Истинная на двоих, или Краденая невинность

– Я не трону, если не захочешь, – говорил оборотень, а сам стискивал мою талию дрожащей рукой. – Это будет сложно, – добавил с рычанием, и серые глаза заблестели, – но я справлюсь. – Сместил ладонь на мою метку. – Она не даёт спокойно на тебя смотреть. Тянет, распаляет до жара в костях. И чем дольше мы будем рядом, тем ярче будут разгораться чувства. – Потянулся к моим губам, заглядывая в глаза.

– Единственное чувство, – я приподнялась и зашипела, как тигрица, – которое могу к тебе, к вам с уродом‑братом испытывать – это ненависть! Ты не тронешь меня, потому что я никогда не захочу! Хоть тресни пополам.

Он как‑то странно заулыбался и немного отстранился от моего лица, уже не намереваясь поцеловать.

– Тебе всё равно придётся сделать выбор. Чем раньше, тем лучше. Потому что я не стану делить с кем‑то свою истинную пару.

– Пошёл ты… Твои слова пусты, а истинную связь я обязательно разорву.

– Разорвёшь? – удивлённо взметнул бровями. – Как, позволь спросить?

– Найду способ, – оттолкнув его, прищурилась я. – А как ты собираешься делить меня с братом, если не убрать метку, позволь спросить?

Он снова навалился на меня так, что ни вздохнуть, ни выбраться.

– Ты не вещь, чтобы тебя делить, – заулыбался Рэй и мотнул головой. – Ты можешь сделать выбор за время пути в Эртин. Думаю, он очевиден, – самоуверенно блеснул звериными глазищами.

– И что станет со вторым, когда я сделаю выбор?

– Я же говорил, что природа появления метки непонятна, поэтому не знаю, что будет. Но точно могу сказать одно – под моей защитой Арман не посмеет тебя тронуть.

– Он уже меня… – Стало тяжело дышать, я отвернулась, чтобы не смотреть оборотню в глаза.

– Лили, – вздохнул оборотень и прижался носом к моей щеке, шумно втягивая воздух. – Я понимаю твою боль, но это уже случилось. Если доверишься, я смогу защитить тебя.

– Я не доверюсь врагу. Нет. – Сжала его напряжённые плечи. – Не проси… и не мечтай…

– Пообещай хотя бы, что не будешь убегать. Это опасно в первую очередь для тебя самой. – Рэйден встал с меня и протянул руку.

Что мне стоит соврать?

– Обещаю. – Я вложила ладонь в его тёплую руку и позволила себе помочь. Поднявшись, отряхнулась от жухлых листьев и посмотрела по сторонам.

– Тогда идём? Надо собираться в путь, – кивнул он на тропу и пропустил меня вперёд.

На берегу я заметила тельце фамильяра, бросилась к нему и чуть не закричала. Он был окровавлен и едва дышал.

– Вот она, твоя хвалёная защита. – Провела по мокрой шёрстке животного, едва прикасаясь, стараясь не тревожить раны. Ирбис дрогнул под ладонью, слабо принял поток магии, но лечение ему теперь вряд ли поможет. В прошлый раз, когда кот не допрыгнул до ветки и сломал хребет, я не смогла его восстановить. Пришлось жить без любимца целый месяц.

Выпустила ещё немного магии, но покачнулась от слабости. Резерв пуст, я истратила все на борьбу с оборотнем.

– Отойди, – слабо толкнул меня в плечо Рэйден и склонился над фамильяром, принимая половинчатую трансформацию.

Я внимательно следила за тем, как зверь залечивает раны на теле ирбиса, поэтому не сразу заметила, что от Армана осталась лишь лужа засохшей крови, а его самого и след простыл. Тревога заставила сердце биться чаще. Я вздрогнула от холодного прикосновения к шее. Не успела обернуться, как кожаный ошейник сомкнулся на горле удавкой.

– Дрянь ты скользкая! Мы чуть не сдохли из‑за тебя! – Разъярённый оборотень грубо развернул меня лицом к себе и сжал кулак. На его запястье засветился браслет из того же материала, что и ошейник. – Вот теперь будешь думать, прежде чем что‑то делать!

– Я дрянь?! – Отстранилась от него, рванула ошейник, но лишь поранила кожу. – Сними! Я не животное, чтобы на поводке меня держать. – Рванула ещё, поискала застёжку, но она царапала пальцы и не снималась.

– Пока из твоей головы не вылетят мысли о побеге, будешь ходить рядом со мной как собака! – усмехнулся гад.

Я посмотрела на угрюмого Рэя, который поднял на руки Айса и вернулся в человеческий вид. Бросила обоим ублюдкам в лицо:

– Вы пожалеете, что со мной связались.

– Уже жалеем! – Зеленоглазый выхватил из рук Рэйдена спящего ирбиса и вручил мне его тушку. – Бери кошку и шагай к лошадям! – А сам пошёл вперёд не оглядываясь.

– Моё предложение ещё в силе, – прошелестел над ухом едва уловимый шёпот второго оборотня.

 

Глава 7

 

Лилиан

 

Мы шли много часов, пока миасс не закатился за верхушки деревьев. Тени вытянулись, в воздухе появился аромат морозного цветка и птицы запели звонкие вечерние серенады.

Я еле плелась, раны на стопах не полностью затянулись, но фамильяр так и не очнулся и не мог меня полечить. Пришлось нести его на руках всю дорогу и терпеть невыносимую боль. Просить помощи у врагов не буду, даже если упаду замертво.

Я молчала и не смотрела на мужчин, прятала затравленный взгляд за сетью спутанных волос. Да и оборотни не особо проявляли радость быть со мной рядом, особенно зеленоглазый – он если и оказывался близко, то только чтобы подогнать и отпустить по этому поводу противную шуточку.

От блондина я сама шарахалась. Его слишком покладистый характер казался хитростью, фальшью, попыткой оправдаться в моих глазах, но первым папу укусил именно он. Мне за себя, опороченную, было не так больно, как за погибшего отца. И за маму, которая сойдёт с ума от горя.

Я много часов думала, как выбраться из лап захватчиков и не могла ничего придумать. Сама не справлюсь, а помощи ждать неоткуда.

Голод, боль и усталость брали своё. Я шаталась от лёгкого ветра, руки стали тяжёлыми, свинцовыми и, стоило остановиться на привале, я тут же засыпала без памяти.

В очередной раз с трудом открыв глаза, я прислушалась к неидеальной лесной тишине. Закат кровавыми пятнами лёг на листья и травы, в которых перешёптывались мелкие насекомые. Где‑то далеко тянулся жуткий волчий вой, ему отвечали другие псы. Мы здесь не одни, но братья почему‑то не примыкали к соплеменникам, держались обособленно, а убийство монстра с красными глазами, видимо, тоже перевёртыша, говорило лишь об одном – они изгои среди своих.

Я потёрла отёкшими от усталости пальцами веки и с трудом подняла голову. Всё тело ломило, а две мужские фигуры впереди, сидящие у костра, показались мне призрачными и ненастоящими.