Искра могущества

Вейлор тщетно пытался взывать к голосу разума своих странных противников. Они налетели одновременно, всем скопом, их призрачные клинки с нечеловеческой скоростью вертелись подле северянина, который кое‑как уворачивался и парировал их слаженные атаки. Он делал это на грани своих возможностей, стараясь срезать углы и не давать больше, чем одному противнику совершить очередную атаку. Вейлор крутился, подобно волчку, ища момент, когда они ошибутся и хотя бы один из их слаженного тандема откроется. Скорость странных людей была огромной и юноша невольно вспомнил Жерара, который был ещё быстрее и искуснее.

Не зная усталости фигуры, окутанные тканью, начали теснить Вейлора к стене, их неистовый натиск начал утомлять и без того уставшего северянина. Так и не уловив момент, когда враги ошибутся, юноша решился перевернуть ход сражения неожиданным трюком. Своими мощными ногами он оттолкнулся от одной из стен и пролетая над головой одного из нападавших взмахнул топором, снося капюшон противника вместе с головой. Это было безрассудным решением, которое в конечном итоге увенчалось успехом.

В сердце ёкнуло, ибо вслед за капюшоном под ноги к Вейлору рухнул человеческий череп с небольшими кусками плоти. Солнечные лучи, упавшие на провал, на месте которого была голова и груда костей, вместе с ржавыми доспехами с грохотом опрокинулись на мраморный пол.

–Какого…?

Не успел Вейлор выговорить фразу, как остальные двое остальных настигли его и в ещё более слаженном порядке пытаться зарубить северянина. Хоть их и стало меньше, но шок от увиденной мистики немного затормозил того. Несколько поверхностных резанных ран были ему наказанием за потерянную концентрацию. Юноша взревел и поддавшись эмоциям, позабыв о всякой защите ринулся в бой. После очередного парирования он ударил в клинок снизу‑вверх с такой силой, что лишённое плоти тело подбросило вверх.

Не теряя и секунды Вейлор сблизился с противником, в воздухе схватил его за запястье свободной рукой, и с лёгкостью подняв, раскрутил эти кости и ржавые доспехи над головой, а затем, как кнутом ударил второго, разобравшись тем самым с обоими одним махом. Треск костей и разрушающегося металла эхом окутал комнату, а после всё стихло. Парень огляделся и не увидел того, чья рука была отсечена. Кровавый след вёл к окну, похоже он успел сбежать, пока Вейлор был увлечён смертоносным танцем с теми, кто некогда были отменными воинами.

Юноша высунулся из окна и не увидел его, кровавый след обрывался за углом, было решено не следовать за ним, а попытаться скрыться из виду. Вытряхнув из одной рассыпавшейся твари дважды мёртвые кости, он нацепил на себя плащ с капюшоном и выпрыгнув из окна бросился прочь.

Вейлор украдкой, точно вор или скрытный убийца, шёл через проулки вощёных улицы таинственного города. Он старался не выделяться и быть как можно незаметнее, но как тут не выделиться если ты взрослый крупный мужчина, а не закованный в ржавую сталь скелет.

Северянин шёл и рассматривал шедевры архитектуры ныне почившей цивилизации, которые были мудрее, искуснее и развитее даже эпохи, которую прервал разрушенный Левис. Величественные и огромные постройки, откапываемые из пепла и земли, захватывали дух: громадные каменные башни, шпили которых пронзали облака, множество домов из красных блоков, занимающие целые кварталы, дворцы и виллы, коих было великое множество. Были и храмы, намеренно разрушенные руками неизвестных созданий, то тут, то там всплывали великолепные фонтаны, подобно тех, что находились в Лакрилонии.

Это был большой и богатый город, уничтоженный гибелью богов. Судя по всему этот далёкий край пожрал огонь и ярость громадных осколков, ведь по внешнему виду не так давно город был похоронен под слоем земли и пепла. Его буквально откапывали и это было заметно, нижние этажи многих зданий всё ещё покоились под окаменелой землёй и пеплом. Вокруг были непреступные огромные стены, выполненные из гладкого камня. Что примечательно не было ни одного выхода из города, словно то был колоссальный каменный мешок.

Вейлор услышал грубый крик, затем рассекающий воздух свист хлыста, после которого последовал стон боли. Он сорвался с места и побежал на источники звука. Пробежав через улочки между роскошными домами, он выглянул из‑за угла и увидел картину, от которой у него сжалось сердце.

Множество невольников. Кровь и соль, что чуял северянин, испускались от истощённых рабов в потрёпанных одеждах, вооружённые кирками, лопатами и телегами, что без продыху освобождали из плена похороненный град. Присмотревшись, парень узрел, что на шее каждого из рабов находилось тяжёлое стальное ярмо и не менее тяжёлые цепи. Рабы без продыху трудились во имя своих ужасных хозяев‑демонов из древних легенд и сказаний.

То были чудовища, чья кожа, цвет которой варьировался от вполне человеческой, до алого и синего. На них были доспехи из чёрного металла, неизвестного происхождения. Заострённые уши, острые зубы, длинные изогнутые рога, все эти признаки как нельзя лучше подтверждали то, что это были создания из другого мира. Громадные, покрытые узлами переплетающихся мускул они хлестали невольников огромными стальными плетьми, оставляя на телах несчастных глубокие кровоточащие рваные раны. Уродливые создания тьмы, будто вылезшие из своего злощастного измерения совершенно не боялись палящего солнца и святости земель потерянного народа. Твари чувствовали себя хозяевами, а людей, закованных в цепи лишь инструментами для достижения понятной только им цели.

Вейлор стиснул топор и сжал зубы до характерного скрежета. Он не терпел рабство или любого ограничения свободы, каждый в мире имел право жить и умереть так, как ему хочется. Едва ли хоть кто‑то из несчастных мечтал о подобной участи.

В голове у юноши крутились всевозможные варианты того, как бы он мог освободить невольников, но все из них оканчивались тем, что его непременно ждала смерть. Всего надзирателей в его поле зрения было не больше пяти, в то время, как рабов было не одна сотня. Неужели твари, порождённые хаосом на столько сильны, что множество людей, хоть с примитивным, но оружием не смогли бы зарубить их и попытаться сбежать? Вейлор не знал этого, не знал он и того на сколько сильны были демоны. Северянин знал одно, количество непременно сделает своё дело, они налетят всем скопом и порвут его на куски, и это только в лучшем случае, куда страшнее было стать рабом, как те несчастные, которых он возжелал спасти из плена.

Вейлор презрительно шикнул и услышал то, как знакомые шаги и лязг стали настигают его. Уже через мгновение скелеты в накидках вынырнули из‑под куполов и крыш зданий, лязгая прозрачными оружиями и отбелёнными временем костями. Развивая плащи они иступя взгляд взирали на северянина тёмными провалами глаз. Демоны, видя их движения направили взор на северянина и широко улыбнулись. Следом за костяными мечниками выбежал однорукий человек, чья культя была завёрнута в окровавленные бинты.

–СХВАТИТЬ ЕГО! БРАТЬ ЖИВЬЁМ!

Вскричал тот, указывая пальцем в сторону юноши. В гневной гримасе была такая ненависть, что едва ли её можно было передать словами.

–Вот чёрт…

Обернувшись, парень увидел, что места к отступлению нет, он просчитался, место где он засел для слежки являлось тупиком, там находилась стена, через которую едва ли бы он смог перебраться с голыми руками.