Крылья нетопыря. Часть II. Трон из костей

– Ох, не к добру это всё, – ворчал на ходу Мелех. На его и без того обезображенном лице сменялись гримасы, одна уродливее другой. – Ох, чует моё сердце, глупая была идея.

– Не каркай! – фыркнул на него Нахор. Ему самому всё это нравилось ничуть не больше. – В прошлый раз андрогина загнали в спячку рытники, прошедшие через обряд Ронаха. Сейчас их нет в Храме, может, хочешь сам разобраться с этой тварью?

Нахор посмотрел на брата Мелеха поверх пенсне. Тот моргнул.

– Я так и думал, – проворчал Нахор. – Ну и не каркай тогда.

Синод в полном составе продвигался быстрым шагом, почти бежал вдоль мрачных коридоров храмовых казематов. Впереди всех на значительном расстоянии держался сам бывший голос Синода преподобный отец Илия. Он ступал уверенно и размашисто, покачивая на ходу руками, как маятниками. На сером лице решительная мина. Маленькие глазки устремлены вперёд.

Илия не казался ни сильным, ни устрашающим, и тем не менее святейшие отцы с опаской глядели ему в спину.

Впереди раздавались крики и топот, громкие удары, как если бы одним исполинским булыжником колотили по другому. Скалистый пол дрожал под ногами. С потолка сыпала каменная крошка.

– Кажется, пора начинать привыкать к этому, – проворчал Сиф, угрюмо стряхивая пыль со своего рукава.

– А ещё было весьма мило с вашей стороны, если б вы, мать вашу, сбавили шаг! – выпалил мокрый от пота карлик Яфет.

– Прости, святейший брат, но дело не терпит, – отозвался Алеф.

Илия не ввязывался ни в какие разговоры, но с большим вниманием слушал всё, о чём болтали его бывшие соратники.

Звуки боя приближались, становясь всё громче и заглушая реплики членов Синода.

Внезапно из‑за очередного поворота вылетел человек в сером балахоне с островерхим капюшоном, который болтался через плечо на груди. Рытник ударился о стену и спиной сполз по ней на пол. Лицо воина Храма было истолчено в кашу.

Святейшие отцы окружили тело и уставились на него с таким видом, будто крайне недовольны поведением мёртвого рытника. Алеф шумно втянул носом воздух. Фарра присвистнул. Яфет грязно и изобретательно выругался.

– Воистину, – кивнул ему шонь‑рюнец Кота.

Илия подошёл к мертвецу ближе всех. Бывший голос Синода сел перед ним на одно колено и возложил ладонь на студенистую грудь рытника.

– Спи спокойно, брат мой. Ты принял мученическую смерть, счастливой дороги на небеса.

После этих слов Илии святейшие отцы недоумённо переглянулись.

Опальный голос Синода поднялся, опираясь одной рукой о стену, и быстро пошёл туда, откуда вылетел рытник. Почти перед самым носом Илии в стену ударила короткая белая вспышка, а за ней раздался каменный грохот. Преподобный отец осенил себя священным знамением и повернул за угол.

Остальные слегка помедлили, но, поддавшись любопытству, всё‑таки подошли и украдкой заглянули за поворот.

Вокруг царственного гермафродита кружили рытники. Они поливали тварь белыми лучами, но той было что с гуся вода. Сам андрогин охаживал храмовников каменными хлыстами, скалистыми блоками и собственными кулаками. Весь пол был уже залит кровью и усеян телами.

– Прекратить! – скомандовал Илия.

На удивление его послушали. Четверо рытников, что были ещё способны сражаться, проворно отскочили назад и встали в боевые позиции, готовые тотчас же вновь ударить по андрогину.

Существо тоже опустило руки и мрачно уставилось на Илию.

– Снова ты.

– Здравствуй, Кадмон. Давно не виделись.

– А как будто вчера, – андрогин зло оскалился. Потом он нахмурился и подошёл ближе, внимательно рассматривая преподобного отца. – А ты изменился. Да… Надо же. Кажется, ты ещё и сам не понимаешь, в кого превратился, священник!

– Кем бы я теперь ни был, я ещё и тот, кто вернёт тебя обратно.

Но Кадмон словно не слышал. Он продолжал разглядывать Илию, как занятную игрушку.

– Иронично, – продолжал андрогин, – ты теперь почти как тот, кому поклоняешься. Словно сам жнец передо мной.

После этих слов члены Синода удивлённо переглянулись. Они прятались за углом, выглядывая из‑за него, чтобы следить за происходящим. И конечно, слова Кадмона не прошли мимо их ушей.

Илия тем временем перестал сотрясать попусту воздух и подошёл к андрогину. Кадмон поднял брови, будто не мог поверить своим глазам, столь поражённый происходящим, что оцепенел. Или он не мог двинуться по какой‑то другой причине. Илия запросто, будто обычному человеку, положил ладонь ему на грудь и произнёс ровно то, что сказал до этого мёртвому рытнику:

– Спи спокойно, брат мой.

Андрогин покорно улёгся прямо на изрытый его же собственной силой камень и заснул.

Настала очередь святейших отцов не верить своим глазам. Они медленно один за другим выкатились из‑за угла и в суеверном ужасе уставились на древнее существо, которое вольготно развалилось прямо перед ними и похрапывало.

Яфет коротко выругался.

– Я так понимаю, теперь вы попросите меня вернуться в свою келью? – спросил Илия.

Даже Азарь не смог бы улыбаться так самодовольно, как улыбался сейчас преподобный.

Нахор вздохнул и, стянув с носа пенсне, принялся протирать линзы. Водрузив его обратно, он посмотрел Илие прямо в глаза. Он был единственным, у кого хватило на это смелости.

– Да. Это было бы весьма любезно с твоей стороны.

Илия отбил картинный поклон и, заткнув большие пальцы за пояс, вразвалочку пошёл туда, откуда явился.

 

* * *

 

Фарра громко захлопнул двери. Их стук раскатился по всему большому столу и множество раз отразился от куполообразного потолка.

– Это чёрт знает что! – кипятился Яфет. Его мрачная согбенная фигура пересекла совещательный покой и остановилась напротив красного угла. Иконы бесстрастно смотрели на калеку. – Мать вашу, что это, чёрт возьми, было? – выпалил горбач, не переставая креститься и кланяться образам.

– Я бы не поминал здесь лукавого, особенно в красном углу, – заметил Кота, усаживаясь на своё место.

Карлик сверкнул на него злобным взглядом.

– Да что ты, мать твою, говоришь!

– И матушку мою не трогай.

После этих слов Яфет разразился длинной отборной бранью.