую запах твоего мыла.

– Оно бы тебе сейчас тоже не помешало. – Послышался легкий треск спички, затем шипение, и золотистый свет фонаря осветил надменное лицо охотницы. Халина стояла, небрежно прислонившись к стене. – Очевидно, ты совсем не торопилась.

– Что поделать, непредвиденные обстоятельства, – пожала плечами Эовин.

– Да уж, непредвиденные, – оглядывая ее с ног до головы, презрительно бросила Халина. – По твоей милости храм оцепила городская стража. Ларису допрашивают уже несколько часов. Обязательно нужно было всех убивать?

Эовин в ужасе распахнула глаза.

– Я никого не убивала.

– Есть свидетель, и у него совсем другая информация.

– Это все ложь.

– Может, и так, а может, нет. Я пришла только чтобы сказать тебе – проваливай. Лариса не захочет так рисковать. Наш единственный шанс выйти из этой переделки хотя бы относительно невредимыми – это дистанцироваться от тебя и твоих действий. В ответ на обвинения мы в один голос заявим, что ты действовала по своему усмотрению, не согласовывая действия с орденом.

Эовин поджала губы. Значит, они просто бросали ее, несмотря на то, что она в ходе этой операции пострадала. На самом деле ее это не слишком удивило. На других рассчитывать не приходилось. Тем не менее она ощутила укол боли, ведь считала себя частью сообщества охотниц, пусть и все они отличались друг от друга.

– Я уже почти ушла, – ледяным тоном заявила Эовин. – Мне просто нужен корабль. – В крайнем случае, она бы отправилась на нем в Гандор одна.

– Порт заблокирован, все ворота закрыты. Из города никто не выйдет. После резни, которую вы устроили, в городе объявлено чрезвычайное положение. А за вас троих обещана щедрая награда. – Халина твердо посмотрела ей в лицо. – Знаешь, за такую сумму я бы сама тебя без труда доставила, куда нужно, но Лариса считает, что ты не виновата. Кроме того, мне придется объяснять, где я тебя нашла, а орден не хочет разглашать этот секрет.

– Так что, ты спустилась сюда, чтобы сказать мне все это?

– Нет. Я хочу убедиться, что ты больше не сунешься в Ксинду. Никогда. Официально ты по‑прежнему одна из охотниц Арии, а в Белленторе пусть уже Иванна решает, что с тобой делать.

Эовин фыркнула. Она бы и без Иванны приняла решение, что ей делать дальше. В любом случае у нее имелись свои планы, а орден не пускал ее на север в течение последних нескольких лет.

– Кроме того, Лариса просила тебе кое‑что передать, – продолжила Халина. С этими словами она отвязала от пояса кожаный мешочек и бросила его Эовин. В нем что‑то пронзительно зазвенело, когда Эовин поймала его на лету.

Она задумчиво взвесила мешочек в руке.

– Что это?

– Как же, это твоя доля за поимку преступника. Этого должно хватить, чтобы добраться до Беллентора.

Эовин не ожидала, что Халина передаст ей деньги. Для нее золото имело гораздо большую ценность, чем для Эовин.

– Я не воровка, мне лишнего не надо! – гордо проговорила охотница, будто догадавшись, о чем думает Эовин. – А теперь уходи, – строго добавила она, указывая на выход, и Эовин, не говоря ни слова, повернулась к ней спиной. Говорить больше было не о чем.

 

* * *

 

Запах костра она уловила издали. Вот только к древесному дыму примешивалось кое‑что еще. Аромат жареного мяса. Бесшумно подкравшись ближе, Эовин затаилась в темноте между кустов. Ей представилась уникальная возможность незаметно понаблюдать за своими спутниками, вероятно, даже выведать то, что они пытались утаить, и охотница не собиралась упускать эту возможность.

– Как думаешь, она вернется? – спросил Торстан, откусывая мясо. Он смотрел как раз в ту сторону, где пряталась Эовин, но не замечал ее.

– Вернется. – Харад бросил кость в огонь. Тут же посыпались искры, и Эовин ушла чуть дальше в тень, чтобы во вспышке света ее случайно не обнаружили. – Она ведь дала клятву. Для охотниц это не пустой звук.

– Значит, по‑твоему, ей можно доверять?

Харад поколебался.

– Она сделает все, что в ее силах, чтобы доставить нас в Беллентор целыми и невредимыми.

– Я ведь не об этом спрашивал.

– Да, я понял. Знаю…

– Вообще трудно делать какие‑то выводы. – Торстан вытер руку о штаны. – Обычно ее ровесницы думают лишь о том, как бы найти подходящую партию для замужества.

Харад расхохотался.

– Она определенно не такая, как ее ровесницы. Я еще никогда не видел, чтобы кто‑то сражался так, как она. Не важно, мужчина или женщина. Ее стиль боя уникален.