Истинная на двоих, или Краденая невинность

Уложив добычу в корзину, Рэй нащупал в траве потерянный ночью плащ и протянул его мне.

– Что за?.. – Возмущённый возглас Армана вызвал коварную ухмылку на лице его брата.

– Спасибо. – Я быстро запахнулась, затянула пояс и повела продрогшими плечами. Воздух прилично холодный, в объятиях мерзкого волка, что там скрывать, было жарко, но я лучше замёрзну, чем снова вот так позорно буду стонать от его прикосновений.

Прошлёпала к пеньку, на котором мы вчера с зеленоглазым распивали горячительное и, присев на него, стала распутывать непослушные волосы. Если не придумаю, как их расчесать, придётся обрезать.

– Рэй! Какого пса ты творишь?! – На моих глазах разворачивался скандал между оборотнями, в котором блондин поначалу молчал. Спокойно выслушивая возмущения Армана, он достал нож и приступил к разделыванию зайца.

Айс прибежал на запах крови и присел рядом с сероглазым, выпрашивая кусочек сочного мяса. Облизываясь, ирбис следил за каждым движением оборотня.

– Как ты посмел снять с меня браслет?! – перешёл на рычащий ненавистью крик зеленоглазый.

– Не смей распускать руки. Лилиан ясно дала понять, что ей неприятно, – Рэйден поднял взгляд исподлобья на брата и сильнее стиснул в руке нож.

– Нет, Рэй! Причина в другом! – Арман посмотрел на меня так пронзительно, будто ударил взглядом. – Бесишься, что девчонка не тебя хочет!

И я могла соврать, крикнуть, что он врёт, но ком в горле не давал. Дёрнув прядь волос, тихо зашипела, чем привлекла к себе внимание мужчин.

– Вы оба мне противны. – Привстала, отвернулась от них и ушла к другому дереву, чуть вдали от поляны. Дёрнув в сторону густые ветви, сбивая липкие плетения пауков, пробралась в чащу. Я шла вперёд без всякого желания бежать – метка крепко держала меня около оборотней, тащила назад. И эта правда, сказанная зеленоглазым… Она причиняла боль.

Я всхлипнула, с трудом сдерживая переполняющие меня эмоции, прибавила шагу и, чувствуя, как на шее стягивается болезненный жгут, рванула вперёд сильнее и яростнее. Меня отключило, тут же втянув в ласковую темноту.

– Я и так собирался его снять. – Голос Армана вернул в сознание, но я не открыла глаза, прислушиваясь к разговору захватчиков.

– Теперь я буду решать, – огрызнулся Рэй. – Лилиан мне принадлежит, и ты это прекрасно знаешь! И всё равно лезешь! Не мешай, Арман. Она выберет меня, и мы исправим всё, что ты натворил.

– Ещё чего! – агрессивно ответил второй. – Я не собираюсь отступать. Обстоятельства поменялись, братец.

– Скажи ещё, что влюбился, – рассмеялся Рэйден и притих. Видимо, оборотни заметили, что я пришла в себя.

Я ощупала шею. Ошейник никто не снял, он всё ещё сжимал горло, лишая воздуха. Какая теперь разница, кому принадлежать и кому быть игрушкой?

Привстав, откинулась спиной на дерево и опустила голову на колени. Пусть уже меня поделят, хоть порвут, может, и правда станет спокойнее.

– Нельзя так далеко уходить. – Рэй потянулся ко мне той самой рукой, на которой красовался злосчастный браслет.

Я ударила его, отмахнувшись, и рявкнула:

– Не прикасайся!

Он отпрянул, со злостью сжав кулаки, и метнул гневный взгляд в Армана, который нахально улыбался, откровенно потешаясь над ситуацией.

