Интриган. Новый Петербург

– Я подозреваю всех без исключения, – старик самодовольно ухмыльнулся. – Но сейчас речь не о заговоре, а о кое‑каких делишках и махинациях при дворе старого адмирала. В частности, о его связи с пиратами и контрабандистами. Ну так что, договорились? Небольшая слежка в обмен на моих агентов.

– Договорились, – проворчал без особого удовольствия. – Даю слово.

– Вот и отлично. Сейчас мои ребята перероют весь район.

Но несмотря на тщательные поиски (люди Ратникова действительно приложили максимум усилий), Афину так и не нашли. Ни следов, ни свидетелей – ничего.

Девушка как сквозь землю провалилась, а я же помимо прочего записался в сексоты к старому лису, который и близко не так прост, как кажется.

– Зачем?! – отец смял котелок и зажмурился до рези в глазах. – Зачем ее похищать, она же не маг?

– Не знаю, – подошел к нему и сжал плечо. – Но я ее найду – клянусь.

– Иногда мне кажется, – Андрей рывком освободился и отступил на шаг, – что лучше бы ты тоже погиб на том проклятом дирижабле. Ты всегда приносил в нашу семью беду.

Настоящий Гектор Старцев наверняка бы расстроился до глубины души после таких слов от родителя. Я же просто стоял и смотрел, как «Чехов» удаляется хромающей походкой.

Выждав немного, отправился следом, старательно запоминая дорогу.

Мы спустились к океану, отойдя от центра километров на пять, и оказались в узком квартале, зажатом между портом и заводами. В тупике между двух пятиэтажек стояло наше родовое гнездышко – двухэтажный особняк, выглядящий, как декорация из фильма ужасов.

Стоило мне свернуть на захламленную улочку, как навстречу шагнули четверо молодых ребят в замызганных плащах и грязных картузах. Шмыгая разбитыми носами и поигрывая раскладными ножиками, малолетние «острые козырьки» приблизились и перекрыли путь.

– Здорово, дядя, – просипел самый старший и рослый, закинув на плечо кривую трость с тяжелым ржавым набалдашником. – Далеко собрался?

– А ты, собственно, кто? – решил немного подыграть. – И с какой целью интересуешься?

– Мы – сборщики налогов, – верзила сплюнул через наполовину сколотый передний зуб. – Хочешь пройти – плати рубль. Хочешь уйти – гони два.

Дореволюционные гопники осклабились и захихикали в предвкушении скорой поживы.

– Справедливые расценки, – усмехнулся, нацелившись на латаные‑перелатаные штаны главаря. – Но я не собираюсь платить тому, кто ссытся от одного моего вида.

– Ч‑что?

Парнишка изменился в лице, чувствуя теплую влагу между ног.

Я поддал напора, и ручеек зажурчал по брусчатке. Разбойник вытаращил глаза и схватился за пах в тщетных попытках перекрыть струю.

Запрыгал, затопал на месте со столь изумленной физиономией, что подельники не удержались и схватились за животы.

– Это не я! – вожак чуть не плакал. – Оно само!

– Конечно, само! – дверь ближайшего подъезда с грохотом распахнулась, и на крыльце показался Марк.

Застегивая на ходу ширинку, брат подошел к нам и отвесил «ссыкуну» звонкую затрещину.

– Ты че, Петруха, своих не узнаешь? Это же Гектор!

– Д‑дядя Гек? – пролепетал юнец.

– Ага. Он в твоем возрасте на войну ушел и только сейчас вернулся. Его и впрямь хрен узнаешь, так что на первый раз косяк прощаю. Но если оплошаешь снова, в трусах будет уже не вода – с колдунами шутки плохи.

– П‑простите! Больше не повторится – зуб даю!

– Брысь отсюда!

Ребятки разбежались по подворотням, а мы с Марком направились к дому.

– А где Афина? – брат повертел головой. – Она же пошла за тобой в участок.

– Афину… – вздохнул, собираясь с мыслями, – похитили.

– Что?! – Марк распахнул рот и выпучил глаза, что тот гопник минуту назад. – Как?!

Хотел ответить то же, что и отцу, как вдруг нас окликнули:

– Капитан! Капитан!

Оглянувшись, увидел на границе проулка мальчишку лет десяти – грязного и чумазого настолько, что под слоем копоти терялись черты лица. Мальчик сжимал в кулачке конверт.

– Капитан, вам письмо!

Он бросил ношу и со всех босых ног припустил прочь. Я же взял послание и осторожно прощупал – ничего подозрительного, просто лист бумаги. И на листе корявыми печатными буквами красовались всего два слова:

 

Не лезь

 

А в правом нижнем углу будто гербовая печать алела сургучовая клякса, к которой приклеили тонкую рыжеватую прядь.

 

Глава 6

 

– Кто дал тебе это письмо? – схватил мальчишку и развернул к себе.

– Какой‑то дядя… – малец сразу пустил слезы.

– Какой именно? Опиши его.

– Высокий, с усами, в котелке. Отпустите, пожалуйста, я ничего не сделал!

– Забей, – Марк сплюнул. – Дядей с усами и в шляпах тут через одного.

– Извини.

Я сунул бродяжке десять копеек и выпрямился. В одном брат прав – расследование зашло в тупик. Причем настолько глухой, что искать похитителей бесполезно.

А значит, надо сделать так, чтобы похитители нашли тебя. Но в одиночку устраивать охоту на живца слишком опасно. Неплохо бы заручиться поддержкой влиятельной семьи, у которой есть и рядовые стрелки, и чародеи.

Лучшего варианта, чем Кросс‑Ландау, и представить сложно. У них тоже есть мотив рискнуть ради пропавшего наследника. Тем более, что мы неплохо сдружились с Ритой.

Вот только по здешним порядкам права голоса она не имеет никакого, и прежде чем идти на переговоры, нужно придумать подарок для ее отца.

А что может быть лучше для старого адмирала, чем избавление от назойливой проблемы.