Ребелиум. Цена свободы

– Зачем так грубо? Я же с лучшими побуждениями. Смотрю, сидишь одна. Думаю, наверняка ей одиноко.

– Исчезни, – повторила Робин.

Её голос был спокоен и тих. Тот, кто её знал, сразу бы понял, что пахнет жареным.

– Да ладно, хватит строить из себя невинную овечку.

Бармен вернулся и, почуяв горячее, вопросительно посмотрел на Блэк: мол, помощь нужна?

– Повторяю последний раз, – та устало выпрямилась, до хруста разминая шею. – Исчезни.

– Да брось, смотри ты вся мокрая. Давай пом… – никто не заметил мгновения, когда пальцы Робин скользнули к бедру. Просто раз, и к горлу ловеласа‑неудачника уже было приставлено лезвие тесака.

– Я ведь попросила – исчезни, – хмуро повернулась она к незадачливому ловеласу. А тот уже и позабыл про неё совсем. Лишь испуганно косил взгляд на лезвие и нервно сглатывал. – Что непонятного в этом слове?

Бармен заинтересованно склонил голову. Заинтересованно и… без капли удивления. Разборки с применением оружия тут стандартное явление? Кажется, Бондс более чем оправдывал свою репутацию.

– Если что, в нашем заведении поножовщина запрещена, – заметил он.

– Что, совсем? – притворно огорчилась Блэк. – И убивать никого нельзя?

– Только вчера убрали вывеску. Ты уж прости.

– Жаль, – она огорчённо прицокнула языком. Снова повернулась к блондину. – Но ведь можно выйти на улицу, правда? – тот побелел ещё больше. – Давай так, я убираю своего друга, а ты делаешь так, чтобы я больше тебя не видела. Идёт? Тебе повезло, сегодня я слишком устала.

Тот что‑то неразборчиво промычал в ответ. Приняв это за согласие, Робин опустила тесак и, потеряв окончательный интерес к его персоне, отвернулась. Парня как ветром сдуло. Оружие же спокойно вернулось обратно в ножны.

– Отличный ножик, – оценил бармен. – Многослойный. Заточка не заводская.

– Разбираешься?

– Более или менее, – уклончиво ответил он, доставая из‑под стойки бутылку и наливая ей новую порцию виски. – За счёт заведения.

Блэк довольно улыбнулась.

– Робин, – протянула она ему ладонь.

Которую с готовностью пожали.

– Алекс. Вот и познакомились.

 

Глава шестая. ЦСРК

 

 

Навель, недалеко от границы Индастрила

 

В назначенном месте Эрику ждал отполированный до блеска чёрный внедорожник, водитель которого галантно распахнул перед ней дверь заднего сиденья. Молча дождался, пока она усядется, и, заняв своё место, так же молча тронулся с места.

К счастью, расспросами и пустыми беседами её никто не мучил, так что всю дорогу она просто читала, с помощью электронных книг отвлекаясь от тяжёлых мыслей. Прощаться с Индастрилом было непросто. Её родной город. Место, где она выросла. Место, где остались её многочисленные знакомые и малочисленные друзья. Место, где на кладбище покоились урны с прахом родителей. Место, куда, скорее всего, она больше уже никогда не вернётся…

Лишь когда спустя несколько часов они пересекли границу, Браун едва ли не впервые оторвалась от планшета. Металлические тяжёлые ворота пропустили внедорожник без лишней возни. Водитель показал какие‑то бумаги таможенникам, и те моментом заторопились.

Они долго ехали по асфальтированной дороге мимо бескрайней изумрудно‑зелёной равнины, плавно перешедшей в аллею с высаженными словно под линейку деревьями, и вот впереди наконец показалась столица…

С ума сойти!

Какие бы документальные фильмы ни показывались о Навеле, это было ничто по сравнению с реальностью. Многое плёнка и оцифрованный диск просто не могли передать. Например, невероятный аромат цветущих фруктовых деревьев, залетающий в опущенное окно. Или лучи солнца, играющие по мостовым и водной глади протекающей внизу реки.

А архитектура…

Здания невысокие, но объёмные и помпезные – с парадными лестницами, позолотой и массивными колоннами. Не дома, а усадьбы для привилегированных слоёв Ребелиума. И всё это великолепие утопало в садах и парковых ансамблях, которых в Индастриле, построенном сплошь из стекла, стали и асфальта, хронически не хватало.

Фасады магазинов со стилизованными под старину вывесками, уличные кафе под навесами, овощные деревянные ларьки как отдельное произведение искусства, цветочные лавки… Словно любимая детская сказка ожила и перенеслась со страниц в реальность.

В какой‑то момент основная магистраль разделилась, и они свернули направо. Там уже жилые дома, с каждым разом всё более скромные, появлялись всё реже и реже, а в какой‑то момент закончились вовсе. Зато рядом вновь вынырнула река, а взамен газону появилась каменная насыпь.

Кажется, эту территорию когда‑то занимали горные неровности, потому что дорога под конец превратилась в настоящий серпантин, заканчивающийся высоким забором – в два, если не три раза выше человеческого роста.

Через кованые прутья выглядывал бетонный короб приземистого строения. Огромного и… никакого. Нейтрального, безликого, бездушного. Сооружение‑титан, далёкий от изящества, которым так хвалится Навель. Однако что‑то в нём всё равно притягивало взгляд. И невольно внушало трепет.

Внедорожник подъехал к забору и посигналил. В будке по ту сторону зашевелились, что‑то пропищало, и главные ворота плавно отъехали в сторону. Поблизости не было никаких опознавательных знаков, табличек или вывесок, но Эрика и так поняла, что именно здесь находится. Её будущее место работы.

Машина объехала фонтан из чёрного мрамора и тормознула у центрального входа, неподалёку от которого уже ждали четверо мужчин в деловых костюмах. Двух из них Эрика сразу узнала – Оррелл Флойд и Дилан Хамфри.

Водитель вновь поспешил открыть ей дверцу, и, прихватив саквояж, Браун с трудом вылезла из салона, одёргивая узкую юбку любимого зелёного платья. Несколько часов в одной позе дали о себе знать. Всё тело успело одеревенеть.

– Добрый день, – поздоровалась она.

– Рад новой встрече, мисс Браун, – коротко кивнул ей Флойд. – Надеюсь, поездка не утомила вас?

– Я получила огромное удовольствие, – вежливо откликнулась та.

Причём она не лукавила. Сама поездка в самом деле оказалась приятной. Если не вспоминать о причинах.

– Я этому рад, – Флойд повернулся к спутникам. – Наверное, стоит представить моих друзей. Если всё сложится удачно, в будущем они станут вашими коллегами. Это Аарон Броуди, Майкл Бэйли и Дилан Хамфри. Его вы наверняка помните. А это, господа, Эрика Браун. Наша находка.