Личность зверя. Книга 1. Лараэль. Преквизитор империи

– Поверь мне, он и не искал, – ответила вампирша. – Я, когда в себя пришла, поняла его немного. Он также молод, довольно горяч, красив. Девушки сами на него вешались, вот и испортили его. Хотя это, конечно, не оправдание. Я сторонилась его все время, пока он не обратил свой взор на меня и не вознамерился завоевать мое сердце. Для чего он это сделал, я так и не выяснила.

– Тебя же до сих пор не отпустило? – ошеломленно прошептала я.

– Нет, – она удрученно покачала головой. – Поэтому я попросилась к вам в империю на службу, а не осталась у себя. Душа уже не болит, но чувства к нему не остыли.

– Милая, – я подошла к ней и обняла ее. – Я, наверное, к счастью, не знаю таких сильных чувств. И ты знаешь, надеюсь никогда не узнать!

– А вот это ты зря, – улыбнулась Свириз. – Даже безответное, оно прекрасно.

– Нет уж, мне светлая голова и трезвый ум нужны, а с раненным сердцем это невозможно, – усмехнулась в ответ.

– Поверь мне, возможно, – кивнула вампирша. – Ты знаешь кто мне помог в итоге выкарабкаться?

– Ну судя по твоему хитрющему взгляду, думаю Тарух, – усмехнулась я.

– Он самый, – она вздохнула и произнесла: – Я знаю про медальон. И знаю, что Эдвард и Тарух считают, что именно благодаря этому артефакту ты не чувствуешь следов.

– Подробности будут? – серьезно поинтересовалась я.

– Будут, – улыбнувшись, она кивнула. – Я же входила тогда в команду, расследующую нападение на Ордара. Тарух меня взял под свое крыло. Вот и погрузившись в расследование, я немного отвлеклась от своих душевных переживаний.

– Ты тоже считаешь, что это всплыл украденный медальон? – спросила я.

– Думаю да, иначе скрыть магию невозможно, тем более от тебя. Я не сразу подумала о нем, только сейчас, когда почувствовала на тебя кровную клятву, – хмыкнула она. – Даже обидно как‑то, что не додумалась до этого сама.

– Ну ты больше с трупами общаешься, – пошутила я. – Я правильно поняла, что вампиры не поддаются кровной клятве?

– Более того, Лара, – усмехнулась она. – Мы не поддаемся чужим клятвам вовсе, только своим, которые с нас берет наш король, чьими бы подданными мы не были.

– Ты же подданная нашей империи? – с сомнением поинтересовалась я, и когда вампирша кивнула, спросила: – А Тарух, значит, остался верен своему королевству?

– Семья Янги принадлежит к королевскому роду, Лара. Он не имеет права менять свое подданство, – серьезно пояснила Свириз.

– Даже так?! – протянула я.

– Да, так, – кивнула она. – Их ветка самая близкая к королевскому роду, и они, случись чего, являются первыми претендентами на престол. Близок к этому как раз Тарух.

– Ничего себе! – присвистнула я. – Отчего тогда такая персона королевского рода занимается ловлей преступников?

– Это его призвание, – равнодушно пожала плечами Свириз.

– Так просто? – усмехнулась я.

– А ты все ищешь подвох? – рассмеялась вампирша и, уже более серьезно посмотрев на меня, подозрительно протянула: – К чему такой интерес, Лараэль, к господину Таруху?

– Интересна его личность, – равнодушно пожала плечами в ответ.

– Очень надеюсь, что так, – тяжело вздохнула Свириз и покачала головой.

Я не стала у нее уточнять, что значит ее тяжелый вздох. Мне хватило увещеваний Эдварда, призывающего меня быть осторожной с вампиром. Посидев еще немного у анатома, поперемывав косточки нашим коллегам, я отправилась к себе в кабинет, оказавшимся пустым. Посмотрела на время, которое указало мне, что рабочий день окончен, сотворила портал и отправилась домой.

 

Глава 10

 

Неделя медленно подходила к концу. Мы уже привычно топтались на месте в своем расследовании, не продвинувшись ни на шаг. Вся надежда была на Дистра, который все еще находился в Кардаше и должен был в понедельник вернуться с вестями, как он сообщил в своем промежуточном отчете Эдварду. Тарух также пропал. Как пояснил начальник, вампир воюет во дворце за возможность посетить тайную рукописную комнату, и пока у него это не особо получается.

Я же в очередной раз погрузилась в допрос свидетеля хозяина дома, где Когда‑то проживала убитая со своей матерью. Из его показаний выходило, что он выставил бедную девушку, отказавшись дальше сдавать комнату, только из‑за сомнений в ее платежеспособности. По мне это было сомнительно. Оторвав голову от писанины, я посмотрела на Хаспри, также изучающего чьи–то показания, и позвала его:

– Хаспри, вот скажи мне, ты спрашивал хозяина дома, где когда‑то жила убитая, все ли его постояльцы вовремя платят?

– Нет, – недоуменно ответил он. – Не посчитал нужным. А что тебя смущает?

– Понимаешь, Аланчи, по его же заверениям, исправно вносила арендную плату, а тут он испугался, что ее дочь будет не способна на это. Странно как‑то. Девочка только что лишилась матери, а он ее на улицу тут же выгнал, – подозрительно протянула я.

– Я вот только сейчас об этом подумал, – почесал затылок оборотень. – Может съездим еще раз, пообщаемся с этим магом?

– А давай, – согласно закивала я. – Еще и к кривому Сэму наведаемся.

– А к нему–то зачем? – недоуменно воскликнул коллега.

– Тоже не вяжется у меня никак. Зачем девочка пошла в проститутки, а нее в подавальщицы к нему? Его ответ меня не очень устраивает, – ответила я.

– Лишним не будет, тем более он сейчас не воняет, как прежде, – засмеялся Хаспри.

Предупредив Эдварда, что мы едем в Ротиш, и получив его согласие, спустились в гараж, где нам опять выделили тот же тильбюри, отправились на улочку Лепез.

Хозяин дома, сдававший Аланчи с дочерью комнату, был на месте. Им оказался тщедушный бытовой маг по имени Сразий. Завидев наш тильбюри, он попытался скрыться у себя в комнате, предварительно сообщив своему помощнику, что его ни для кого нет.

Но мы с Хаспри, подъезжая к его дому, заметили старичка, так что, как бы не старался гоблин–помощник заверить нас в отсутствии хозяина, ему это не удалось. И услышав от оборотня, что тот посадит гоблина за сокрытие преступника, сдал мага.

Без стука ворвавшись в комнтау Сразия, мы бесцеремонно уселись на стул и пристально уперлись глазами в хозяина дома. Тот старательно делал вид, что очень занят делами, держа в трясущихся от страха руках какой‑то документ вверх ногами.