– Забавная, правда? – кивнул зеленоглазый в мою сторону и схватил брата за запястье. – Я надел на неё ошейник и обещал снять его поутру. – Он сорвал браслет с Рэя и подошёл ко мне. Подцепил краешек удавки пальцем, и она упала мне на колени. Взял ошейник и вручил магические атрибуты подельнику. – Вот теперь делайте что хотите. – Махнул рукой и пошёл к лошадям.

Миасс к обеду спрятался за плотные дождевые облака. Идти босиком оказалось труднее, чем я ожидала. И холоднее. Не хватало удобных сапог из кожи горной змеи, брюк по фигуре и свитера из тонкой ангоровой нити. Я всё время мёрзла, ударялась об острые камни не до конца зажившими стопами, сбивала пальцы до крови. Мышцы горели от усталости, но ехать верхом здесь было невозможно, поэтому мы медленно брели по чаще навстречу выплывающему на небо голубому лону.

Через час лес совсем сгустился, ветки сошлись в плетёные клетки и ловушки. Приходилось буквально выпутываться из ядовитых и колючих лоз, рвать волосы и царапать кожу до глубоких ран.

Я держалась в стороне от мужчин, но бежать от них пока не планировала. С трудом представлла, как переживу ночь, если заблужусь в этих зарослях, поэтому держалась рядом. Да и мне теперь было интересно, зачем они меня украли и что им нужно от моей семьи.

Айс совсем отбился от меня, держался около Рэя, изредка прибегал, чтобы помочь с ранами, но снова убегал. Предатель.

Я с опаской посматривала на Армана, хотя он не обращал на меня внимания. Что со мной случилось утром, не могу понять. Я такого желания ещё никогда не испытывала. Неужели он снова укусил меня?

Дождь хлынул с небес сплошной стеной, и лишь сплетение ветвей над головой спасло от резкого холодного душа. Пришлось остановиться под самым большим кряжистым деревом.

Оборотни сплочённо соорудили шатёр и импровизированное ложе из брёвен. Арман застелил его покрывалом и предложил мне войти. Ирбис же без приглашения отряхнулся и скрутился калачиком в сухом углу.

– Вот пройдоха, – рассмеялся зеленоглазый и бросил коту кусочек вяленого мяса.

Я не сдержала улыбки. Оборотни ещё не знают, что прокормить вечно голодного фамильяра задача не из лёгких. Улыбка тут же погасла, стоило нашим взглядам с Арманом столкнуться.

Он зверь. Я помню об этом и никогда не забуду.

Нырнув в шатёр и спрятав лицо в спутанных мокрых волосах, я тихонько села в углу.

– Арман, дай мне кинжал. – Протянула руку и снова встретилась с его глазами. Безумие. Оборотень будто выделяет возбуждающий яд, когда смотрит.

– Зачем? – удивлённо взметнул он брови и застыл напротив меня. Рэйден снаружи тарахтел посудой и злился, что никак не может разжечь костёр из влажных веток.

– Яйца тебе отрежу, – хохотнула я и тряхнула рукой. – Или боишься?

– Дождись ужина, ящерка, – рассмеялся он и потянулся к килту, где висел кинжал. Дотронулся до рукояти и посмотрел на меня с прищуром. – Только верни. Это подарок отца. – Лихо выудил его из ножен и обнял пальцами блеснувшую сталь, протянув мне рукоятью вперёд.

Я перехватила нож, собрала в кулак спутанные волосы и, подцепив лезвием пряди, глубоко вдохнула перед тем, как решиться, но…

Арман перехватил мою руку и вывернул её так, что кинжал выпал. Он подхватил его на лету и замотал головой.

– Даже не вздумай! – возмутился так, будто я хотела что‑то ему отрезать. – Я помогу. – Вернул оружие обратно в ножны и выудил из походной сумки деревянный гребешок. – Тебе ещё замуж за принца выходить, а он любит девушек с длинными волосами, – коварно ухмыльнулся Арман и положил мне на колени гребень. – Сама справишься или тебя расчесать, принцесска?