Колыбельная горы Хого

Райдэн задумчиво повертел талисман в руках, пожал плечами и сунул его в карман.

– Тогда этот мне, – сказал он и весело подмигнул. – Ну как? Узнаёшь меня?

– Тебя никакой талисман не исправит, – уколола Мико.

– Ты права! – закивал Райдэн с деланым беспокойством. – Я слишком идеален. Ты видела этот подбородок? – Он провёл большим пальцем от уха до уха по линии нижней челюсти. – Никакая магия этого не скроет!

Мико закатила глаза, но всё же немного заразилась его весельем.

– Самомнение твоё ей тоже не скрыть.

– А вот тут ты не права. Учитывая мои привлекательность и очарование, матушка ещё вырастила меня скромнягой.

– Удивительно! – подыграла Мико.

Райдэн снова закивал, выпятив грудь и уперев руки в бока, будто позволяя полюбоваться собой.

– Жаль, что ты не видела моих крыльев. – Он раскинул руки и расплылся в мечтательной улыбке. – Их размах Акире и не снился! Они с трудом помещались в этой комнате. Да мне все тэнгу завидовали.

– Действительно, жаль, – Мико с трудом скрывала улыбку.

– Ну, ничего. Вот верну их, и ты ещё полюбуешься! Знаешь, какие у меня были пёрышки?

– Чёрные, подозреваю.

– И блестящие и гладкие, будто лучший шёлк!

Мико вспомнила, как увидела в шкатулке в одной из комнат Райдэна длинное чёрное перо.

– Когда я пробралась к тебе в дом, нашла одно, – задумчиво проговорила она, не до конца уверенная, что об этом стоит рассказывать. – В шкатулке…

– А‑а, да, – протянул Райдэн. – Всё, что у меня осталось. И даже в этом пёрышке магии больше, чем теперь во мне всём. Берегу его… на всякий случай.

Они собрали сумки с припасами, спустились в подвал и нырнули в брешь, потом – в следующую. Взлетели к самому солнцу и преодолели ещё две бреши. После очередного нырка что‑то изменилось. Воздух будто стал жиже, преснее, свет – тусклее, несмотря на круглое солнце в безоблачном небе, а сама Мико – тяжелее и… пустее?

Они летели над океаном, в сторону далёкого песчаного берега, и Райдэн, выравнивая полёт веером, спустился ближе к воде. Кожу защекотали солёные брызги. Райдэн, как обычно, развернулся спиной вниз, позволяя Мико более‑менее свободно и расслабленно лежать на себе, при этом придерживая. Осмелев, она опустила руку и коснулась пальцами пенной макушки волны, которая тут же закрутилась и разбилась, снова став неотделимой частью огромного океана.

– Добро пожаловать в мир людей! – широко улыбнулся Райдэн, перекрикивая ветер и крепче прижимая Мико к себе.

Она вскинула голову, устремив взгляд к берегу. Так вот что это за ощущения? Магии вокруг стало меньше. Она вспомнила яркое, одуряющее, пьянящее чувство восторга, которое накрыло её, впервые переступившую порог рёкана госпожи Рэй. Мико вдыхала магию, пропитывалась ею, словно морской солью, глотала с пищей и вбирала с прикосновениями. Мир становился ярче, глубже, вкуснее – земли Истока словно были сотканы из самой магии, прекрасной и пугающей одновременно. Удивительно, как быстро Мико привыкла к этому чувству, как перестала его замечать, до сегодняшнего момента, когда мир вдруг поблек съёжился, выдохся, словно Сияющая Богиня пожалела для него своего света.

– Я тоже чувствую. – Райдэн, должно быть, прочитал что‑то на лице Мико. – Скоро привыкнешь и станет лучше.

– Но почему… так?

Они наконец добрались до берега и кое‑как приземлились, подняв небольшую песчаную бурю. Благо на пляже никого не было. Райдэн принялся отряхиваться, сдувая с себя песок веером, Мико пришлось пользоваться руками.

– Это ещё одно последствие изоляции острова. – Райдэн, поправил сумку на плече, махнул веером, и направленный поток ветра мигом сдул с одежды Мико песок, а сама она едва удержалась на ногах. Маску сорвало с головы, а причёска, не выдержав такого напора, распустилась, и волосы растрёпанными волнами рассыпались по плечам и спине. Мико недовольно заворчала, а Райдэн улыбнулся. – Тебе очень идёт.

Она смущённо фыркнула и попыталась расчесать пятернёй спутавшиеся пряди. А Райдэн тем временем продолжил:

– Есть такие штуки, как Источники магии. Из них магия проникает в наш мир и становится его частью. Говорят, когда‑то в этих местах наш мир соприкоснулся с чужим, и получилось что‑то вроде брешей, через которые мы путешествуем. Таких Источников немного, они разбросаны по материкам и питают магией всё вокруг. Но как корни одного дерева не способны оплести собой всю землю, так и один Источник не способен напитать весь мир. Острова Хиношимы далеко от материка, а единственный Источник в этих краях на горе Хого. Когда люди опустили завесу на остров, они, считай, перерубили корни дерева, которое наполняло магией всю страну. И теперь довольствуются её крохами, которые с водами и ветрами добираются сюда с материка и просачиваются через редкие бреши из земель Истока.

– Но у нас же есть заклинатели и монахи, талисманы. Откуда бы они взялись без магии?

Райдэн пожал плечами.

– Я же не сказал, что её нет совсем, просто она ослабла и истончилась. – Он сделал неопределённое движение руками. – Шин как‑то рассказывал, что в других странах, где Источники не изолированы от мира, рождается очень много заклинателей. Они даже способны управлять чистыми стихиями, подчинять воздух, огонь, землю и воду. Говорят, тысячу лет назад и наши заклинатели так могли. Теперь же в Хиношиме с даром рождаются единицы. Но если хочешь узнать больше, поболтай с Шином, как выдастся свободный вечерок, он, как заклинатель, гораздо больше разбирается во всех этих делах.

Райдэн достал карту, развернул и огляделся.

– Если верить карте, до Гинмона дня три строго на запад. Ты там была?

– Нет. Мы жили в большой деревне где‑то тут. – Мико очертила пальцем круг на севере пожелтевшего от времени рисунка острова. – Сколько лет этой карте?

– Двадцать? Наверное? – Райдэн сощурил один глаз, будто что‑то подсчитывая в уме. – Эту и пару других мне дал Ицуки, когда я собирался к людям, чтобы отыскать вас с сестрой и опередить других Хранителей…

Он запнулся, бросил на Мико насторожённый взгляд и вернулся к карте, бормоча что‑то себе под нос. Мико сделала вид, что не заметила этой заминки.

– Тогда на запад? – Она взглянула на солнце и бодро развернулась в нужном направлении. Там высились поросшие лесом горы.

– На запад.

 

К закату они добрались до подножия гор, недостаточно высоких, чтобы стать серьёзной преградой, но обещающих долгий переход длиной во весь следующий день. Зато, если верить карте, столицу будет видно уже с вершины. Можно сказать, рукой подать.