LIB.SU: ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

Гобелен княгини Воротынской. Часть первая

Друцкий озадаченно приподнял брови:

– Вот так новость! Снимал комнату?? А наш базарный воришка, оказывается, не так уж беден?! А, может, он вообще не так прост, как мы себе представляем? Что ещё мы о нём НЕ знаем?

Клещ в ответ лишь пожал плечами, не зная, что сказать.

– А теперь послушай‑ка, дружочек, что я разузнал, – продолжал Друцкий. – Там, в Городёнке, обнаружив пропажу, четверо из людей князя Воротынского пустились в погоню за вором. А наутро их всех нашли убитыми на дороге! Всех четверых!!

– Ну??

– Выходит, этот парнишка храбрый боец?!

– По виду не скажешь, – удивился Клещ. – Он даже не смог вырваться, когда я держал его одной рукой! Сомнительно, чтоб он мог убить четверых!!

– Значит, мои тревоги не напрасны, – посетовал Стефан. – Был у него сообщник!!

– Стало быть, соврал?!

– Вот, что, Макар! Не оставляй это дело. Разузнай про мальчишку в Медыни всё хорошенечко!

– Непременно.

– И помни, нам не нужны свидетели!!

– Да, да.

Князь Друцкий свернул гобелен, прибрав его назад в сумку:

– А ты спрашивал его про девчонку?

– Спрашивал.

– Что он?

– Сказал, что он сам переоделся в женское платье. Нарочно, чтобы вызвать доверие прислуги в имении. Говорит, он мастер переодевания!

Князь скептически выгнул бровь:

– Ты ему веришь?!

Макар развёл руками:

– Теперь уже не знаю, Стефан. Как же ему верить, если он вор и обманщик?!

– Вот именно! – тот озадаченно побарабанил пальцами по столешнице. – Надо непременно узнать, была ли девица?

– Хорошо, – с готовностью откликнулся Клещ. – Я всё выведаю.

– И, если выяснится, что девица была, то от неё тоже следует избавиться! Как можно скорее!! Ты понял, Макар?

– Понял.

Друцкий пошарил в кармане и вынул маленький стеклянный пузырёк, протянул Клещу:

– Вот, держи. Это яд! Достаточно несколько капель подмешать в любую пищу.

– Ясно, – Клещ обрадовано припрятал пузырёк с ядом в карман своего кафтана.

Князь тем временем повесил на плечо сумку с гобеленом и поднялся:

– Ладно, мне пора.

Клещ заволновался:

– Ты уходишь? Куда?

– Я съезжаю от тебя. Обоснуюсь на постоялом дворе.

– Разве тебе плохо у меня в доме??

– У тебя очень хорошо. Но, послушай, дружище. Будет лучше, если нас с тобой никто не будет видеть вместе. Поэтому я буду заниматься поисками сокровищ. А ты ищи девчонку! Если я тебе понадоблюсь, приезжай на постоялый двор «Анна‑Христина» на берегу реки Угры, знаешь такой?

– Конечно!

– Скажешь хозяину, что ты приехал к Стефану. Он тебя проводит.

– Постой! – встревожился Клещ. – Ты ведь не собираешься меня… обмануть? Исчезнуть сейчас вместе с гобеленом??

Друцкий взглянул на него с упрёком:

– Макар, ну как тебе такое в голову могло прийти?!

 

ГЛАВА 8 Тати Верхнего Поочья и их атаман Гришка Кистень

 

В долине реки Воря, в густом елово‑берёзовом лесу, куда из‑за бездорожья немыслимо добраться, прятался лагерь разбойников или попросту татей. Обосновались они тут давным‑давно, и держали в страхе всех проезжих. Атаманом был суровый Гришка Кистень, потому и банду звали кистенёвской. Происки «кистенёвцев» были хорошо известны жителям верховья Оки, и те, находясь в пути, старались в тёмное время суток держаться подальше от дороги. А проезжающие по тем дорогам несведущие про банду купцы и чужеземцы неизбежно терпели лишения от нападок лиходеев.

Несколько раз пытались литовские и московские князья урезонить татей, да только куда там! Даже лагерь их отыскать не могли, потому, как вокруг этого места был бурелом, да непроходимые болота, а брод знали только сами разбойники. Лагерь охранялся дозорными круглосуточно. Всякого, кто пытался подойти ближе, чем на сто шагов, караульные вычисляли и ликвидировали на месте без разговоров. А тела топили в болоте, чтоб не оставить никаких следов.

Гришка Кистень держал своих воров в строжайшей дисциплине, своевольничать запрещал. Разбойные дела вершили сообща, а добычу Кистень делил лично сам. Но никого не обделял, судил справедливо. Покидать банду без ведома атамана никому не позволялось под страхом смерти. Григорий понимал, что любой вор может проболтаться, продать кому‑то тайну бродов на болоте или тайну системы караула, и тогда всё – банде придёт конец!

Поэтому, когда третьего дня стало известно, что из лагеря вдруг пропали двое – вор Нечай и дочь атамана Илва – все оторопели. А Кистень впал в ярость! Караульные, что прозевали беглецов, подверглись жестокому наказанию – атаман их публично выпорол, исполосовав спины до крови.

Все знали, как любит Григорий свою единственную дочь, и терзались догадками, что послужило поводом к этому побегу? В основном, склонялись к мысли, что разнузданный парнишка Нечай подбил девицу убежать из‑под отцовского крыла. Но при этом недоумевали, как сама Илва могла поддаться на уговоры? Девица‑то под стать отцу, с крутым норовом и таких мелких воришек, как Нечай, ни во что не ставит.

Три дня все тати в лагере, пребывали в страхе, разговаривали шёпотом и боялись показаться атаману на глаза. Даже мимо его избушки никто не решался ходить, зная, что в гневе Кистень настолько суров, что и прибить может!

Но сегодня случилось чудо. Одноглазый вор Потаня насмелился приоткрыть дверь избушки атамана и радостно огласил:

– Григорий Силыч! Илва вернулась!!

Тот едва не вскочил с лавки, но удержал себя в руках, лишь сурово сжал кулаки.

TOC