Хроники Зверя. Книга первая

Банн сел на пол рядом с диваном и устроил голову на руке Уры так, чтобы видеть её лицо. Сию секунду Рюу‑Джи готов был отдать всю свою водно‑ледяную силу, лишь бы получить взаимность. Да что уж там: Дракон с ума сходил от тепла Уры! Но к своему стыду, словно безусый мальчишка, боялся быть отвергнутым.

Но как же хорошо, вот так вот быть рядом. Вот бы ещё чуть‑чуть…

Поддавшись порыву, Дракон потянулся к спящей. Пальцы коснулись рыжих волос, и Банн поцеловал Уру. Грудь обожгло искрой. Желание вязко расползалось по телу… Ещё немного и остановиться уже не поучится. Ледяная кожа Рюу‑Джад‑Лау, казалось, плавилась от ровного дыхания и тепла Уры. Чёртово физическое тело! Никто и никогда не вызывал у Дракона такой удушающей жажды. Или же просто не было до Уры хоть кого‑то, кого бы Зверь по‑настоящему любил?.. Проклятый закон Равновесия! Он довлел над Саманъей тяжелее могильной плиты. Иначе, пускай хоть насильно, но Рю‑Джи сделал бы девчонку своей – привязал к себе ребенком, и всё! Вот только Старейшины не допустили бы рождения еще одной химеры. Появление на свет Индры, точнее разумность его звериной формы, всего лишь счастливая случайность, и второй раз испытывать удачу Совет ни за что не решится – казнят обоих любовников вместе с их выродком, и дело с концом!..

Пересилив себя, Дракон всё же отстранился от Уры. Нет, это просто невыносимо! Еще не хватало натворить глупостей из‑за обычного поцелуя. Решено! Первым же делом, как только Банн вернется в родной Мир, он прямиком отправится в Красный дом – этот способ был проверен и надёжен! Вот только произойдет это ещё очень нескоро, а голову надо остудить прямо сейчас.

Рюу‑Джи поднялся по лестнице на второй этаж в отведенную ему комнату, разделся, налил целую ванну холодной воды и, окунувшись с головой, заморозил себя. Драконье тело тут же заискрилось перламутровой чешуей и покрылось узором печатей.

 

‑2‑

 

Ура склонилась над ванной и постучала по толщи льда. Ледяной саркофаг начал стремительно таять и буквально за считанные секунды вновь превратился в простую воду. Летний душный воздух наполнился холодным паром. Дракон сел и томно потянулся; его кожа и волосы вновь сделались человеческих оттенков. Но тут, как на зло, взгляд Банна сам собой остановился на губах Уры, и ощущение украденного поцелуя само‑собой возникло на губах Саманъи. Проклятье!

– Я сообщила Индре, что ты здесь, – выдала субедар.

Это подействовало лучше любых замораживаний. Саманъя вскочил в ванной, окатив субедара с ног до головы холодной водой.

– Ты спятила?! – воскликнул Дракон.

– Я пошутила, – пытаясь отряхнуться, обиженно ответила Ура. Волосы и одежа отвратительно прилипли к телу. – Думала, ты снова уснул, вот и решила тебя взбодрить.

Рюу‑Джад‑Лау стоял перед ней голышом и чувствовал себя полнейшим идиотом. Чёртово физическое тело! Да, оно не было его настоящей формой, но равнодушие любимой девушки всё равно со всей жестокостью било по самолюбию Дракона. Пускай Банн и знал, что все мудрецы с Полным спектром крайне равнодушны к плоти во всех её смыслах, но всё же…

– Слушай, а тебя не смущает, что я голый перед тобой стою? – закипая внезапным бешенством, спросил он.

– А?.. – отвлеклась от бессмысленного выжимания одежды Ура.

– Говорю, тебе не сильно мешает моя нагота?

– А должна? – искренне удивилась Ура. – В этой форме у тебя обычное человекообразное тело. Слушай, где у тебя полотенца лежат?

– Там, – указал на шкафчик под раковиной Банн. Что‑либо еще говорить не имело смысла.

И поверженный Дракон только было собрался выбраться из своей купели, как тут же замер в ещё большей растерянности. Да она издевается! Как всегда, без задней мысли и совершенно не стесняясь Саманъи, субедар разделась и принялась выжимать в раковину промокшую одежду. Это было просто невыносимо! Ну почему же дурная девчонка думает, что, если ей плевать на чужую наготу, то и другим несвойственно влечение?!

– Собирайся, пожалуйста, быстрее, – попросила Ура и, обмотавшись полотенцем, вышла из ванной комнаты. Следом хлопнула и дверь спальни.

Рюу‑Джад‑Лау провёл ладонью по лицу. Спокойно! Проклятая жара – из‑за неё похоть только усиливается. Трижды чёртово физическое тело! Во что бы то ни стало необходимо защитить Сумеречного мальчишку, и внезапно нахлынувшие чувства могут создать лишние проблемы. Только не думать о её губах и теле!.. Да как, чёрт возьми, Дракону в принципе может нравиться человек?! Это же другая форма жизни! Да хрен с ним с формой! Рюу‑Джи вообще более ментальное существо, чем физическое – он и в материальном‑то мире может проявляться, лишь когда «натягивает» на себя искусственную оболочку. И ладно бы ещё Ура тоже была «одета» в человеческий облик, а сама была близкой по форме самому Дракону. Так нет же! Она самый настоящий, плотский человек, а он, Саманъя, – нет! Быть может, всему виной одинаковые нити мироздания, какими обладал и Банн, и Ура с её Полным спектром?.. Тогда как объяснить влечение Дракона к девчонке до её «знакомства» с Живой? Проклятье какое‑то!

***

«Семейство Фугеши» прибыло в школу к первой перемене. Шикарный автомобиль, управлял которым «брат», остановился прямо перед воротами, так, чтобы его было лучше видно из окон учебного корпуса. Конкретной идеи, каким образом можно выманить всех троих Нараков из школы, у охранителей так и не возникло, и Ура, не придумав ничего лучше, отправилась на разведку. Ярославу и Рюу‑Джи остались дожидаться в автомобиле.

Вопреки ожиданиям, долго разыскивать Чёрных Рыцарей и Князя не пришлось. Первым у дверей школы Ура встретила Нацуму – тот как всегда не спешил на занятия. Завидев одноклассницу, Нарак замахал руками и побежал ей навстречу.

– Привет! – на весь двор завопил Ишики.

– Привет, – удивленно ответила Кагура.

Нарак подбежал к ней.

– Что ты тут делаешь? – воодушевленно спросил Рыцарь. Он уперся руками в колени, делая вид, что запыхался от короткой пробежки.

– Бумаги кое‑какие надо было в учительскую занести, – тут же соврала Фугеши и легкомысленно отмахнулась, мол, неважно.

– Понятно, – протянул Ишики, и, как бы невзначай, спросил: – А сестра твоя как? Не сильно вчера напугалась?

Ура вскинула брови: такая искренняя забота о Ярославе совершенно не подходила образу «отвязного сердцееда». Играет или и вправду попался на чаровничество Яры? Всё же этот «Нацума» – высший Нарак и обдурить его сложно. Только если вчерашняя прозорливость Князя была случайностью, и Чёрный Рыцарь тоже всё ещё находятся под воздействием морока. В таком случае, как и сказал Рюу‑Джи, его «зачарованная влюблённость» может быть полезна.